Глава 52.
Солнечные лучи пробиваясь сквозь легкие шторы, рисуя на полу золотистые узоры. Афра медленно открыла глаза, ощущая приятную тяжесть в теле после дневного сна. Тишина, такая редкая и драгоценная в их доме, окутывала её, словно мягкое одеяло. Она потянулась, наслаждаясь моментом покоя и тут же её взгляд упал на малышку, которая спала рядом в своём любимом коконе. Её крошечное личико было расслаблено, губки слегка приоткрыты, а на щеках играл нежный румянец. Афра не могла отвести глаз. Каждый раз глядя на дочь, её сердце наполнялось безграничной любовью и нежностью. Это было такое уязвимое, такое совершенное создание, которое полностью зависело от неё.
Снизу, из кухни, доносился манящий аромат. Сладковато-пряный запах спелых томатов, смешанный с ароматом базилика и чеснока, медленно поднимался по лестнице, заполняя весь дом теплом и уютом. Спустившись вниз, она замерла у дверного проема кухни. Мерт стоял у плиты, спиной к ней и солнечный свет, падающий из окна, освещал его фигуру, подчеркивая рельефные мышцы спины и рук.
Афра обожала наблюдать за ним, когда он готовил. Это было её маленькое, тайное удовольствие. В эти моменты он казался ей ещё более сильным, ещё более притягательным. Вот он ловко орудует ножом, нарезая сочные помидоры. Каждый удар был точным и уверенным, а движение руки- отточенным. Она видела, как напрягаются мышцы на его предплечьях, как они играют под тонкой тканью футболки. Это завораживало и пробуждало желание. Она медленно подошла и обняла его со спины, прижавшись всем телом.
- Вы уже проснулись? он повернулся и нежно обнял жену.
- Айлин спит... она уткнулась в его шею и вдыхала любимый аромат его кожи. - Чем так вкусно пахнет?
- Паста с томатами... улыбнулся он.
- У тебя коварный план откормить меня? она провела кончиком носа но его скуле и поцеловала в уголки губ.
- Ничего не могу поделать со своей любовью к твоим щёчкам… он обхватил её лицо руками и покрывал нежными поцелуями. - Я уже был готов запереть этот чёртов спортзал в котором ты себя истязала каждый день.
- Спасибо, что ты есть. Что ты просто рядом. Что понимаешь и ничего не говоришь, а просто делаешь... Делаешь меня счастливой каждый день.
- Всегда буду. Хочу чтобы ты всегда вот так улыбалась и чувствовала себя умиротворённо... он гладил её лицо, а вторая рука скользила по её бедру.
- А ещё что хочешь? с вызовом прошептала она, запуская руки по футболку.
Он подхватил её одним движением, усадил на кухонный стол и прижался вплотную, устроившись между её ног.
- Тебя на этом столе... он провёл горячими губами по её шее. - Грубо и грязно... его хриплый голос прошептал ей на ухо и она прикрыла глаза от предвкушения.
- И глубоко... прошептала она, прикусывая его мочку уха.
Ему было этого достаточно, чтобы мозг отключился и проснулось что-то дикое и необузданное.
Его руки скользнули под свободную футболку, а губы впивались в кожу оставляя влажные поцелуи. Он обхватил горячими ладонями её грудь, жадно вырисовывая узоры губами.
Она вскрикнула не от боли, а от наслаждения когда он прикусывал её нежную кожу. От ловкого движения его пальцев темнело в глазах, она выгибалась сильнее, желая большего.
Одежда в одно мгновение была сброшена на пол, он притянул её ближе к краю стола и вошёл одним уверенным толчком.
Он сделал несколько медленно мучительных движений, проникая в неё полностью и она сильнее обхватила его ногами, требуя большего.
Мерт ускорил темп и его движения становились резче и яростней. Его пальцы сильнее впивались в её бёдра, оставляя красные следы. Её стоны становились всё громче, она больше не могла себя контролировать. Афра хотела его полностью и без остатка.
Её дыхание стало прерывистым, лёгкая дрожь пробежала по телу, когда её нога, обнажённая и изящная, скользнула по его плечу, притягивая его сильнее, позволяя войти ему ещё глубже.
Пальцы её руки вцепились в столешницу, когда его дикие движения буквально вдавливали её в деревянную поверхность.
Он почувствовал, как её тело напряглось, а затем расслабилось, принимая его глубже, безо всякого сопротивления.
Он двигался в ней с такой скоростью пока её тело не задрожало. Спазм внизу живота разлился ярким наслаждением до разноцветной вспышки в глазах.
Воздух в комнате был густым и тёплым, пропитанным ароматом их страсти и когда всё стихло, осталась лишь дрожь в телах и учащённое дыхание. Он всё ещё сильный и властный, притянул её к себе. Её тело, ещё горячее от близости, послушно прижалось к его груди.
- Всё хорошо? он провёл пальцами по её лицу, убирая пряди волос.
- Лучше не может быть... она жадно его поцеловала, прикусив губу.
- Моя дикая... он прорычал ей в губы и крепче обнял.
- Кажется твой соус сгорел... она кивнула головой в сторону плиты.
- Да хрен с ним, я сам сгорел... ухмыльнулся он.
Её губы скользили по его груди, исследуя каждый мускул, каждую линию. Она чувствовала, как его сердце бьётся под её щекой, сильное и ровное, успокаивающее и возбуждающее одновременно. Он тихо вздохнул, его рука нежно погладила её по ноге, где остались красные следы от его пальцев.
- Прости... Я немного переусердствовал... виновато сказал он.
- Всё хорошо... Ты же знаешь, что мне так нравится... улыбнулась она.
Он знал. Знал, что её тело отзывается на его прикосновения с такой же силой, как и его собственное. Знал, что её страсть была не менее глубокой, чем его. Но каждый раз, когда он чувствовал, что его желание выходит за рамки привычной сдержанности, он извинялся. Он не понимал, как это происходит, как его бережное отношение к ней, его стремление защитить и оберегать, может так легко сменяться этой всепоглощающей, дикой и животной страстью.
- Но соус тебе всё таки придётся приготовить заново... она прикусила его грудь и спрыгнула со стола, натянув футболку.
- Ну куда? он капризно тянул её обратно.
- Пойду посмотрю не разбудили ли мы Айлин... она дотронулась кончиком носа до его.
- Если бы разбудили, она бы нам уже об этом громко сообщила... он продолжал обнимать жену, оставляя лёгкие поцелуи на её лице.
- У нас самая понимающая дочь на свете. Но у нас сегодня куча дел! Ты не забыл, что нам надо подготовиться к завтрашней фотосессии? Ты звонил Али, всё в силе?
- Али мне уже сам сто раз позвонил, мне кажется он к съёмкам для обложки журнала так не готовится... усмехнулся Мерт. - У нас тоже всё готово, осталось только ёлку нарядить.
- Только? Не забывай, что мы это будем делать с Айлин, поэтому умножай время в двое.
Афра и Мерт хотели провести первую новогоднюю фотосессию дочери дома. Им не хотелось фотостудий и искусственных локаций. Дом был для них особенным местом, их крепостью и уединением, их личным миром скрытым от посторонних глаз и для них это было важно и символично.
***
В гостиной царила атмосфера предвкушения праздника. На полу стояла пушистая и высокая ёлка, ожидая своего звёздного часа. Афра держала на руках Айлин, чьи глазки широко распахнутые, с любопытством следили за происходящим. Мерт доставал из коробки гирлянды и игрушки, а Нагги с энтузиазмом ему помогала, таская шары из коробки.
- Ну что, моя принцесса, готова к волшебному вечеру? Мерт взглянул на Айлин, которая в ответ лишь тихонько вздохнула, прижимаясь к маминой груди.
- Сейчас мы красиво украсим ёлку, а завтра Айлин будет позировать. Да, моя любовь? Афра ласково погладила дочь по крошечной головке и нежно поцеловала.
- Всё, мы с Нагги готовы! Командуйте, дамы! Мерт выпрямился и обнял жену с дочерью.
Они начали украшать ёлку вместе. Мерт ловко развешивал гирлянды, создавая мерцающий водопад света, а Афра держа Айлин на руках, осторожно прикрепляла шары. Каждый шар был особенным: стеклянные, расписанные вручную, с блестками, с изображением ангелов. Некоторые из них были подарками от близких, другие- напоминанием об их совместных путешествиях.
- Смотри, этот нам Несли дарила в прошлом году... Афра крутила в руках игрушку с надписью "В этом году произойдёт чудо".
- Несли не обманула... подмигнул Мерт.
- Вот оно наше новогоднее чудо... он поцеловал дочь и она разулыбавшись потянулась к папе. - Иди ко мне, моё счастье... он взял малышку на руки и они продолжили украшать.
Когда ель засияла всеми своими огнями, а на самой верхушке зажглась звезда, они замерли, любуясь своим творением. Айлин, убаюканная мерцанием и тихой музыкой, мирно спала на руках у Мерта, её личико было освещено мягким светом ёлки.
Они стояли обнявшись в тишине, нарушаемой лишь тихим дыханием их дочери и мерцанием ёлочных огней. Это был их первый Новый год втроём и он был наполнен не только праздничным настроением, но и глубокой, всеобъемлющей любовью. Первая ёлка Айлин стала символом их новой жизни, полной надежд, радости и бесконечного счастья.
***
Утром перед фотоссесией царила суета смешанная с легким волнением. Афра с привычной энергичностью металась по дому, расставляя последний декор и проверяя, все ли готово для маленькой модели. Мерт более спокойно готовил в гостиной удобное место для съемок. Айлин сладко сопела в своей коляске, выспавшийся ребёнок- главный залог удачной фотосессии.
Они услышали шум открывающихся ворот и через пять минут на пороге стоял Али, с широкой улыбкой и глазами, полными предвкушения. Но то, что последовало дальше, заставило их обоих замереть в удивлении.
За его спиной показался не один, а целых два огромных чемодана, которые он ловко поставил на пол. Затем он вернулся к машине и начал выгружать… аппаратуру. И это была не просто пара камер и объективов. Это было целое созвездие осветительных приборов, стойки, отражатели, рассеиватели- все то, что обычно можно увидеть на съемочной площадке для обложки глянцевого журнала.
- Брат, это что? Мерт удивлённо приподнял брови.
- Как что? Первая профессиональная фотоссесия моей племянницы. Вы думали я буду халтурить?
- Мы не ожидали, что ты настолько ответственно к этому подойдёшь... округлила глаза Афра.
- Я вам скажу, что мы к съёмкам на обложку журнала так не готовимся, как он готовился к этой фотоссесии... закатила глаза Несли, заходя с очередным штативом.
- Так, ну ладно! Не мешайте мне, подвиньтесь... деловито сказал Али.
Он начал ловко расставлять стойки, направляя на диван мягкий, рассеянный свет. Затем достал огромный софтбокс, который, казалось, мог осветить целую комнату.
- Он в порядке? Мерт шепнул Несли.
- В полном! В отличии от меня, у меня уже дёргается глаз... рассмеялась она.
Вскоре проснулась Айлин и после кормления была в полной готовности с первым образом: красно-белое боди, ярко красные вязаные сапожки, большой бант на голове и новогодний реквизит.
- Я вам говорю, Айлин прирождённая модель! восхищался Али, щёлкая камерой.
Молодые родители и Несли подготовили все любимые игрушки Айлин, чтобы за кадром трясти ими и строить гримасы, вызывая её улыбку. Но ничего из этого вовсе не пригодилось, ей было достаточно её любимого дяди, при виде которого она улыбалась во весь беззубый рот. У этих двоих была своя магия, Али сам укладывал малышку на очередную локацию, щёлкал пальцами, улыбался и они не заметили, как пролетело два часа.
В голове Али возникали бесконечные идеи, они меняли наряды Айлин и локации. Они делали невероятно красивые кадры малышки отдельно и вместе с родителями: под ёлкой, в детской, на украшенном окне, на столе с мукой и пряниками. В завершении уже Мерт фотографировал Али и Несли с Айлин.
- Вам идут дети! комментировал Мерт, щёлкая камерой.
- Ну как ты угол взял? Левее! ворчал Али.
- Да не умничай ты. Сейчас я фотограф, а твоё дело позировать. А позируешь ты так себе!
- Я со всех ракурсов красивый, мне не надо позировать!
Фотосессия завершилась и продолжился тёплый вечер с друзьями, который как обычно был наполнен шутками, смехом и вкусной едой. Айлин продолжала быть в центре внимания, она курсировала по рукам, не желая спать и разделяла веселье своей улыбкой, агуканьем и заливистым смехом.