Play With Fire

....кем-нибудь так любезно.

– Нет, – согласился Ваня, в его голосе не слышалось ни тени оправдания. – В следующий раз разрешаю вылить мне коктейль на голову и пнуть Рейна по яйцам.

Я уже собиралась ему ответить, как вдруг увидела бабушку. Ее было трудно не заметить в пышном вечернем платье в сине-красных блестках, с ярко-розовой помадой на губах и на каблуках.

Она взбила и полила лаком волосы – чем выше прическа, тем ближе к Богу, – а в руках держала небольшой клатч, который каждое воскресенье брала с собой в церковь, когда мы туда еще ходили. Бабушка перешла дорогу и направилась в закусочную.

– Стой! – заорала я.

Ваня остановился, не сбавляя скорости. Нас обрызгало грязью, а меня дернуло вперед, и я ударилась грудью о его спину. Ваня, поймав, грубовато обхватил меня рукой за талию.

– Все, нашла, – выпалила я, слезая с байка. У меня тряслись ноги. – Спасибо. Вон она, в платье Дайаны Росс, через дорогу. Я сейчас же отведу ее домой. – Я сняла шлем, зная, что наверняка испачкала его тональником, и отдала Ване в руки. Я снова напялила кепку на голову. – А теперь спокойной ночи, Ваня.

Я побежала через дорогу, чуть не повалив бабулю на землю. Она медленно повернулась на мой топот, и улыбка на ее лице сменилась недовольной гримасой, стоило ей заметить мою приближающуюся фигуру.

– Будь я проклята! Что ты тут забыла, Елена-Мэй? Уже спать пора. Завтра в школу.

Бабушка хлопнула себя по бедру сумочкой. Ее лоб покрылся бисеринками пота от долгой прогулки по грязной дороге, а на туфлях налипла грязь.

Она опять спутала мой возраст?

– Просто хотела составить компанию. – Я резко затормозила с ангельской улыбкой на лице.

– Солнышко, у меня свидание с дедушкой. Давай завтра?

Я яростно затрясла головой. Улыбка на лице была такой же болезненной, как незажившие раны, и такой же натянутой. Бабушка считала, что дедушка еще жив.

– Пожалуйста, я правда хочу с тобой, бабуль.

Она открыла рот, готовясь снова меня отчитать, как вдруг, посмотрев за мою спину, вытаращила глаза, которые сразу загорелись блеском. Я круто развернулась, и у меня тут же вытянулось лицо.

Боже, пожалуйста, только не это.

– Добрый вечер, миссис Гилберт. Как поживаете? – Ваня с самодовольным видом приблизился к нам. Идеальными зубами он сжимал леденец, а на губах сияла наглая ухмылка. Морщинками вокруг зеленых глаз он напомнил мне Скотта Иствуда[7 - Скотт Иствуд – американский актер и модель, сын Клинта Иствуда.].

Интересно, что за дела со старой доброй конфетой. Ваня всегда смаковал один и тот же леденец со вкусом зеленого яблока.

– Прекрасная погода, не так ли?

– Чудесная. – Бабуля взбила рукой залитые лаком волосы, жесткие, как скала. – Вроде мы незнакомы?

Бабушка Савви протянула Ване руку. Он ухватил ее, наклонил голову и, на время вытащив конфету изо рта, провел губами по ее пальцам.

– К моему огромному огорчению, незнакомы. Иван Бессмертных. Я работаю с Еленой.

– Что ж, боюсь, она про тебя не упоминала.

От взгляда, который Бессмертных бросил в мою сторону, я чуть не захихикала. Он выглядел по-настоящему удивленным. У меня возникло подозрение, что впервые знакомая ему женщина не сделала его центром своей вселенной.

– Это правда? – Он сощурился, глядя на меня, засунул леденец обратно в рот и прокусил до хруста. Я пожала плечами.

– Вы с Еленой-Мэй составите нам компанию с Фредди? – спросила бабушка.

Была половина двенадцатого, а бабушка выглядела ужасно. У нее наверняка очень сильно болели ноги – она не привыкла много ходить. К тому же я реально не хотела, чтобы главный плохой парень нашего универа оставался с глазу на глаз с моей сумасбродной бабушкой, хоть и буду притом чувствовать себя мелочным и неблагодарным человеком.– Нет! – завопила я одновременно с Ваней, который тут же произнес:

– Отличный план.

Бабушка, изогнув бровь, внимательно посмотрела на нас обоих.

– Ребята, хотите обсудить?

У меня так зарделись щеки, что удивительно, как голова не лопнула. Смерть от смущения – это жестоко, но сейчас очень даже к месту.

– Ваня только что отработал смену. Он точно хочет домой.

– У Вани есть своя голова на плечах, и сейчас ему нужен стейк и приятная компания. – Ваня грубо отпихнул меня и обольстительно прокатил конфету во рту, стрельнув в сторону моей бабушки отрепетированной нахальной ухмылкой.

– Где правила хорошего тона, Елена-Мэй? Мужчина проголодался и вежливо, корректно просит составить ему компанию. Даю слово, я ее лучше воспитывала.

– Ничуть в этом не сомневаюсь, мэм.

Ваня открыл нам дверь в закусочную. Бабушка гордо вошла первой. Он пошевелил бровями, смотря на меня с издевательской улыбкой.

– Дамы вперед.

– Да что с тобой не так? – накинулась я на него.

Ваня смиренно вздохнул.

– Дети, долго вы там еще?

Я стукнула его по руке и поплелась внутрь.

Он засмеялся.

Он и правда засмеялся.

Словно мысль о том, что я могу нанести ему хоть какой-то вред, была полным бредом.

– Ты проиграл пари? – шепотом произнесла я, идя с ним нога в ногу.

– А ты выжила из ума? – ответил он вопросом на вопрос, источая тихую опасность, которая почему-то не зацепила бабушку. – Это просто ужин, а твоей задницы вообще в меню нет.

– Вот только не говори, что не видишь ничего странного в желании провести время со мной и моей бабушкой.

Я была Греночкой, а она – не совсем в своем уме. Все это знали. Даже если Ваня не слышал об этом, то уж за последние десять минут должен был врубиться. С чего он вдруг решил со мной подружиться?

– Не все вертится вокруг тебя, Техас. На самом деле очень немногое. Это действительно благословение и проклятие – знать, что мир не вертится вокруг твоей энергичной попки. Иногда парень просто хочет стейк.

– Я…

Ваня живо меня перебил:

– Голоден. Уйди с дороги. Сейчас же. – Он кивнул, показывая мне идти вперед.

Бабушка скользнула на красную скамейку в форме подковы, и мы последовали ее примеру. Тут же появилась официантка средних лет с обесцвеченными волосами, чтобы взять у нас заказ. Она была одета в розовую форму с воротничком в черно-белую клетку.

«Курятник Ронды» – круглосуточный кабак, обслуживавший в основном проезжавших мимо дальнобойщиков. Здесь сидела всего пара посетителей, которые пили заварной кофе и ели фруктовый пирог. Бабушка попросила чай со льдом и мясо в остром соусе, а Ваня решил не мелочиться и заказал двойную порцию фри, молочный коктейль и непрожаренный стейк, который, как я позже узнала, был размером с полкоровы. Я попросила диетическую пепси из автомата и чудо. Официантка щелкнула жвачкой и хихикнула над моей шуткой.

– Тяжелая ночка, девочка?

– Можно и так сказать, – пробурчала я и, прищурившись, посмотрела на сидящего напротив Ваню. Он непринужденно улыбнулся, и упрямый блеск в его глазах убедил меня, что он ничуть не возражает против моей враждебности.

Ощущение, будто ему за один день произвели пересадку личности. Может, он пережил нервный срыв, потому что сейчас совсем не походил на парня, которого я видела на учебе эти два года.

Продолжение следует...