Волчица красной луны

Бета слегка склонил свою голову. Ворота открылись и в стаю въехала машина. В воздухе повис ненавистный для меня аромат, а затем вышел и сам обладатель до жути раздражающего запаха.

Адам был одет в костюм синего цвета, на его руке висел пиджак, который он не соизволил надеть. Верхнии пуговицы на его белоснежной рубашки были расстегнуты, а на лице Альфы появилась добрая улыбка, которую я увидела в первые за две недели.

— Бен, ты только вернулся, — спросил Альфа. — Что ж, значит поговорим в следующий раз. По всей видимости, тебе стоит отдохнуть.

Адам посмотрел на меня. На его лице проскользнула улыбка, но он тут же сделал безразличное лицо. Похоже волк был обижен на меня из-за моей победы. Но в этом разве есть моя вина? Адам слегка напрягся, ведь я не намерена была начинать разговор, поэтому я отвела свой взгляд с обладателя золотистых глаз и посмотрела на Бету.

— Релли, ты просто гуляешь, — вновь переспросил Бен. Его взгляд был направлен на Альфу. — Ты виделась с Лорой? Она говорила, что испекла твой любимый пирог.

Бен задал этот вопрос уже не в роли моего дяди, а в роли второй руки Альфы. Он слегка стал серьёзным, потому что выжидал моего ответа. Мужчина желал знать нарушили ли правила волки, дабы потом доложить отцу.

— Нет, — я нахмурила свои брови. — Никто не видел, как я вышла из дома.

— Извини, обязанности беты обязывают следить за тобой.

Альфа следил за нашим разговором, но все так же молчал. Он ждал, что я буду обращать на него внимание. Все внутри него горело от моей наглости. Ведь среди стай принято приветствовать Альфу, дабы твой собеседник понял, что ты уважаешь его.

— Я пойду, на сегодня у меня много дел.

— Ну, ну, — Бен посмотрел на Адама.

Я направилась в сторону детских площадок, где весело играли дети. Адам же пошёл следом за мной.

"Если сделаю вид, что он не заметен, насколько его хватит? Через сколько Альфа бросит свою гордость и начнет разговор?" — мыслила я.

Через какое-то время он все же тяжело выдохнул и начал разговор.

— Когда мне говорили, что ты своенравная волчица, я не мог представить, что твой характер настолько ужасен, — вымолвил он.

— Мне считать это комплиментом или упрёком с твоей стороны?

Я посмотрела на Альфу, который вновь улыбнулся. Его глаза загорелись золотистым цветом.

— Вы всегда настолько эмоциональный или же сейчас вспомнили про свое поражение?

— Не думай, что меня заденут эти слова.

Он гордо поднял свою голову и посмотрел на меня с высока.

"Мало того, что не умеет проигрывать, так он ещё и павлин."

— Альфа, — он удивился, что я уважительно обратилась к нему. Но это была бы уже не я, если бы не сказала какую-нибудь колкость. — Приподними свой хвост, а то боюсь, что наступлю. Индюк!

На этот раз он сильно возмутился, но не успел ответить мне, ведь я уже шла впереди него.

— Ты не переубедишь меня, в скором времени ты будешь моей женой, — Альфа посмотрел на меня вновь. — Даже если ты само исчадие Ада.

— Ты... Ты... Ты... — я не могла выразить в словах все свое возмущение.

— Твоя мечта? Рад слышать эти слова из твоих уст.

Адам открыто насмехался надо мной. Ему нравилась эта перепалка, ведь теперь он был настроен слишком серьезно и не готов был отступать.

— Лелли, — воскликнул детский голос.

Я посмотрела в сторону детской площадки откуда уже бежал сын Бена. Он улыбался, а его золотистые волосы, которые достались от Лоры, были похожи на одуванчик.

— Смотли, смотли, — весело заверещал мальчик. — Лелли.

Он широко улыбнулся и я заметила, что у него не хватает переднего зуба, который по всей видимости выпал недавно. Сын Бена не умел выговаривать букву р, поэтому мое имя всегда звучала из его уст слегка исковеркано.

— Сам или кто-то постарался, — спросила я у пятилетнего парнишки.

— Запнулся об свою ногу.

— Тебе так даже больше идёт, — произнес Адам и протянул ему свою большую руку.

— Ты Альфа? — спросил Лукас.

Он смотрел на Адама долгое время, а затем протянул свою ладошку в ответ. Альфа же широко рассмеялся на вопрос мальчика.

— А разве не похож?

— Альфа, меня зовут Лукас, — весело произнес он и почесал переносицу своей ладошкой. Он делал так всегда, когда переживал. — Амилеллия, а он настолько же Альфа на сколько ты?

Я нахмурила свои брови, ведь Лукас сказал лишнее. Для всех я считалась бетой, не смотря на то, что во мне жил дух вожака. Да и я никогда не желала управлять стаей. К тому же кто бы пустил управлять стаей девушку, которая не способна перевоплощаться в волка? Поэтому я предпочитала считать, что в будущем смогу стать отличной бетой. Но в мою жизнь ворвался Адам, обрушав все мои планы.

К этому времени Лукас уже убежал, ведь вдалеке увидел своего отца. Он сказал нам что-то на прощание и побежал домой.

— Так значит ты у нас Альфа, — вымолвил он и посмотрел на меня. — Что ж, наши дети безусловно станут великими.

Я тяжело выдохнула. Внутри все жгло от его слов. Я не желала менять свои планы, а тем более становиться не истинной парой Адама. Брак волков, которых не связывает особая связью, не долговечен. Такая жизнь становить тяжёлым бремем для пары. От такого решения страдают не только волки в браке, но и те, кто являются истиной парой.

— Ты не выносим, — мой рык слышали все, кто находились поблизости и это означало одно, Адам ходит по краю моего терпения.

— Твоя ослепительная попа будет прекрасно выглядеть в моей рубашки.

Альфа играл, его забавляла моя злость. Он усмехался надо мной, говорил то, чего я не желала слушать. Это была небольшая месть за то, что я не воспринимаю его, как свою пару.

— Тогда заключим пари, — воскликнула я.

Глаза Адама загорелись. Для него это пари могло стать очередной забавой, как охота на зайца или пробежка в полнолуние по лесу.

— Каковы условия, — произнес он и подошёл ближе.

Мы не отводили друг от друга взгляда. Никто из нас не хотел проигрывать даже в таком незначительном моменте.

— Если я влюблюсь в тебя, то признаю свое поражение и буду всю свою жизнь принадлежать тебе, — вымолвила я. Это была рискованная ставка, где каждый шаг мог стоить мне моей свободы.

— А какова твоя выгода?

— В случае твоего проигрыша я становлюсь свободной, а мирный договор между стаями остаётся в силе.

— Что-то подобное я и ожидал услышать, — он закусил губу. — Амиреллия, готовься.

Он направился в сторону выхода из стаи.

— К чему?

— Ходить в моей рубашки по моему дому, — крикнул он.

Я стала красной, как помидор. Его слава не только смутили меня, но и вызвали злость. А мысль о том, что я сама подписала себе один билет в одну сторону в стаю Адама пугала меня.