Мелкая

Pov Jennie:
Я чувствовала сумасшедшие удары своего сердца где-то в области горла. Меня сковал страх. Что если папа вновь решил отдать меня в руки этого человека? Если это окажется правдой, то я подобного просто не переживу. Странно было ощущать, что за страхом следовало некоторое облегчение. Я смотрела на Лису и до конца не могла понять, какие чувства сейчас кипят в моей душе.
— Всё нормально? — она серьезно посмотрела на меня.
— Д-да, — заикаясь, ответила я, до онемения в пальцах, сжимая ручки своей сумки.
— Садись, я довезу тебя, куда тебе нужно?
— На работу, — мой голос упорно не желал мне подчиняться, отчего ответ прозвучал слишком тихо.
— Вот как, — Лиса кажется удивлена. —А где именно работаешь?
— В книжном магазине, — я нервно прикусила нижнюю губу и отвела взгляд в сторону.
— Любопытно. Так ты сядешь ко мне?
— Нет, — я откашлялась.
— Дженни, я настойчивая, — слова прозвучали как предупреждение, но угрозы в них не улавливалось. — Позволь мне загладить вину за вчерашнюю неприятную ситуацию. Я чувствую себя ужасно виноватой перед тобой.
— Вы ничего такого не сделали, чтобы испытывать вину, — тут же ответила, не желая, чтобы Лиса зря мучала себя.
— И всё же. Не бойся, я не кусаюсь, — она улыбнулась, и я заметила на её щеках ямочки. Они делали несколько суровое лицо Лисы милым.
— Хорошо, — это была крайне глупая идея с моей стороны сесть в машину к малознакомому человеку, но несмотря на вчерашнее, я хотела ей верить.
Лиса тут же вышла на улицу, обошла свой автомобиль и открыла для меня дверцу. Я быстро села и еще крепче сжала свою сумку. Что же я делала? Я никогда не отличалась особой безрассудностью, по натуре я еще та трусиха. Но сейчас я будто бы ощутила какой-то импульс, который и подтолкнул меня сесть в машину.
Лиса вернулась на свое место и положила руки на руль. Я мельком глянула на её пальцы, длинные с красивой формой суставов и аккуратными ногтями. У моего учителя по музыке были точно такие же изящные пальцы.
— Вы играете? — вдруг спросила я, сама не понимая, зачем это сделала.
— Что? — Лиса посмотрела на меня, немного сбитая с толку.
— Музыкальные инструменты. Вы играете?
— Да, немного на пианино, — она улыбнулась и завела двигатель.
Я тряхнула головой, пытаясь избавиться от странного чувства, что внезапно повисло в воздухе. Что это такое? Я в спешке отвела взгляд к окну, чувствуя, что мои щеки медленно начали становиться горячими.
— Куда тебя везти? — спросила Лиса, плавно выезжая на дорогу.
Прежде, чем я успела ответить, мой желудок предательски громко заурчал. Мне стало до жути неловко и стыдно. Я прижала сумку к груди, желая провалиться сквозь землю.
— Понятно, — она засмеялась. — Сейчас заедем в один ресторанчик, ты поешь нормально, а потом отвезу тебя на работу.
— Нет-нет, — пропищала я. — Мне нельзя опаздывать, уволят, — я дорожила этой работой и не была готова лишиться ее.
— Не уволят, — твердо ответила Лиса, и этого оказалось достаточно, чтобы моя внезапно вспыхнувшая паника тут же затихла. Как у неё это получилось? - Немного музыки нам не помешает, правда? — Лиса включила радио, и салон машины тут же заполнила ритмичная музыка и грудной голос, что определённо принадлежал женщине.
Я была рада тому, что тишина между нами быстро скрасилась звучанием песни. Казалось, что за посторонним шумом не будет слышно собственных мыслей. Лиса едва заметно качала головой в такт музыки, а я не понимая, зачем это делала, украдкой рассматривала её. В моем сне она была точно такой же, с точеным профилем, волевым подбородком, с немного вздёрнутыми скулами, черными волосами, небрежно зачёсанными назад и цепкими темными глазами. Удивительно, что мой мозг зафиксировал образ Лисы задолго до того, как я успела это осознать. Между нами что-то происходило, я это нутром чувствовала, но природу такого ощущения никак не могла до конца понять.
— Ты передала отцу, чтобы он позвонил мне? — вдруг спросила Лиса и я, опасаясь, что меня сейчас разоблачат в разглядывании, снова отвернулась к окну.
— Нет. Вчера, когда я пришла, он уже спал, а с утра я его не застала.
— Понятно, — голос прозвучал недовольно.
— Можно вам задать один вопрос, — мне стоило огромных усилий выдавить из себя эти слова, но я хотела знать правду.
— Да, — Лиса остановилась на светофоре и внимательно посмотрела на меня. Её пронзительный взгляд заставил меня поёрзать на своем месте.
— Почему вы приехали ко мне во двор? — я сглотнула и посмотрела на светофор, всё еще горел красный.
— Хотела увидеть тебя, — Лиса протянула ко мне свою руку и аккуратно, практически невесомо заправила прядь, что выбилась из моего хвоста. Я вся сжалась и перестала двигаться. Мне почему-то казалось, что сейчас прозвучит совсем другой ответ, который вполне мог быть с пошлым подтекстом. — Это ни к чему тебя не обязывает, — машина двинулась вперед. — Ты задала вопрос, я честно на него ответила.
Остаток дороги мы провели в молчании, слушая музыку. Я то и дело поглядывала на часы, каждый раз отмечая про себя, что у меня всё меньше и меньше остается свободного времени.
— Не нервничай, — твердо заявила Лиса, заглушив двигатель. — Я же сказала, что никто тебя не уволит, — она вышла на улицу, открыла мне дверцу, затем провела в ресторан.
Pov end.

***
Pov Lisa:
Меня знатно так потряхивало, словно бы я была наркоманкой в завязке и теперь у меня перед носом нарочно машут пакетиком с белым порошком. Я понимала, что мое поведение в данной ситуации совершенно неуместное. Нельзя так, иначе я в край испугаю малую, и она убежит от меня, не разбирая дороги. Не хочу такого исхода. Не знаю почему, просто не хочу и точка.
Крепко сжимаю в своей руке ее теплую и нежную ладошку, она мне кажется совсем детской, будто бы рядом со мной находится ребенок, а не молодая девушка. Это так дико будоражит мое сознание, что даже дышать становится больно. Мы знакомы меньше суток, а меня кроет так, как никогда в своей жизни. И ладно если бы меня накрыло банальное чувство похоти, с плотью проще договориться, чем с тем, что вне физической оболочки. Я не могу нащупать свои ощущения, не могу ухватить их и заставить заткнуться, а лучше удушить, тем самым освободив свой мозг.
Проходим в ресторан и занимаем первый свободный столик. Вокруг нас суетится молодой официант, раздает меню, предлагает винную карту. Я отказываюсь от нее и вежливо оповещаю, что мы сделаем заказ чуть позже. Официант кивает и тихо удаляется. Осматриваюсь вокруг, кроме нас посетителей больше нет. Это неудивительно, на часах ведь еще нет даже восьми утра.
Наблюдать за Дженни сплошное удовольствие, и я отчетливо начинаю понимать, что с каждой новой секундой меня накрывает всё больше и больше. Сегодня у меня запланирована одна важная встреча, связанная с бизнесом. Я ее так долго и мучительно устраивала, несколько недель только то и делала, что думала о ней, разрабатывала целую стратегию, а сейчас напрочь об этом забыла. Меня это не раздражало и не выводило из себя, просто хотелось понять, почему заклинило именно на этой малой. Как можно зациклиться на человеке, которого совершенно не знаешь? Мозги под тридцать лет окончательно решили оставить меня? Или это приход кризиса среднего возраста, в который я никогда не верила?
— Тут всё так дорого, — смутившись, тихо проговорила Дженни, и я заметила, что она неосознанно поджала нижнюю губу. Останавливаю взгляд на ее губах дольше, чем следует. Чувствую на своем языке фантомный вкус малой, в висках начинает больно стучать кровь. Я напряжена, даже слишком.
— Не смотри на цены, я всё оплачу, — мой голос, будто бы принадлежит не мне, глухой и хриплый. Прочистив горло, я полезла за своим телефоном.
— Но я так не могу, — мелкая откладывает в сторону меню и скрещивает руки на груди, будто бы стараясь отгородиться от невидимой мной опасности.
— Брось, ты хочешь есть, а раз твой папочка не позаботился о том, чтобы покормить своего ребенка, то эту задачу я постараюсь решить сама. Выбирай, что хочешь, здесь достойная кухня.
Дженни несколько секунд просто сидела и кусала свою нижнюю губу, вероятно мысленно взвешивая все «за» и «против». Она опасалась и боялась меня, от того, и не решалась мгновенно принимать решения. Но похоже, чувство голода взяло над ней верх, и девочка снова начала изучать меню.
Я наблюдала за тем, как ее глаза читают состав блюд, и ощущала дрожь в кончиках своих пальцев. Теперь я больше смахивала на одержимую, чем на зависимую наркоманку. Нужно было как-то отвлечься, и я достала из кармана штанов пачку сигарет.
— Не возражаешь, если я закурю?
— Нет, — она едва заметно улыбнулась мне из вежливости. Дженни похожа на ребенка во всем, начиная от внешности и заканчивая ее эмоциями, но глаза будто бы принадлежат взрослому человеку. Эта игра контрастов будоражила меня, вскрывала нервы, обнажала их и беспощадно уничтожала, заставляя делать затяжку всё больше и больше. Мне нравилось это чувство хождения по краю, но не знаю, насколько меня хватит. Вчера я как-то не придала значения взгляду Дженни, сейчас же понимаю, насколько это было тупо с моей стороны.
— А можно мне овощной суп и вишневое пирожное? — малая застенчиво посмотрела на меня.
— Может быть, еще что-нибудь? — я выпустила дым в потолок. — Чай? Сок?
— Нет, я и так уже выпила большую чашку кофе, — она улыбнулась, а затем резко стала серьезной, словно вспомнила что-то неприятное.
— Хорошо, — я подала знак официанту, чтобы он подошел к нам.
Пока готовился заказ, я уже успела выкурить вторую сигарету подряд. Дженни чувствовала себя неловко в моей компании, я это ощущала на ментальном уровне. Она не смотрела на меня и постоянно разглаживала невидимые складки на белоснежной скатерти. Это забавляло и в то же время вызывало какую-то неопределенную горечь, словно мне должно быть не всё равно, какие эмоции я вызываю у малой. Сигарета никак не помогала отвлечься, легкие накачивались отравляющим дымом, а мозг продолжал концентрироваться на новом объекте моего внезапного помешательства.
— Какие у тебя отношения с отцом? — этот вопрос беспокоил меня, хотя, по сути, я плевать на это должна.
— Простите? — Дженни встрепенулась и вопросительно посмотрела на меня, удары сердца тут же сбились, а в голове образовалось такое странное ощущения легкости, будто после глубокой затяжки кальяна.
— Судя по тому, что случилось вчера, у тебя с папой отношения оставляют желать лучшего, — я потушила окурок и хотела достать третью сигарету, но подумала, что мелкая уже достаточно надышалась никотином.
— Не знаю, прежде он так не поступал, — Дженни пожала плечами и опустила взгляд вниз.
— Поступал, — твердо произнесла я, и малая снова посмотрела на меня, но теперь в ее взгляде читалось непонимание и удивление. — Папка твой уже давно играет?
— Да, — ее голос прозвучал глухо.
— Он уже предлагал тебя нашим общим знакомым. Ты уцелела только потому, что тех людей интересовали исключительно деньги, — это была правда. Сехун - мой коллега по бизнесу, по не осторожности в свое время одолжил Джуну деньги и как-то мне рассказывал о том, что ему хотели подсунуть малолетку. Я тогда не придала этому значения, а следовало, ведь Джун на то время был уже и моим должником.
— Не может быть, — глаза Дженни наполнились слезами, а тот холод, что уже ворвался ко мне в кровь, достиг сердца, ухватил его, обволакивая болезненным морозом. Не надо было этого говорить.
Pov end.