Часть 12. Начало Конца.
Пять молчал, когда закончил с моей ногой.
- И что теперь? - спросила я.
- Надо предотвратить апокалипсис. А ещё не попасться в руки двум охотившимся на нас киллерам. Их зовут Хейзел и Ча-ча.
Я усмехнулась.
- Я с тобой. - я попыталась встать, но боли дали о себе знать.
- Да, конечно. - ядовито усмехнулся он.
Дверь позади него открылась и там показалась смуглая девушка.
- Привет. Как себя чувствуешь?
- Как-будто в моей ноге дыра. - сардонически отозвалась я. Девушка тихо засмеялась, а после - обратилась к Пять.
- Пять. У Вани сегодня концерт. Ты идёшь?
- Не сегодня, Эллисон. У меня дела.
- Пять... - начала жалобно его сестра Эллисон.
- Нет! - рявкнул он.
Дверь захлопнулась, отдаваясь эхом в ушах.
- Ты не сказал им о конце света?! - агрессивно зашептала я
- Нет. Потому что я остановлю его. Им не нужно лишний раз переживать. Слушай, у меня есть некоторые идейки, но я сомневаюсь в них. Поэтому иду проверять.
- А мне что делать?! Пылиться?
- Именно. - он подошёл к трюмо и поправил пиджак, рассматривая красное пятно на рубашке.
- Хах. Не в этот раз!
Я предприняла последнюю попытку подняться, несмотря на то, насколько сильно ноет нога.
Пять закатил глаза и начал перевязывать галстук.
- Ты всегда ходишь в школьной форме?
- Это единственное, что мне по размеру.
Я вновь поднялась на ноги и прильнула к стене.
- Ты будешь только тормозить меня. - гневно высказал он и вновь попытался завязать галстук.
- Дай сюда, бесишь уже.
Я сделала шаг в его сторону и повернула к себе за плечи, вновь прислонившись к стене спиной. Он был совсем немного выше меня. Черный галстук находился на уровне моих глаз и я принялась его перевязывать.
Мне показалось странным, что, когда я ненароком касалась его шеи, он дёргался.
Его взгляд часто бегал и долго на одной вещи не задерживался. Он был так близко, что я слышала его дыхание. И оно было слегка учащенным.
Похоже кто-то влюбился в Гефеста... - произнес голос в голове.
Ерунда. - ответила я.
Наконец я поймала его взгляд и он мигом его отвёл.
- Пять, - дверь рядом открылась и в проёме показалась рожа громилы. - Ты ты помнишь про выступление Вани первого... - при виде нас он замер и, извинившись, скрылся за хлопком двери.
- Готово. - сказала я после неловкой тишины.
- Спасибо.
Мягкий взгляд Пятого вновь остановился на мне. Он выглядел так, будто я ввела его в транс. На мгновение его взгляд скользнул по моим губам, а он сам будто приближался. На секунду мне показалось, что он хочет коснуться меня, но парень только встряхнул головой и отошёл к зеркалу возле кровати.
- Про что говорил твой брат?
- Лютер? Про выступление Вани первого апре... Какое сегодня число?!
- Ну, если зашла твоя сестра и сказала про выступление другой сестры сегодня, и Лютер зашёл, чтобы напомнить, что оно первого, то... Сегодня первое апреля. А что?
Пять громко выругался и стал агрессивно топать по комнате, укладывая свои волосы.
- Апокалипсис наступит сегодня! Надо бежать за семьёй!
- А как же моя семья?
- Они в прошлом. В двадцатом веке. Пойдём!
Пять схватил меня за руку и мы исчезли за вспышкой.
Мы переместились на первый этаж, где Пять начал выкрикивать имена родных.
- Ваня! Лютер! Эллисон? Клаус! Диего! Где вы, чёрт побери?! Неужели уже уехали?
Пять резко развернулся и прошёлся рукой по волосам. Его ноги вновь привели ко мне и мы снова телепортировались.
Эти перемещения меня уже утомили...
Мы оказались в огромной фойе. Полы были застелены красными коврами, а вдоль стен шли колонны.
В этом помещении толпился народ, и казалось, что никто не заметил, как два подростка появились из воздуха.
- И что теперь?!
- Надо их искать!
Пять мигом устремился в толпу, постоянно оборачиваясь по сторонам. Похоже он забыл, что передвигаться мне не легко. Ну что ж. И не с таким справлялись.
Я, хромая, подошла к огромным бархатным занавескам и взялась за позолоченную верёвку, которая регулирует открытость и освещение с окон, за которыми, кстати, было довольно темно. Из пояса я достала маленький ножик и перерезала верёвку и теперь у меня был ее метровый кусок. Я провела по веревке и та начала деревенеть, превращаясь в трость.
Теперь ходить уже легче. Народ заваливался в большие дубовые двери, а там они уже усаживались на места, чьи ряда тянулись по огромному темному помещению. Только сцена внизу была освещена и пуста.
Около десяти минут поиска не дали никаких результатов. Все вошли и я была последней. Я хотела пройти в зал, но меня остановил охранник, потребовав билет.
Я вздохнула и, приподняв трость, заострила его конец. Ему не хватило той быстрой секунду, чтобы осознать, что вот-вот умрет. И умер. Причиной стало большая потеря крови из брюшной полости.
Снова пользуясь обычной и ничем не примечательной тростью, я прошла в зал и стала прислушиваться к окружению.
Только гул и пустые разговоры.
Внезапно из колонок прозвучал голос женщины, принуждающий всех отключить телефоны и, по возможности, не отвлекаться.
Сцена стала ярче. Перед глазами зрителей предстала девушка в черном костюме и скрипкой в руках. Только лишь скрипка.
Теперь только один единственный прожектор освещал только её.
Я все ещё стояла возле дверей и взглядом бегло разыскивала Пять или какие-то вспышки.
Прежде чем скрипка была поднята вверх к плечу, двери возле меня распахнулись и, к счастью, меня не задели. Несколько человек вошли в зал и тут же принялись занимать последний ряд, места которого были расположены рядом со мной.
В потёмках они меня не разглядели, но я подошла к одной из сестер Пять - вторая была уже на сцене и оттуда прозвучали первые ноты, отчего все затаили дыхание.
- Эллисон. Где Пять?
Эллисон вздрогнула и повернулась, как и все остальные.
- О, Гефест! - произнес один из братьев весёлым голосом.
- Да тихо ты! - шикнула я.
- Пять тоже тут? - спросил Лютер и его вопрос так и повис в воздухе, ведь не было смысла на него отвечать..
- Послушали меня внимательно! Через несколько часов погибнет все живое на этой планете. И нам срочно нужно спасаться.
- Что происходит? - послышался голос Диего.
Рядом мелькнула голубая вспышка и все вновь дернулись.
- Вот вы где. - раздался раздраженный голос Пятого.
- Пять, может ты объяснишь, что здесь нахрен творится?! - прошипел Диего.
- Пара идей, но, когда всё начнется, нас здесь уже не будет.
- Ребят...
- Что, Клаус?
- Посмотрите на Ваню.
Каждый взор устремился к Седьмой из Харгривзов. Единственная, стоя в одиночестве, начала играть слишком чувствительно и эмоционально. Слабое светлое сияние исходило из смычка и струн скрипки.