Дневник лесбиянки

Я не спала всю ночь. Мне на голову наложили какую-то повязку, она, мало того что мешала, так ещё и передавливала мне горло, там, где была завязана. Я лежала и думала обо всём. Как всё изменилось за последнее время... По сути, вся лютая, непонятная моему подростковому мозгу фигня началась именно в этом учебном году, когда я позволила себе влюбиться, да ещё и так тупо, да ещё и в девушку... Может, мне просто стоит прекратить всё это? Забыть о ней, влюбится в смазливого мальчика из параллели? Будто это так просто- влюбиться...
На настенных электронных часах было четыре утра, когда мой организм решил, что ему нужен отдых, и я заснула. Глубокий сон без снов. Просто провалилась в темноту на пять с половиной часов. Я проспала завтрак, но не расстроилась из-за этого, потому что стоило мне только чуть приподняться, как меня вырвало прямо на пол. Да, приятного мало. Одна из девчонок, чья кровать стояла напротив моей, позвала санитарку, а та позвала моего врача и вымыла пол. Я чувствовала себя ужасно виноватой, мне было стыдно. "Отлично денёк начался..."- подумала я. Доктор меня осмотрел и сказал, чтобы я отдыхала и не вставала с кровати. Мне даже принесли утку, суперский сервис, но пользоваться ей я не собиралась. Сегодня после работы мама ко мне приедет и привезёт одежду и всякие необходимые вещи вроде зубной щётки и расчёски.
Сегодня вторник, в художке будет живопись, а я тут с сотрясением валяюсь как овощ, спасибо Миша.
Весь день я ждала маму и не вставала с кровати, также я старалась ничего не пить, чтобы утка мне так и не понадобилась. Девочки из палаты не трогали меня, ну по мне было видно,что общаться ни с кем я пока что не настроена. Мне не особо что-то болело, меня не особо тошнило, но я всё равно чувствовала себя ужасно. Просто потому что таких людей, как Миша, намного больше, чем тех, кто поддерживает права ЛГБТ, и потому что они готовы порой даже на убийство. От этого иногда и самой хочется умереть, но не сейчас... Сейчас я слишком занята рассматриванием потолка и погружением в свои мысли.
Девочки из палаты занимались своими делами: беседовали друг с другом, читали, слушали музыку, сидели в телефонах, пару раз они ходили в соседнюю палату к мальчикам играть в карты, вроде.
Я просто лежала на жёсткой, ужасно скрипучей больничной кровати и ждала вечера. На обед я не ходила, от полдника тоже отказалась. Как раз тогда, когда медсестра позвала нас на ужин, мама вошла в палату:

- Привет. Как ты себя чувствуешь?
- Лучше всех.
- Не умничай.
- Ну ты же видишь как я себя чувствую.
- Да уж, вижу. Ты на ужин идёшь?
- Не хочу.
- Ты хоть что-нибудь ела сегодня?
- Да.
- Что ты ела?
- Ну ладно...
- Давай-давай... Надо поесть.

Я поднялась с кровати и поплелась в столовую. Ноги отказывались идти, голова не хотела соображать, в глазах рябило и темнело, но до столовой, в которой "изумительно" пахло какими-то котлетами и компотом, я всё-таки добралась. Я взяла себе венигрет, пару кусочков хлеба и компот, по-моему, черничный. Не съев и половины я сделала пару глотков безвкусного компота и пошла к маме. Она сидела на моей кровати, перед ней стояла большая сумка, видимо она привезла мне вещи и сейчас раскладывала их на тумбочке. Она заметила меня и подвинулась, приглашая меня сесть рядом. Я послушалась и присела около неё.
Я не хотела каких-то серьёзных разговоров, но тут мама начала говорить:

- Как ужин?
- Гадость.
- Представляю. В тумбочке найдёшь пакет с шоколадными конфетами.
- Те, что в синих фантиках, с орехами?
- Ага.
- Спасибо.
- Ну, рассказывай, что случилось?
- Ничего. Просто упала.
- Врёшь ведь.
- Нет.
- Говори. С кем-то подралась?
- Мам, ну что ты, я же леди.
- Шутишь ты смешно, но неуместно.
- Мам, ну зачем...
- Что зачем? Мы так редко бываем откровенными друг с другом... Я чувствую свою вину за всё произошедшее, понимаешь? Я постоянно виню себя, за то, что не замечаю, что с тобой происходит что-то действительно ужасное. Сотрясение это не шутки. Может, если бы я говорила с тобй о твоих проблемах, давала какие-то советы, как хорошая мама, может тогда бы этого не случилось? Ты можешь мне рассказать, я же не чужой тебе человек.

В этот момент я решила, что мне надоело... Надоело просто каждый день, просыпаясь, надевать на себя маску и снимать её только тогда, когда я с ней... Как же я соскучилась по Ире, хотя мы совсем недавно ужинали вместе с её тётей. Так хочется увидеться, побыть вместе хоть пару минут...
Постоянное враньё  не по мне...
В палате, кроме нас с мамой, никого не было, и я наконец решила всё рассказать, хотя, скорее всего, позже я пожалею об этом.

- Знаешь, мам, ты меня не поймёшь, я уверена. Я знаю, ты скажешь, что я себе всё придумала, в очередной раз повторишь: "это просто возраст такой"... Скажу при одном условии...
- Не пугай так.. Ладно, что за условие?
- Ты ни за что меня не перебьёшь, не начнёшь ругаться, кричать, пока я не закончу.

Мама кивнула. Я продолжила, стараясь тщательно подбирать слова:

- В этом году в нашей группе в художке появилась новенькая. Её зовут Ира. Мы сразу подружились с ней, вместе гуляли, у нас даже появилась своя небольшая компания друзей, что ли... И буквально в конце первой четверти я поняла, что чувствую что-то непонятное к ней, что-то, чего никогда не чувствовала прежде... Я ей рассказала об этом...
И мы стали встречаться. Мы стали понимать, что нам вместе хорошо, что по-настоящему нравится друг другу... И мои одноклассники узнали об этом... А итог- это сотряс... Теперь ты можешь сказать чтобы я выбросила весь этот бред из своей головы и прекратила маяться всякой фигнёй, характерной для тупых подростков вроде меня.

Мама изменилась в лице. Она не знала что говорить.

- Бред. Всё это чушь собачья! Придумала себе, опять не как все! Или мне на зло? Прекращай. Чтобы я не слышала этого больше.
- Ок, я привыкла врать.
- Мне домой надо ехать, поздно уже. Послезавтра ещё зайду. Пока.

Да, я так и знала. Но теперь я уже не стану больше этого скрывать.
Мама вышла из палаты, я осталась сидеть одна... Почему-то по щекам потекли слёзы, хотя в тот момент я не чувствовала абсолютно ничего. Пустота...
Пока ещё не сильно поздно, я решила позвонить ей, поделиться, получить какую-то поддержку, понять, что хоть кто-то принимает меня настоящей.
*контакты*
*Ира<3*
*вызов*
Шли долгие гудки, а мне не терпелось уже услышать её голос. Слёзы не прекращались, и я не могла их остановить.

- Алло.
- Привет, как ты? Что нового?
- Привет, Нат. Да, нормально всё. Сегодня в школе...

Услышав её и поняв, что не могу сейчас быть рядом с ней я по-настоящему разрыдалась, неожиданно для самой себя.

- Хэй, что случилось? Нат?

Я не могла ответить. Была слишком занята, захлёбываясь в своих слезах. Похоже, ира серьёзно заволновалась, она спрашивала что произошло и просила успокоиться, а я просто не могла...
Я бросила трубку, легла на кровать и просто плакала, осознавая, что мама меня никогда не сможет принять такой, как и лучшая подруга, как и все остальные... Никогда ещё никто и ничто не делало меня такой счастливой, как эта влюблённость. Так почему же это так плохо? Почему, мама? Почему меня никто не слушает? Почему никто не хочет понять?
Мой телефон разрывался от ириных звонков, это услышали девочки из моей палаты. Как я поняла, в это время они сидели в коридоре на лавочке и разговаривали о каких-то своих делах.

- Боже, что-то случилось?- спросила одна из них, та, что пониже, чуть полнее, со светлыми волосами и родинкой на шее.
- Ты чего?- подключилась в наш "весёлый диалог" вторая, высокая, у которой тёмные длинные волосы.

Они сели на соседнюю кровать.
Я попыталась успокоиться. У меня это получилось только тогда, когда брюнетка принесла мне стакан воды. Я выпила и мне стало легче.
Я понимала, что надо им объяснить что со мной творится и начала оправдываться:

- Не знаю, обычно я не плачу, извините.
- Ничего, бывает. Ты просто, наверное, постоянно всё в себе держишь, а иногда просто поплакать надо,- сказала блондинка.
- Да.

Они не стали расспрашивать меня ни о чём, мы просто поболтали и познакомились. Блондинку звали Настя, брюнетку- Карина. Они лежали тут на пару дней дольше меня и успели подружиться, насколько это возможно за пару дней. Мы обсудили ужасную больничную еду, мальчиков из соседней палаты и то, как уже хочется домой. Я немного отвлеклась, слёзы высохли. Теперь нужно перезвонить Ире и объясниться.

- Ну наконец! Что, твою мать, случилось?! Нат, чёрт, не делай так больше!
- Прости. Не знаю чего я так, как-то просто навалилось всё, не сдержалась.
- Ладно. Как ты? Чем занимаешься?
- Мне надо очень много тебе рассказать.
- Может при встрече? Артём вроде в пятницу звал нас гулять всей компанией. Я, честно говоря ужасно соскучилась по тебе.
- Я тоже. Только, боюсь, что в пятницу не получится. Я не смогу.
- Чего?
- Ну здесь и начинается моя долгая история... Короче, я сейчас в больнице и где-то до следующего понедельника я буду здесь.
- Ты серьёзно? Как ты попала туда вообще?
- Моя одноклассница увидела твою смс в моём телефоне и рассказала всему классу. После уроков в моём подъезде меня ждали одноклассники, требовали объяснений. В итоге, как сказал врач: "небольшое сотрясение". Но ты не волнуйся только. Сейчас всё в порядке.
- Кто это был?
- Одноклассник, я же говорю...
- Имя.
- Не хочу говорить.
- Он тебя избил ни за что, разве что просто из-за своих представлений о том что правильно, а что нет... И ты хочешь оставить его безнаказанным?
- Мне самой надо решить как с этим справляться.
- Нат, представь, если бы такое случилось со мной...
- Не хочу о таком думать...
- В пятницу жди нас всех. Мы обязательно тебя навестим...
- Хорошо. Всё. Пока.
- Подожди.
- Что?
- Не знаю. Не хочу прощаться.
- Извини, мне надо идти. Я позвоню позже.
- Ладно. В любое время звони, хоть по среди ночи.
- Ладно, давай...
- Пока...
- Пока.

Я не перезванивала. Я вырубилась и проспала всю ночь. Утром меня разбудили и повели на перевязку.
Весь день был обычным серым днём. Он промчался мимо, а я и не заметила.
В четверг ко мне приходила мама. Мы не возвращались к той теме. Мы не говорили обо мне и Ире. Мы сидели молча почти всё время, примерно часа полтора.
В пятницу я только и делала, что ждала вечера, чтобы встретиться с
Ирой и остальными. Соскучилась по всем страшно.
Я понимала, что будут вопросы о том, кто, как, когда, почему это сделал... И я боялась этих вопросов. Я боялась сейчас всего... И всех.
Так стоит ли всё рассказать? Друзья ведь тоже не знают о нас с Ирой...
В половину пятого в палату зашла медсестра и позвала меня в коридор. Я вышла и увидела Артёма. А за ним и Никиту, и Иру.
Я обняла всех по очереди. Так крепко, как только могла. Ребята сразу стали взволнованно расспрашмивать что да как. К этому моменту я уже определилась и решила всё рассказать. Только вот мне нужна была её поддержка... "Можно тебя на секунду?"- спросила я Иру, и, взяв её за руку, отвела подальше от ребят.

- Я хочу всё рассказать.
- Давно пора. И мне, и ребятам.
- Ты не понимаешь. Вообще всё. Всё о нас.
- Я давно к этому готова. Ровно с того момента, как переехала к тёте, если помнишь, меня собственная мать выгнала.

В её голосе звучала обида, ирония, но в тоже время какая-то поддержка. Я понимала, что я не одна. Её мама глубоко ранила её тогда, и я поражаюсь тому, как сильно, как стойко она всё это перенесла.
Мы вернулись к ребятам. Похоже, им пора узнать...