6 марта 2022 г.
Я собиралась писать совсем не об этом. Но есть вещи, о которых невозможно молчать.
«Мы из маленького города недалеко от Киева. У нас война, бомбежка. Ладно, я старая и практически без ног, далеко не побегу, протезы, но девочки 16 и 18 лет они только начинают жить, дети хорошие, студентки ,верующие и у них кроме меня никого нет, я их опекун, бабушка, дедушка, мама и папа, я их вырастила сама, с помощью хороших людей и БОГА. Помогите девочкам. УМОЛЯЮ, они первый раз едут сами без взрослых, но со мной они не доедут. Да благословит вас ГОСПОДЬ!!!!»
И я пытаюсь помочь. Я спрашиваю, каким транспортом поедут девочки. Через какую границу. Я связываюсь с незнакомой мне лично Леной, которая организует автобусы от украинско-польской границы до Дании. Я пишу моей подруге Оле, которая помогает расселять украинских беженцев по датским семьям. Через пару минут я уже знаю, что у девочек будет место в автобусе и жилье в Дании. Оле нужна контактная информация девочек. Я пишу их бабушке, но ответа нет. Ответа нет почти сутки. Что сказать о том, что я чувствую? Моим дочкам тоже 16 и 18 лет. Наконец сегодня бабушка отвечает, и я шлю Оле телефонные номера и имена девочек.
«Помогите, пожалуйста. Женщина-беженка с двумя детьми застряла на польской границе. Она не спала трое суток. Можно ее как-то отправить в Данию? Организовать транспорт?»
Я снова пишу незнакомой мне лично Лене. Место в автобусе будет во вторник.
«Помогите, мы семья с тремя детьми, многодетная. Муж поэтому не военнообязанный. Как нам добраться на поездах до Дании? Мы слышали, у вас можно получить убежище. А проезд, правда, бесплатный? Мы едем через Бухарест. Мы не говорим по-английски. Нас может кто-то встретить и помочь найти поезд для пересадки? А где мы сможем жить?»
Я связываюсь с группой волонтеров в Румынии. Мне говорят, что на вокзале работает группа волонтеров, которая принимает беженцев. Это уже хорошо. Я нахожу в фейсбуке группу датских волонтеров, которые координируют расселение беженцев из Украины по семьям. Я пишу незнакомой мне Карине, координатору по Южной Дании. Карина отзывается на следующий день. У Карины список из 200 семей, готовых открыть свой дом для украинцев. Карина по моей просьбе тут же заводит ватсап. Теперь беженцы пишут Карине напрямую.
«Помогите, я беременна, двое детей. Будут сложные роды, после кесарева. Смогу ли я родить в Дании?»
«Помогите, мы две женщины с тремя детьми...»
«Помогите, наш дом разбомбили, нам некуда возвращаться...»
Помогите, ради Бога. Помогите. Помогите. ПОМОГИТЕ!
Просто так вышло, что я 4 года когда-то проработала в лагере для беженцев. Просто так вышло, что я была председателем общества для русскоговорящих в Южной Дании. Так вышло, что я сделал пару постов про жизнь в лагере и про то, как подавать документы на получение убежища в Дании.
И люди стали мне писать. Звонить. В мессенджере, ватсапе, телеграм. Люди. Не нацисты. Не бандеровцы.
И я помогаю, как могу. Звоню, пишу, ищу информацию. Обмениваюсь контактными данными.
Плачу я потом. Молюсь и плачу.