Play With Fire

...обозленные папаши. К тому же от этой сделки не будет выгоды, поскольку я не связываюсь с малолетками. Я не «Нетфликс». Не развлекательная передача. А теперь проваливай.

– Даешь уроки этикета в свободное время? – простонала я, прижимаясь затылком к стене и закрыв глаза.

Ваня пнул стоящий на полу ящик, который мешал ему пройти к грилю.

– Смотря по обстоятельствам. Купишь?

Я покачала головой.

– Ты вел себя ужасно грубо, Бессмертных.

– Я худший кошмар их родителей, причина, почему папаши покупают бейсбольные биты и ставят дополнительные замки. Они считают меня экзотическим животным, бунтарем. Я не пони, на котором они могут кататься по очереди, – на удивление пылко выпалил Ваня.

– Сплетни утверждают обратное, – промямлила я с закрытыми глазами.

Теперь я делаю намеки с сексуальным подтекстом? Что я несу и главное – зачем? Его репутация не мое дело. Не говоря уже о том, что даже я начала понимать Амину. Я жутко сегодня дерзила.

– Хочешь знать, какие сплетни ходят о тебе? – поддел он, но без интереса. Голос его звучал холодно. Бесстрастно.

– Нет.

– Хорошо, потому что ты не настолько интересна, чтобы о тебе говорить.

Отвернувшись к окну, чтобы он не увидел мой румянец, я оставила эту тему. Ваня прав. В нем видели лишь тело. Если бы он был женщиной, я бы на его месте оскорбилась. Но поскольку Бессмертных – парень, я предположила, что ему нравится внимание. А еще я должна извиниться за то, как тут раскомандовалась. Да и вообще за многое.

– Наверное, я перегнула палку, – заявила я, несколько минут рассеянно выскабливая тряпкой салат из щели в окне.

Ваня не ответил. Я подумала, что он, возможно, меня не услышал или решил не принимать извинений, но потом Бессмертных заговорил:

– А я, наверное, повел себя как урод из-за того объявления. Просто очень нуждался в этой работе.

Я развернулась и заметила, как он бросил мне из-за плеча ухмылку.

Мне было даже страшно подумать, что Амина оказалась права.

Что я возражала против работы с ним из-за испуга.

Что мир настолько меня страшил, что я не хотела даже пытаться выйти из зоны комфорта.

– Вообще-то, я не знаю твоего имени. – Ваня выключил гриль и закинул себе на плечо полотенце.

– Елена. – Я прочистила горло. – А ты?

Мы оба засмеялись.

– Иван, – сказал он.

– Класс.

На минуту наступило затишье, а потом…

– Мир, Елена? – Он протянул мне мизинец. От его хриплого голоса по спине побежали мурашки. Тело задрожало. Плохой знак.

Я обхватила его мизинец своим, чувствуя себя глупой и, как это ни страшно, вовсе не несчастной.

– Мир.

Когда я села в пикап, то увидела в телефоне сообщение от Амины.

Амина: Ну что? Мне его уволить?

Я: Он может остаться.

Амина: Я ЗНАЛА. СОГЛАСИСЬ, ОН МИЛЫЙ! Я ЗНАЛА, ЧТО ТАК И БУДЕТ.

Я вспомнила его разговор с теми девушками. Я бы не назвала Ваню милым. Черт, я бы даже не назвала его воспитанным. Может, порядочным.

Я: Нормальный он.

Амина: Подружка, он норма-а-альный. Только не влюбляйся. Это будет то еще клише, и он разобьет тебе сердце.

Я: Тебе не о чем беспокоиться, если только я не получу серьезную черепно-мозговую травму с последующим сотрясением. Как учеба? Справляешься?

Амина: Более-менее. Как бабушка?

Я: Выживает.

Едва ли.

Я положила телефон на соседнее сиденье и закрыла глаза.

Снова открыв через какое-то время, увидела Ваню на другом конце парковки. Он сидел на обочине в одиночестве рядом со своим мотоциклом в оранжево-красно-золотистом свете сумерек. Задумавшись, Ваня жевал свой жуткий леденец, уставившись в одну точку. Смотря на него, я не видела самого популярного в колледже парня.

Бога секса.

Боксера, зарабатывающего на нелегальных боях.

Я видела самого одинокого парня, которого только встречала в жизни.

Милого, растерянного и запутавшегося.

И с горечью подумала: ведь он даже не знает, что напротив сидит девушка, очень похожая на него.

Елена
***

Следующие несколько недель прошли, как в тумане.

Экзамены, сплошные лекции и попытки успеть с учебными заданиями – времени даже перевести дух не хватало.

Я пренебрегла просьбой профессора Макгроу найти себе роль в «Трамвай «Желание» и каждую репетицию кусала ногти до крови, представляя, как она врывается в зал и при всех выгоняет меня с курса. Разумеется, этого не произошло. На самом деле профессор Макгроу так и не ответила, даст ли она мне очередную отсрочку, а значит, она точно рассчитывала, что я обращусь к Крузу Финли по поводу роли.

Но я так этого и не сделала.

Я словно повисла в воздухе, словно стояла на самом краю утеса и готовилась к падению.

Плюсом ко всему и бабушка была не подарок. Марла сказала, что та стала особенно забывчивой. Что едва узнавала свою сиделку и постоянно пребывала не в духе.

Поразительно, но не доставляла хлопот только работа с Ваней. Нет, мы не стали лучшими друзьями и все такое. С тех пор, как он заступил на работу в «Фургон с тако», у нашего трейлера стали выстраиваться очереди из новых покупателей. Все дошло до того, что пришлось повесить объявление с рекомендацией сначала сделать заказ, а потом уже фоткаться со Всемогущим Бессмертных.

Но Амина была права. План сработал.

Дважды я оказалась вынуждена звонить миссис Контрерас с просьбой доставить еще продуктов, потому что их недоставало. Чаще всего нам с Ваней даже отдышаться времени не хватало – не то что вести светские беседы. Но смены проходили быстро, и, когда наступало время идти домой, у меня ныло все тело.

Первую неделю Ваня проработал без футболки. На второй неделе он принес портативный кондиционер. Он казался совершенно новым и чертовски дорогим. Ваня притворился, что здесь нет ничего особенного, что он просто купил (или украл?) кондиционер, который, наверное, спасет нам жизнь. Он поставил его точно посередине, включил на полную мощь и как бы невзначай замер рядом с ним. В тот день я поняла, что не все герои носят плащи. Некоторые одеты в грязные джинсы «Дизель», ботинки и потрепанные футболки.

Вопреки моему не поддающемуся объяснениям желанию не испытывать к Бессмертных симпатии, я все же пробормотала «спасибо».

– Что ты там сказала? – Ваня приложил руку к уху, в его глазах появился шаловливый блеск.

Да пошел ты, Бессмертных.

– Я сказала «спасибо», – буркнула я себе под нос.

– Что ж, всегда пожалуйста. А теперь перестань похотливо глазеть на меня. Я и так чувствую себя объектом сексуального насилия.

Я так сильно засмеялась, что случайно хрюкнула, к своему ужасу. Мы оба понимали, что я силилась не пялиться на его голый торс.

Господи. Я хрюкнула. На глазах у Ивана Бессмертных. Перспектива скончаться от унизительного положения стала вполне реалистичной.

– Извини, издаю звуки, как свинья. – Я закрыла лицо руками.

Он кинул в меня кусок рыбы.

– Если бы ты была животным, то каким?

– Фениксом, – даже не задумываясь, ответила я. Рука непроизвольно потянулась к сломанному кольцу, и я повертела его на большом пальце. Ваня кивнул. Не знаю почему, но я вдруг почувствовала, будто он знает, про что я говорю....

Продолжение следует...