Narcissus
Ченле весь изъерзался на стуле в ожидании начала дня. Он пришёл в школу за почти час до начала уроков, потому что понедельник, и Джисон написал в общем чате команды, что вернётся и обязательно будет на тренировке. Китайцу настолько не терпелось увидеть друга, что он всю ночь не мог толком уснуть, ворочаясь с боку на бок, а на утро спозаранку собрался и побежал в школу. Ему было просто необходимо увидеться с Чоном и спросить, что вообще происходит. Чем он таким болел и почему до сих пор игнорил сообщения? Ченле сделал что-то не так и забыл? Кто этих омег поймёт.
Парень то и дело поглядывал на дверь класса. Но в кабинет заходил кто угодно, но не Джисон. Хотя ничего удивительного, обычно друг заваливался в класс минут за пять до звонка, только чудом не опаздывая. Чон называл это максимальной пунктуальностью. Настенные часы показывали, что ещё пятнадцать минут до момента истины. Ченле уже весь изъерзался.
Звонок прозвенел. Джисон так и не появился. Ченле уронил голову на сложенные руки. Видимо омега решил не прийти. Возможно, ему всё ещё нехорошо? Это не на шутку беспокоило молодого альфу. Или может Чон проспал и решил в итоге прийти на второй. Примерно так успокаивал себя китаец, пытаясь не впадать в панику и уныние.
— Простите, мистер Кан, меня задержал директор.
У Ченле, как и у половины класса, челюсть отвисла. Джисон одновременно и был похож на себя самого, но не заметить перемены было просто невозможно. Ещё недавно высветленные до русого волосы теперь были черными. Они на удивление хорошо оттеняли светлую кожу. Школьная форма сидела как-то иначе, выгодно показывая широкие плечи, узкую талию и длину ног. Ченле чуть слюной не подавился, когда омега повернулся к нему лицом, демонстрирую чуть расстёгнутую рубашку, в которой виднелись ключицы и шея. Черт, Джисон никогда не был замарашкой, но сейчас... Он всегда был таким?
Но самое главное изменение, которое бесспорно отметили все — проявившийся запах. Альфа не мог перестать глубоко вдыхать носом, стараясь отпечатать в голове аромат. Он думал, что яблоками в карамели пах папа друга. Но сейчас оказалось, что это всё Джисон. Это от его появления класс наполнился сладким и невероятно привлекательным запахом, мифическим вкусом оседая на языке. Сразу вспомнилось детство и прогулки по Шанхаю с родителями, когда ему маленькому покупали яблоки в карамели и он пачкал руки, с удовольствием уплетая десерт.
Ченле чуть не ругнулся вслух, когда Джисон уверенно прошёл мимо свободного места рядом и уселся за последнюю парту у окна. Через парту, что лишало китайца возможности вслух спросить: и что это за выкрутасы? Скрипнув зубами, альфа пообещал себе устроить допрос с пристрастиями на перемене. Уж там омега никуда не сбежит. И не будет мило улыбаться однокласснику, о чем-то тихо перешептываясь.
***
— Отличная работа. Здесь даже больше, чем я мог рассчитывать, — Тэён широко улыбнулся, раскладывая на рабочем столе рассортированные бумаги.
Возвращение на работу означало возвращение к делам. В воскресенье было невероятно сложно заставить себя собрать вещи и вернуться в свою квартиру. Он провёл в чужом доме всего неделю, а казалось чуть ли не целую жизнь. В любом случае, сейчас самым главным вопросом было решить проблему с NKP. Время уже поджимало, но к счастью, после удачного знакомства с Накамото Ютой во время конференции, у Тэёна появилась идея как всё решить. И даже остаться в выигрыше.
Джонни скупо улыбнулся на похвалу, а Доён даже не пытался скрыть самодовольства.
— Сначала я не мог понять, чего ты хочешь этим добиться, но, когда стал вникать в информацию, всё сложилось как два и два, — Ким хмыкнул. — И если мои предположения верны, то ты будешь буквально с огнём играть. Но это может выгореть.
— Отчаянные времена требуют отчаянных действий. Честно говоря, пока не вижу более удачного решения проблемы с этим чертовым поглощением, — пожал плечами Ли. — А ты что думаешь, Джонни?
— Я пока не понимаю всех деталей твоего плана, но уверен ты не сделаешь никаких глупостей. Поэтому всегда можешь рассчитывать на мою помощь, — американец показал большой палец в знак поддержки.
Это безусловно грело Тэёну душу. Он многое сделал, чтобы собрать этот коллектив и теперь мог пожинать плоды своих трудов: его окружали профессионалы преданные и верящие в него. Это ли не залог счастья для руководителя?
— Попрошу Чону связаться с Накамото Ютой. Мы мило побеседовали на конференции, и, думаю, он отлично подойдёт для осуществления моей идеи. И если всё выгорит... Мы не только останемся независимыми, но и заключим выгодное сотрудничество, — довольный тем, что всё складывается как нельзя удачнее, Тэён позволил себе широкую улыбку. И пусть старики из совета увидят от чего они хотели отказаться.
— К слову, выступление Джехёна и Донхёка попали в несколько статей и репортажей о прошедшей конференции. К нам пришло несколько писем из газет с просьбой комментариев. Найдёшь несколько минут, чтобы набросать ответы? — поинтересовался Доён.
— Если засветились парни, то с чего бы комментарии давать мне? — Тэён покачал головой. Он не слишком любил эту часть работы, предпочитая свалить её на кого-нибудь ещё. — Думаю будет лучше, если они сами что-нибудь и скажут. Подпишусь под всеми их словами. Где найти их, думаю и сам знаешь.
— Ладно, но не забывай, что на следующую неделю у тебя встреча с журналистами для интервью, — согласился Ким.
— Как вовремя ты сменил имидж, все незанятые альфы точно будут твои, — влез в разговор Джонни.
— Прекрати говорить глупости, — отмахнулся Тэ. Субботний поход омежьей компанией в торговый центр и для него не прошёл бесследно. Впервые за долгое время его волосы были высветлены до приятного глазу светлого оттенка. — И да, я помню. С Чону никогда не о чем не забудешь.
Доён кивнул, улыбнувшись. А Тэён решил не говорить, что теперь ему в общем-то интересно мнение только одного альфы.
***
Джисон внутренне ликовал, видя, как Ченле молча бесится. Конечно, это грело его, как и множество любопытных взглядов, вызванных резкой сменой стиля. Стоило отдать должное Донхёк-хёну, парень и сам утром не поверил в то, что смотрело на него из зеркала. А ведь дело было всего в паре штрихов косметикой и ушитом пиджаке. Невероятно. Значило ли это, что он всегда был таким, просто не замечал?
Теперь оставалось не забывать наставления хёна о том, как стоит себя вести. Ченле должен четко понять, что если не он, то кто-нибудь другой, но при этом не опустить руки, а наоборот загореться желанием сделать всё, чтобы омега принадлежал только ему. Как обещал Ли-младший, если всё пройдёт по плану, то через пару недель Джисон будет единственным, о ком Ченле сможет думать.
На перемене омега неторопливо сложил учебники в рюкзак и самой плавной походкой, на которую только был способен, вышел из класса. И почти у дверей его крепко схватили за локоть, требовательно отводя в сторону. По усилившемуся запаху шоколада не сложно было понять как альфа раздражен, хотя и пытается это скрыть. Джисон сдержал победную улыбку. Это ещё слишком мало, рано праздновать победу.
— Ты чего творишь? — поинтересовался Ченле, отводя друга к окну, где было не так много народу.
Мимо проносились школьники, кто-то спешил в столовую, кто-то первым попасть в кабинет. Привычная суета, от которой омега успел немного отвыкнуть за неделю, которую провёл дома.
— И тебе привет, — фыркнул Джисон. — Отпустишь руку, не очень приятно так-то?
Ченле рассеянно посмотрел на свою ладонь, всё ещё сжимающую локоть омеги. Точно только сейчас понял, что вообще делает. Немного подумав, он разжал пальцы, пряча руки в карманы.
— Сначала пропадаешь на неделю, игноришь сообщения, а теперь ещё и неожиданно пересаживаешься среди года. Ниче не хочешь объяснить? — Чжон смотрел снизу вверх, но при этом Джисон вдруг почувствовал себя слабым и беспомощным. Вероятнее всего дело было в запахе.
Вспомнились слова Тэён-хёна о том, что теперь все они будут чувствоваться совсем по-другому. Парень раньше не придавал этому значение, быстро привыкнув к изменившемуся ощущению. Если раньше аромат того же Тэёна ощущался лишь чем-то легким и цветочным, то теперь можно было четче различить все его нотки. А запах отца стал гораздо более ярко выраженным, хотя со временем это и перестало беспокоить. Но сейчас, вдыхая горько-сладкий запах шоколада, Джисон понял насколько всё разнится. Ему и раньше нравилось то, как пах друг. Но сейчас от этого во рту собиралась вязкая слюна, а колени подкашивались. Черт, Ченле пах просто крышесносно.
— Прости, я опоздал, не увидел тебя и сел туда, где было свободное место. Мне жаль, если тебя это задело, — не выдавая своих эмоций, самым обыденным тоном отозвался омега.
Ченле нахмурился. Джисон прекрасно знал, что несмотря на всю свою шумность и взбалмошность альфа не дурак и в такую очевидную ложь поверить не должен. Поэтому ещё помучается, пытаясь понять, что же сделал не так. Как заверил всё тот же Донхёк-хён, это должно пойти ему на пользу.
— Ладно, пусть так, — наконец выдохнул китаец, по привычке ероша волосы на затылке. Немного подумав, он улыбнулся, говоря: — Рад, что ты вернулся. Заставил же всех понервничать своим резким исчезновением. Не делай так больше, хорошо?
Джисон улыбнулся в ответ. Несильно пихнув друга в плечо, он возразил:
— Обязательно сделаю так ещё раз. Иначе как заставить тебя таскать мне халявное мороженое?
Удивленно-офигевшая эмоция на лице друга заставила омегу звонко рассмеяться.
***
Джено едва не вскрикнул, когда его неожиданно затащили в небольшую коморку с табличкой «Служебное помещение» и прижали к стене. По запаху омега быстро понял, что это просто Джемин, но от испуга сердце всё равно колотилось быстрее, не сразу утихая.
— Совсем сдурел так пугать? — зашипел Ли, недовольно хмуря брови и поджимая губы, на самодовольную улыбку альфы.
— Прости, прости. Ты ведь сам не хочешь афишировать наши отношения. Приходится искать варианты, — Джемин явно был доволен собой и чужой реакцией. Парень прижался губами к щеке Джено, потом к уголку губ и наконец добрался до них самих. Он на одном дыхании прошептал: — Я соскучился.
— Мы не виделись один день, придурок, — хотя омега и старался выглядеть недовольным, попыток отстраниться не предпринимал, позволяя обнять себя крепче и наконец нормально поцеловать.
Джено никому никогда не признается, но целовать На это одно из самых невероятных ощущений. Джемин в меру нежен, в меру темпераментный и всегда чутко реагирует на малейшее изменение в поведение или запахе партнёра. Никогда раньше Ли не чувствовал себя настолько хрупким и нежным, никто не обращался с ним так, точно он хрустальный. Это совершенно неожиданно было очень приятно и заставляло желать подобных ощущений постоянно.
— Кажется мы договаривались, что на работе ведём себя как обычно, — отстраняясь пробубнил омега, но не оттолкнул, а сам прижался ближе, утыкаясь носом в шею, чтобы получше запомнить каждую нотку кокосового аромата.
После такого, запах кокосовой стружки на любимых блинчиках казался жалкой пародией.
— Ты слишком сексуально выглядишь в этих брюках, чтобы я мог устоять, — в привычной манере ответил На. — И меня бесит, что это замечаю не только я.
— Ммм, неужели ты ревнуешь? — усмехнулся Джено.
— Нет, просто хочу, чтобы, смотря на твою задницу, эти придурки точно знали, что им она не достанется, — фыркнул мужчина в ответ, отстраняясь и поправляя воротник рубашки Ли.
Омега не знал почему, но эти слова ему нравились. Он никогда не считал ревность позитивным качеством в отношениях, но Джемин умудрялся делать это так, что совершенно не бесило. Это не выглядело как недоверие, а скорее ещё одним проявлением заботы. Как будто альфа просто старался ещё и так оградить свою половинку от неприятностей.
— Если это всё, что ты хотел, то я пойду? — поинтересовался Джено, поправляя галстук и пиджак.
У него всё ещё была работа, к которой если он не вернётся в ближайшее время, кто-то обязательно заметит его отсутствие.
— Вообще-то я хотел спросить какие у тебя планы на выходные. Чисто случайно на вечер субботы у меня есть два билета на один мюзикл... — альфа спрятал руки в карманы брюк, улыбаясь.
У Ли от удивления округлились глаза и дыхание перехватило.
— Только не говори, что ты купил билеты на тот самый мюзикл, — Джено не знал стоит ли ему радоваться или ударить этого придурка.
— Какой тот самый? — явно начал косить под дурачка Джемин. — Если ты про «Призрака оперы», то да, я про него. Слышал он просто чудесно поставлен, а музыка — восхитительна. Мнению человека, который это сказал я безоговорочно доверяю.
Омега вздохнул, скрещивая руки на груди и стараясь не улыбаться слишком уж явно. Приятна была не сумма, которую на него готовы потратить, а то, что На запомнил и поспешил притворить в жизнь давнюю мечту. То что он так внимательно относился ко всем их совместным воспоминаниям.
— Ты не должен так тратиться на меня, — строго напомнил он.
— Джено, ты мой парень. И я буду тратить на тебя столько времени, денег, внимания и чего угодно другого, сколько ты достоин. И поверь, цена на эти билеты — капля в море, — серьезно несмотря на улыбку, убедил его альфа.
Оставив быстрый поцелуй на виске парня, На первым выглянул за дверь. Убедившись, что там никого, он вышел и помахал омеге на прощание.
Джено мог только улыбнуться и слегка махнуть рукой в ответ. В груди расцветало всё ещё непривычное тепло от слов «мой парень».
***
Сказать, что Джехён нервничал — ничего не сказать. Получить сообщение от бывшего мужа, с которым не общался уже больше десяти лет было неожиданностью. И не слишком приятной, если на чистоту. Но выяснить что ему нужно было необходимо, поэтому альфа согласился на встречу.
Что ещё его нервировало, так это то, что пришлось ради этого попросить Тэёна добраться до дома самому. Сколько бы времени они не проводили вместе, Джехёну всегда было мало.
В ресторан Чон приехал первым. Заказав себе сок, он лениво листал ленту новостей в телефоне. В голове мысли крутились только о том, как же так вышло, что в его жизни снова появился Минки? И именно тогда, когда это было совершенно не нужно. Этот омега умудрялся врываться в чужое личное пространство и переворачивать там всё самым невероятным образом. Когда-то это казалось очаровательным. Сейчас раздражало.
— Привет, Джехёни.
Альфа поднимает взгляд на подошедшего человека. По позвоночнику пробежала невольная дрожь от знакомого, но казавшегося забытым голоса, густого сладковатого запаха нарцисса, ореолом окружающего невысокого и по-женски хрупкого омегу. Минки не сильно изменился с их развода, и это даже пугало. Точно не было этих долгих лет, когда он сам нёс груз ответственности за ребёнка и его судьбу. Джехён глубоко вдохнул и выдохнул. Он сам изменился, а это главное. Пусть и во многом именно благодаря тому, что пришлось быть отцом-одиночкой.
— Добрый вечер, Минки. Присаживайся, — вежливо и отстраненно поздоровался Чон.
— Ты даже не обнимешь меня. Раньше ты не был таким букой, — вздохнул омега, усаживаясь за столик.
— Это было пятнадцать лет назад, когда я был фактически подростком. Сейчас многое поменялось, — пожал плечами Джехён. Манера Минки говорить в дружеском тоне немного раздражала, но мужчина старался потушить это чувство. Если они устроят скандал ничем хорошим это не закончится. — Что ты хотел?
— Давай поужинаем, к чему спешка? — невинно предложил собеседник, демонстративно открывая меню. — Дела могут подождать. Да и я всегда считал, что решать такие вещи на голодный желудок плохая идея.
Джехён вздохнул и нехотя кивнул. Быстро пробежавшись по меню взглядом, он сделал заказ, Минки последовал его примеру. Несмотря на все старания омеги беседа откровенно не клеилась. С каждой попыткой изменить это Чон только сильнее нервничал и раздражался. Ему было непонятно к чему все эти ужимки и лицемерие. Он не чувствовал и капли искренности в бывшем муже. Почему тогда нельзя было сразу сказать, что к чему и разойтись? Желательно так, чтобы больше никогда не встречаться.
Когда с ужином было покончено, Джехён вновь спросил:
— Минки, что тебе нужно? От тебя не было вестей уже столько лет, так что поменялось сейчас?
Омега сцепил руки на уровне лица и положил на них голову. Чон про себя подумал о том, что хотя Тэён и его бывший муж практически ровесники, первый не прикладывая особых усилий выглядел гораздо моложе и красивее, чем намалеванный Минки. Возможно, Джехён действительно вырос и без бушующих гормонов и юношеского максимализма мог по новой взглянуть на свою старую любовь. Теперь даже запах, первые несколько лет после разрыва мерещившийся везде, казался через-чур резким и сладким. Мягкий запах гортензий Тэёна был многим лучше.
— Я хочу забрать Джисона.
— Что? — у Джехёна от удивления открылся рот. Эта фраза была похожа на неудачную шутку или страшный сон. Старательно сдерживаемое раздражение начало прорываться наружу. — Шутишь? Я вообще удивлен, что ты помнишь имя нашего сына. Это даже не обсуждается, нет.
— Я такой же его родитель, как и ты. Почему ты не допускаешь мысли, что во мне проснулись отцовские чувства? — в притворной обиде надул губы Минки.
Джехён коротко рассмеялся. По ощущениям он оказался в неудачной комедии. Казалось, что вот сейчас откуда-нибудь выйдут люди с камерами и сообщат, что это всё постановка.
— Ты пятнадцать лет не испытывал их, а сейчас откуда бы взяться подобному? Признаться, даже до нашего развода ты не особо радовался появлению ребёнка. Так что не мели чепухи, Минки, сын тебе не нужен.
Омега недовольно цокнул языком, но с него наконец слетела маска дружелюбия. Джехён вновь увидел то холодное циничное лицо, с которым бывший муж собирал вещи и уходил из их дома, оставляя молодого парня с маленьким сыном на руках. Обидные слова о том, что это не то, на что ему хочется угробить свою молодость очень ранили. Тогда это всё разбило сердце. Сейчас вызвало новый прилив раздражения.
— Ладно, раз по-хорошему не выходит, давай на чистоту. Не так давно я встретил прекрасного богатого альфу, который обожает детей. Я признался ему, что у меня есть взрослый сын, который сейчас живет на родине с отцом. Но обязательно вернётся ко мне, ведь я так люблю и скучаю по нему. Понимаешь? Джисон мне нужен, чтобы захомутать этот денежный мешок. Как только всё будет сделано можешь снова забирать его и играть в родителя, раз тебе так это нравится, — фыркнул Минки. — Должна же и от этой досадной оплошности быть польза.
Джехёну на секунду показалось, что ещё мгновение, и он просто ударит это чудовище, которое так спокойно рассуждало о том, что его сын — лишь досадная оплошность, которую можно использовать как магнит для богатеньких ухажеров. Пришлось сжать кулаки до побелевших костяшек и больно впившихся в ладони ногтей, чтобы не сделать глупостей.
— Какой же ты ублюдок, Минки. Я сказал нет. Ты не сможешь использовать Джисона. Забудь вообще о его и моем существовании, — вставая из-за стола твердо сказал Джехён.
— Не вынуждай меня прибегать к некрасивым методам, малыш Джедже, — насмешливо протянул омега. — Я ведь могу добиться всего через суд. Ты альфа, а он омега. Думаю все прекрасно понимают, что ты не сможешь воспитать его как следует. Особенно сейчас, когда у него пик гормонов. Сколько ему? Пятнадцать или уже шестнадцать?
Джехён навис над бывшим мужем, наклонившись так, чтобы их лица были на практически одном уровне. Альфа заметил промелькнувший страх в глазах мужчины. Не удивительно, даже Чон чувствовал каким густым и тяжелым стал его собственный запах, выдавая крайнюю степень злости. И как бы ему не хотелось, сейчас взять это под контроль он никак не мог.
— Запомни, Минки, если ты посмеешь приблизиться к моему сыну, я сделаю что угодно, чтобы ты больше никогда не смог портить ему жизнь. Убирайся туда, откуда вылез, тварь, и не появляйся больше никогда.
Резко встав и развернувшись Джехён направился к гардеробу, чтобы поскорее убраться от раздражающего фактора. Ему сейчас нужно было хорошенько проветрится, чтобы выпустить пар и успокоиться.
— Ещё раз подумай, Джехён. Я от своего не отступлюсь, — вслед ему воскликнул Минки отчетливо дрожащим голосом. — Если через две недели мы не договоримся по-хорошему, я пойду в суд!
Джехён проигнорировал его, но в голову закрались тревожные мысли о том, что будет, если омега действительно так поступит. И почему, как только жизнь стала налаживаться, обязательно должно что-нибудь случиться?