Часть 10. Неродная.
До назначенного времени оставалось совсем немного. Пару часов. Что я могла потерпеть.
Обычно свое свободное время я убивала на тренировки. Метала ножи в саду, старалась придать предметы третий вид и даже пробовала сделать пистолет, но результаты были микроскопическими. Даже сейчас я вышла в сад.
Уже темнело. Небо стало фиолетовым, а дальше оно было черным, будто пустотой, украшенной звёздами. А ведь я смотрю на миллионы лет в прошлое. Я сидела на траве и покручивала балисонг между пальцев, как обычные люди перекручивают монетку между ними. Этот нож был сделан из ножниц, которые мне так любезно одолжила Куратор. Она была слишком фальшивой. Фальшивая доброта, улыбка, пожелания...
Это немного досаждало. И ведь Пять как-то терпел её.
В третий раз сжимая в руках балисонг, я почувствовала эту холодную смесь, от которой по моей коже прошёлся полк мурашек.
Внезапно лезвие впилось в мою ладонь. Я прошипела и откинула предмет в сторону, разглядывая порез на руке. К счастью, он не глубокий, но вот теперь сжимать и разжимать первую руку достаточно больно.
Я потянулась к предмету, который еле нашла в темноте, и взяла в руки.
У меня получилось создать третий вид.
Изначально были ножницы, потом я превратила их в балисонг, а теперь в моих руках канцелярский нож!
Моей радости не было границ. Я получила то, к чему стремилась с детства.
Редкая улыбка засела на лице.
Следующая цель : научится создавать более трудносостовляемые предметы.
Услышав уверенные и быстрые шаги, я приняла серьезный вид и поднялась.
— Чертова стерва! Она не похищала мою семью! Они в две тысячи девятнадцатом. Через два дня наступит апокалипсис и тогда нам их не вернуть.
Пять пытался отдышаться, но дыхание не восстанавливалось. Он отпустил портфель на землю и опёрся о полусогнутые колени.
Я не обращала на него внимание. Я зациклилась на втором его предложении - Куратор не похищала его семью, а это значит, что моя ещё цела и невредима. Должно быть, они с ума сходят!
Краем глаза я заметила, что к нам приближаются две массивные черные фигуры.
— А это кто? — спросила я, кивком указывая за Пятого.
— Твою мать!
Юноша резко поднял портфель, вцепился в мой локоть и нас ослепила знакомая синяя вспышка как раз в тот момент, когда две фигуры почти настигли нас. Один из них доставал автомат и начал стрелять, его примеру последовал и второй.
Меня слегка отбросило назад и я упала на знакомый ковер. Тупая боль поселилась в пояснице, когда та столкнулась с полом. Я привстала и сщурилась. На меня упали яркие лучи солнца, которые пролезали через окно гостиной Академии Амбрелла.
Пять пытался встать, но, кажется, ему это давалось с трудом.
— Пять! Где ты был?! — послышался женский голос.
Я поднялась и обернулась. На диване сидели те самые две женщины, а перед ними, затылками к нам ещё трое мужчин. Те тоже обернулись и привстали.
Харгривзы. Ну и как мне теперь смотреть им в глаза после того, как я убила их брата?
— Где вы были?! — рявкнул он.
— Ты смеёшься что ли? — сам захохотал странный человек в... длинной женской юбке. Между его средним и указательным пальцами была зажата заженная сигарета.
— Мы всё это время были в Академии, а ты куда пропал? — тупо спросил громила с очень короткими и жёсткими волосами.
— Да, а она что здесь делает?
Диего - единственный, кого я знала кроме Пятого. Только сейчас я заметила длинный шрам на его правом виске. Он тянулся от глаза и скрывался за ухом.
— Привет! — пропела я, театрально улыбнувшись. — Давно не виделись...
— Это та самая?... Гефест? — одна из девушек начала оглядывать остальных, ожидая ответа. Наконец ее мутный взгляд остановился на мне.
Диего взмахнул рукой и к моему лицу стремительно летел нож. Я выставила руку вперед и в мою ладонь врезалась расческа.
— Да. Та самая. — ответил он.
— Так где ты был? — спросила девушка. Она говорила медленно и скромно, будто она чувствовала себя здесь чужой.
— Это неважно. Главное все здесь и...
— Подожди-ка! — усмехнулась я. — Моя семья... Если Куратор никого не похищала, значит моя семья в целости и сохранности? Так ведь?
Я уставилась на Пять, а он - в пол, убрав руки в карман. Он не отвечал.
— О чем она говорит, Пять? — спросил Диего, переводя взгляд с меня на брата, как и остальные в этой комнате.
Я не дождалась его ответа и выбежала из академии. Я почувствовала прохладный весенний воздух, наполнявшие мои лёгкие, пока я бежала в сторону своего дома. Я бежала в надежде, что вновь услышу голоса родителей, их теплые улыбки и...
Вновь этот свет.
Передо мной появился Пятый. Я не успела затормозить и врезалась в него. Пока я пыталась осознать, что сейчас произошло, он переместил меня обратно в академию. Но не в гостиную, а в чью-то комнату.
— Что это было? — спросила я, потирая лоб. — Зачем ты меня остановил?!
— Мне нужно тебе кое-что рассказать.
— Сначала я найду свою семью. Потом можешь хоть лекции читать!
— Я переведу тебя куда угодно, но сначала ты послушаешь меня! — повысил он тон.
Я замерла в ожидании. Пять все ещё смотрит мне в глаза, видимо, подбирая нужные слова. Его губы были сжаты в линию, а руки спрятаны в карманы его шортов.
— Ты когда-нибудь задумывалась, почему убиваешь? Почему тебе это так нравится?
— Причем здесь это?! — завелась я.
— Тебя в детстве избивали?
— Нет! С чего бы?! У меня нормальная и спокойная семья! Может быть просто фильмы ужасов повлияли на мою психику или...
— Какие твои самые ранние воспоминания? — прервал меня Пять.
— Ну... Лет семь...
— Не задумывалась, почему так поздно?
— Да какая разница?!
— Вендетта, ты приёмная.
Сама не знаю, почему, но я засмеялась. Смеялась так, будто услышала самый смешной в моей жизни анекдот. Я держалась за живот и согнулась пополам.
Пять стоял, прильнув спиной к двери, на его лице на секунду блеснула ядовитая ухмылка.
— Тоже мне! Насмешил!
— Я серьезно. Ты родилась в семье алкоголиков, в которой подвергалась частым избиениям и наказаниям. В конце концов соседи пожаловались на шум и вызвали полицию, а те в свою очередь - органы опеки. Тебя нашли избитую, изрезанную, еле живую. Тебя морили голодом сутками, не выпускали на улицу и запирали в комнате. Органы опеки увезли тебя в детскую психиатрическую лечебницу, в которой ты провела два года. В итоге твой мозг заблокировал твои самые ранние воспоминания.
— Что ты несёшь?! Откуда ты это знаешь?!
— Потому что я убил твоих биологических родителей.