8 глава
После долгого, насыщенного дня, наполненного бесчисленными моментами смеха и дружеских поддразниваний, все, казалось бы, должны были вымотаться и разойтись по комнатам, однако никто не спешил расходиться. Вместо этого они решили устроить импровизированный вечер кино.
Хабиб, Тагир и Абубакар тут же заняли одну из кроватей, явно собираясь расположиться на ней с максимальным комфортом. Зубайра и Умар устроились прямо на полу, ближе к экрану, оживлённо обсуждая, какой фильм выбрать. После недолгих споров остановились на комедии — лёгком, ненавязчивом фильме, который не требовал особого внимания и позволял просто расслабиться.
Марьям тем временем забралась на свободную кровать, лениво закинув руку за голову и прикрыв глаза. Она словно пыталась отключиться от окружающего шума, но мысли упрямо возвращали её к событиям утра. В памяти всплывали моменты, как они с Исламом возились на кухне, как его пальцы на секунду задержались на её руке, как близко они оказались друг к другу...
Она поймала себя на том, что невольно стала оглядываться в поисках Ислама, но тут же вспомнила, что он ушёл в магазин по просьбе старших.
— Эй, Марьям! — чей-то голос вырвал её из мыслей, а в следующее мгновение кто-то слегка потряс за плечо.
Она резко открыла глаза и увидела перед собой Хабиба, который с хитрой ухмылкой кивнул в сторону двери.
— Пойди открой Исламу, а то он сейчас дверь вынесет.
Только теперь она заметила настойчивые стуки, доносившиеся снаружи.
— Да иду уже! — пробормотала она, нехотя поднимаясь с кровати.
Подойдя к двери, Марьям машинально пригладила рубашку, расправила складки и лишь затем потянулась к ручке.
Как только дверь открылась, перед ней предстал Ислам.
— Спасибо, — выдохнул он с лёгкой неловкостью. — Я карточку забыл, а до вас не достучаться...
Он выглядел так, словно собирался сказать что-то ещё, но замешкался и просто посмотрел на неё с лёгкой улыбкой. Марьям, сама не понимая почему, тоже улыбнулась в ответ, но промолчала.
Она отступила в сторону, пропуская его внутрь. В комнате уже все устроились, фильм начался, но, похоже, свободных мест для Ислама не осталось.
— Можешь лечь на мою кровать, если хочешь, — неожиданно предложил он, кивнув на ту самую кровать, где до этого лежала Марьям.
Она удивлённо приподняла брови.
— А почему никто туда не садится?
— Я никому не разрешаю, — пожал плечами Ислам. — Ну... кроме тебя.
Фраза прозвучала спокойно, без намёков, но почему-то внутри у неё что-то дрогнуло.
— Ну ладно, раз ты так великодушно разрешил... — с лёгкой иронией ответила она, снова устраиваясь на кровати.
Ислам сел рядом, откинувшись назад и закинув руки за голову. Фильм шёл, ребята то и дело смеялись, комментировали сцены, но Марьям почти не слушала их. Она слишком остро ощущала, что рядом сидит Ислам, слишком близко, чтобы просто не замечать его. Каждое его движение — как он поправил рукав, как медленно выдохнул, расслабляясь — ощущалось рядом, будто на грани её восприятия.
В какой-то момент она услышала, как он тихо усмехнулся.
— Что? — спросила она, повернув к нему голову.
— Да нет, ничего... Просто ты даже фильм не смотришь, — с лёгкой улыбкой заметил он.
— Смотрю! — тут же возразила она, сама не понимая, почему вдруг начала оправдываться.
— Да? — Ислам прищурился. — Ну-ка, о чём сейчас сцена?
Марьям резко перевела взгляд на экран, но... осознала, что абсолютно не вникала в происходящее.
— Ну... просто диалог, — неуверенно ответила она.
Ислам тихо рассмеялся, но больше ничего не сказал.
Так они и просидели до конца фильма — рядом, в какой-то странной тишине, наполненной невысказанными мыслями.
Когда пошли титры, в комнате раздались ленивые разговоры.
— Всё, пора спать, — потянулся Хабиб, вставая.
— Завтра день тяжёлый, — добавил Зубайра.
— Как будто у нас бывают лёгкие, — хмыкнул Умар.
Марьям лишь молча кивнула, схватила телефон и, не задерживаясь, отправила в общую группу расписание на неделю.
«Расписание
Понедельник:
• 07:00 – Бег на выносливость
• 11:00 – Грэпплинг
• 16:00 – Силовая тренировка
Вторник:
• 07:00 – Борьба в партере
• 11:00 – Спарринги
• 17:00 – Растяжка и восстановление
Среда:
• 07:00 – Кроссфит
• 11:00 – Тактические спарринги
• 16:00 – Плавание
Четверг:
• 07:00 – Бег в гору
• 11:00 – Работа у сетки
• 17:00 – Баскетбол/футбол
Пятница:
• 07:00 – Интервальный бег
• 11:00 – Жёсткие спарринги
• 16:00 – Борцовская физика
Суббота:
• 08:00 – Футбол
• 17:00 – Восстановительная тренировка
Воскресенье:
• Отдых – сауна, развлечения»
Вскоре под расписанием начали появляться реакции: кто-то поставил лайк, кто-то — смайлики с удивлёнными глазами, а кто-то шутливо отправил эмодзи с плачущим смехом, намекая, что их ждёт непростая неделя.
— Так, не начинайте, — усмехнулась Марьям, скользнув взглядом по экрану. — Сами же хотели нормальный режим.
— Нормальный? — недоверчиво фыркнул Умар. — Это режим выживания.
— Всё, хватит, — твёрдо сказал Хабиб, обрывая разговор. — Спать.
Марьям проснулась раньше всех, сама того не осознавая.
В номере было темно, лишь тонкие полосы уличного света пробивались сквозь неплотно зашторенные окна. В первое мгновение она даже не поняла, где находится — сознание будто цеплялось за остатки сна, но вскоре реальность окончательно вернулась. Гостиничный номер, сборы, команда... Она провела рукой по лицу, глубоко вдохнула, пытаясь окончательно прогнать сонливость.
Осторожно, чтобы не наткнуться на край кровати или не задеть что-то в полумраке, Марьям выбралась из-под тёплого одеяла и села, давая себе время привыкнуть к утреннему холоду. Инстинктивно потянулась за телефоном, но, увидев время — 5:47, только тяжело выдохнула.
— Ну вот зачем я так рано проснулась? — пробормотала она себе под нос.
Ложиться обратно уже не хотелось. Внутри будто проснулось странное беспокойство, не дававшее снова расслабиться. Взяв со стула кофту от своего тёплого костюма, она накинула её на плечи и, решив, что чаю в этот момент хочется больше всего, тихо вышла в коридор с чашкой в руке.
Гостиница ещё спала. В полутьме коридора царила приглушённая тишина, нарушаемая лишь редкими звуками: где-то за стеной кто-то перевернулся на другой бок, на улице изредка проезжали машины, но в целом всё было окутано сонным спокойствием.
Марьям направилась в небольшой холл, находившийся в общем пространстве этажа. Устроившись в мягком кресле, она сделала несколько осторожных глотков горячего чая — напиток приятно согрел горло, и это ощущение расслабило её. Мысли невольно вернулись к расписанию на неделю, к предстоящим тренировкам, к тому, как пройдёт день.
— Ты тоже рано встала?
От неожиданности Марьям вздрогнула и резко обернулась.
На пороге хола стоял Ислам. Он выглядел немного сонным, но уже был в спортивной одежде. Чёрная футболка, тёмные шорты, волосы чуть влажные — похоже, только что умылся.
— Да — коротко ответила она, пожав плечами.
Ислам кивнул, прошёл вглубь хола и, не спрашивая, сел напротив, подперев голову рукой. Некоторое время они молчали, будто никто не спешил разрывать эту утреннюю тишину.
— Сегодня утром у вас бег, да? — наконец спросила Марьям, слегка приподняв брови и глядя на него поверх чашки с чаем.
— Угу, — кивнул он, бросив взгляд на часы. — Пойдёшь с нами?
— Я? Бегать? — переспросила она, усмехнувшись. — Нет уж, я лучше посмотрю, как вы страдаете.
— Забавно, что для тебя подготовка — это страдание, — заметил он с лёгкой улыбкой.
Марьям лишь покачала головой, продолжая улыбаться.
Спустя полчаса отель начал оживать. По коридорам послышались шаги, двери номеров открывались одна за другой — кто-то, зевая и потягиваясь, направлялся в сторону ванной комнаты, кто-то уже искал воду или наспех собирал спортивную сумку. Воздух наполнился тихими разговорами и приглушёнными звуками утренней суеты.
— Всё, двигаем? — раздался уверенный голос Хабиба. Он вышел в коридор и осмотрел ещё сонную, но уже готовую к работе команду.
Марьям вышла вместе со всеми, но, в отличие от бойцов, не собиралась присоединяться к пробежке. Вместо этого она достала телефон, включила камеру и начала снимать.
— Марьям, давай с нами! — крикнул Тагир, пробегая мимо и подмигнув.
— Ага, сейчас, конечно, — усмехнулась она, убирая выбившуюся прядь волос за ухо.
Тренировка стартовала. Бойцы один за другим рванули по набережной, двигаясь вдоль океана, который отражал в себе первые проблески утреннего солнца. Холодный, свежий воздух наполнял лёгкие, бодрил, словно заряжая энергией на весь день. Ислам держал ровный, уверенный темп, его движения были выверенными, шаг — отточенным и ритмичным. Марьям с лёгкой улыбкой наблюдала за ними, периодически записывая короткие видео, чтобы позже выложить в соцсети.
Некоторые ребята начинали выдыхаться, их дыхание становилось тяжелее, движения — напряжённее, но Ислам, Хабиб и ещё несколько бойцов, казалось, могли бежать так бесконечно.
— Давайте, ещё два круга! — громко скомандовал Хабиб, не снижая темпа.
Марьям только покачала головой, восхищаясь их выносливостью.
После пробежки команда направилась в зал. На очереди была работа с собственным весом: подтягивания, отжимания, приседания. Пот лился с бойцов градом, мышцы дрожали от нагрузки, но никто не сбавлял обороты.
Марьям тем временем устроилась в углу, сосредоточившись на своих задачах. Разбирая документы и перепроверяя список предстоящих дел, она даже не сразу заметила, как к ней подошёл Хавьер.
— Доброе утро, тренер, — вежливо поздоровалась она на английском, подняв на него взгляд.
— О, у тебя практически нет акцента, ты отлично говоришь, — с лёгким удивлением заметил Хавьер, приподняв брови.
— Спасибо, — скромно ответила она, чуть улыбнувшись.
Разговор завязался сам собой. Хавьер несколько раз уточнял у неё детали расписания, задавал вопросы про рацион, а затем и вовсе начал обращаться к ней за переводом, когда ему нужно было обсудить что-то с ребятами.
В какой-то момент Марьям поняла: теперь ей точно предстоит стать своего рода связующим звеном между тренерским штабом и бойцами. Она мельком взглянула на Хабиба — он молча наблюдал за их разговором, и, судя по лёгкой улыбке на его лице, происходящее его вполне устраивало.
Дальше день закрутился в бешеном ритме. Марьям сверялась с документами, корректировала график питания, вносила правки в план по весогонке. Между делами, когда в зале становилось особенно жарко от интенсивных тренировок, она снова брала телефон и снимала: короткие фрагменты спаррингов, шутки между бойцами, моменты командного единства.
В какой-то момент она стояла у края татами, сосредоточенно держа телефон в руках, когда рядом неожиданно появился Ислам.
— Снимаешь?
— Да, — ответила она, не отрывая взгляда от экрана.
— Не устала?
— Я же не тренируюсь, с чего бы мне уставать? — пожала она плечами.
— Ты работаешь не меньше нас, — спокойно заметил Ислам.
Марьям лишь молча покачала головой, но в его словах всё же было что-то, что заставило её задуматься.
Так и прошёл весь день — между работой, наблюдениями и короткими моментами отдыха, которые всё равно были наполнены делами.
Когда наступил вечер, Марьям чувствовала себя вымотанной, но при этом удивительно довольной. Она бросила взгляд на Ислама — тот в этот момент пил воду после тренировки, а когда уловил её взгляд, прищурился и чуть кивнул. Казалось, этим молчаливым жестом он подтверждал: день прошёл так, как нужно.
Все выглядели измождёнными, но в их усталости не было раздражения — только удовлетворение от проделанной работы.
— Ладно, идите в душ и отдыхайте, — сказала Марьям, закрывая ноутбук и потягиваясь.
— А ты? — Ислам задержался рядом, явно не спешил уходить.
— Мне ещё кое-что нужно доделать.
Он кивнул, но перед тем как развернуться и уйти, спокойно добавил:
— Не засидись допоздна.
И почему-то этот простой, почти будничный совет прозвучал теплее, чем должен был.