Дневник лесбиянки

Утро было солнечным. Сегодня я проснулась в десять утра, что для меня давольо поздно. Потому что до поздней ночи мы с Ирой болтали по телефону. Мы просто говорили ни о чём, это было что-то вроде обсуждения носков, мультиков, какого-то нового сериала и капитана Джека Воробья, но именно с ней этот разговор, казалось, имел большой смысл.
Я по привычке пошла на кухню ставить чайник. Сегодня все дома, воскресенье ведь. Мама стояла у плиты и готовила блины. Андрей собирался на какой-то рынок за деталями для машины, как всегда не мог найти одинаковых носков. А Машка смотрела мультик, песенка из которого вечно заедала у меня в голове. Я умылась, улыбнулась себе в зеркало и пошла делать кофе.
"Хорошее настроение?"- спросила мама, когда я размешивала сахар. "Ну да",- ответила я коротко и села за стол.

- Дочь, давай, рассказывай.
- А?
- Ну рассказывай.
- Что рассказывать?
- Я тебя в хорошем настроении видела лет в десять последний раз, что-то же случилось хорошее, раз ты вон светишься вся.
- Да так. Ничего.
- Никогда ты ничего мне не рассказываешь.
- Ну нечего рассказать.
- Может с мальчиком каким-нибудь познакомилась?

Я молчала. На лице сама собой появилась едвазаметная улыбка. Мама это, видимо, заметила и продолжала расспрашивать меня о моём "кавалере":

- Молчание - знак согласия. Так кто он? Как зовут?

Вот в этот момент я подумала: "Да какого чёрта?! Надоело прятаться под гетеромаской!"

- Ира. Да, мам, Ира.
- Что? Какая Ира? Новая подруга?
- Да. Нам весело вместе, хотим встретиться сегодня, вот я и радуюсь.
- Я зятя дождусь?
- Ма, мне пятнадцать.
- Ладно- ладно.

Вот я трусиха. Я так и буду притворяться всю жизнь. Радовало одно: мы с Ирой сегодня правда встречаемся. Сходим куда-нибудь, только мы, вдвоём.
После фото в инстаграм, ещё одной кружки кофе и душа я начала собираться. Мне, блин, нечего надеть. В шкафу куча одежды, но что-то мне мало, что-то мне купила мама на свой вкус, обычно это была ковта со стразами или дурацкими бантиками, что-то было просто старым и потрёпанным, а сегодня хотелось выглядеть хотя бы немного лучше чем обычно.
Через полчаса поисков и маминого: "посмотри, это, по-моему, очень мило выглядит" и "чего ты так заморачиваешься" , я всё же нашла что-то приличное.
Я надела черные джинсы и синюю рубашку, которую мама считала мужской, расчесала волосы и пошла в кафе, в котором мы должны встретиться через час.
В "Сонете", так называлось кафе, было довольно многолюдно. Я пришла раньше на пару минут, Иры ещё не было.
Прошло полчаса, но она не появлялась. Час, полтора... Мне надоело ждать, я была зла на неё. Заплатив за выпитый чай, я ушла из кафе и пошла домой. Мне было безумно обидно, что она не пришла.
Может она передумала? Может не хочет быть моей девушкой? А может что-то случилось, и она просто не смогла прийти? Я набирала её номер снова и снова, но ответа не получала, каждый раз она просто не брала трубку. Одновременно я волновалась и злилась, что, наверное, глупо.
Дома никого не было- все на работе. Я решила съездить к бабушке, проведать её, помочь по хозяйству. Она сейчас одна там, не считая её подруги- соседки, с которой они по десять раз за день пьют чай, обсуждая свои проблемы.
Побуду там на каникулах, отдохну от Иры, от Артёма, от мамы, от Андрея, от мелкой сестры, подышу свежим воздухом и помучаю кота оставшиеся четыре дня.
На следующее утро я собрала кое-какие необходимые вещи, типа зарядника для телефона и чистых носков, и отправилась на другой конец города, в небольшой райончик, который местные называли болотом, хотя на болото это место совсем не похоже. Оно скорее похоже на маленькую милую деревушку, только в городе.
Автобус приехал быстро. Буквально через пару минут я уже устроилась на сидении у окна. В наушниках играла грустная музыка, вроде "placebo", за окном начинался дождь. "Как в ванильных пабликах в VK",- подумала я.
Через пару остановок, когда дождь уже лил во всю, ко мне кто-то подошёл и коснулся моего плеча. Я повернулась и увидела Иру.

- Привет, Натали.
- Привет.
- Я видела от тебя пропущенные, извини, что не перезвонила. Вообще, извини, что не пришла вчера, паршиво всё получилось.
- Почему, кстати, не пришла? Если ты передумала, то я не стану навязываться.
- Да что ты, блин, несёшь... Просто не смогла. Это долгая история, но я всё расскажу. Ты вообще куда едешь?
- На болото, к бабушке.
- Я тоже, только к тёте. Точнее домой.
- Как с родителями?
- Угадай.
- Плохо значит.
- Нужно встретиться в другом месте, наедине.
- А ты придёшь? Или как вчера?
- Приду. Давай сегодня вечером?
- Ладно. Где?
- Я позвоню и встречу тебя.
- Ага.

Мне ничего не было ясно, и я всё ещё злилась на неё, но когда она была так близко, я обо всём этом забывала.
Автобус пустел, люди выходили на своих остановках. Дождь за окном всё усиливался, надо было взять зонт.
Мы ехали молча, сидя рядом, думая о своём, но мне казалось, что мы обе думали друг о друге.
Автобус остановился на конечной, мы вышли.

- Тебе в какую сторону?
- Тётя живёт вон там, на авиационной, сразу за седьмой школой. А тебе куда?
- На юбилейную, по прямой.
- Ладно, я позвоню, надо идти.

Ира обняла меня и быстро ушла, а я пошлёпала по лужам к бабушке.
Здесь всегда было уютно, но сейчас было скорее уныло. Раньше тишину разбавляли шутки деда и бабушкин смех, а сейчас только звуки закипающего чайника. Мы сидели на кухне за старым скрипящем столом.

- Ба, как у тебя дела?
- Да, нормально. Прибрала всё с утра, сейчас чаю выпью и буду готовить обед.
- Папа давно приезжал?
- Давно, уж недели две его не было. Завтра хочет приехать, машину свою в гараже чинить будет.
- Ясно.

Потом мы обсудили мои успехи в художке, оценки в школе, и говорить стало не о чем. После чая я вымыла кружки и пошла в комнату дочитывать последнюю страницу книги, которую давно пора отдать Артёму, она наверняка уже просрочена. "Ну и как всегда счастливый конец",- подумала я, закрывая "миссию в логове снов".
Да, здесь, конечно, не Диснейленд, но можно покопаться в старых фотографиях, просто убить время до звонка от моей девушки. Или не девушки. Ни черта не ясно.
На фотографиях было много мне не знакомых людей, каких-то дальних родственников, но мне хотелось посмотреть на молодого и здорового дедушку. Я скучаю.
Через час моих воспоминаний и грусти у меня зазвонил телефон.
*Ира*

- Да,- ответила я.
- Привет. Встретимся через десять минут на остановке?
- Хорошо.
- Давай, буду ждать.

Убрав фотографии в нижний ящик шкафа, я надела какой-то, найденный здесь, свитер, джинсы, куртку и пошла к ней. На улице всё ещё шёл дождь, даже не думая прекращаться. Ира уже была здесь. Увидев меня, она побежала мне навстречу. И вот уже через пару секунд мы, как в тупых мелодрамах, обнимается под дождём.
Не выпуская меня из объятий, она начала говорить:

- Я соскучилась.
- Почему тогда не пришла вчера?

Мы пошли куда-то вдоль дороги. Вокруг никого не было. Ну конечно, кто станет разгуливать под ливнем? И именно поэтому сейчас было лучшее время для прогулки, особенно для нас. По привычке я взяла её за руку, а она крепко её сжала и стала рассказывать:

- Вчера, перед тем как идти в кафе, к тебе, я зашла домой. Я забыла там зубную щётку, а с грязными зубами ходить не охота. Но я-то думала, что дома никого нет, открыла своим ключом, а там мама на кухне. Ну я ей объяснила, что зашла только за щёткой, а она начала плакать, обняла меня. Она начала говорить, что ребёнок должен жить с родителями, что любит меня, что вылечит. Но раз она говорит, что вылечит, значит она не понимает. Не понимает, что это не болезнь, а потому вылечить это невозможно. В итоге, она меня ударила. Ударила отцовским ремнём по спине, мне до сих пор больно, но нет, я не жалуюсь. Она не выпустила меня из квартиры. Я только сегодня вернулась... Но без щётки.

И она тихо засмеялась и улыбнулась, посмотрев мне в глаза. После тихой паузы я ответила:

- Думаю, что любой родитель, который не принимает своего ребёнка из-за ориентации - это ужасный родитель. Перед тем как стать мамой или папой ты должен быть готов к этому. Мы ведь все просто люди, которые любят других людей.
- Ты любишь меня?
- Наверное... А ты?
- Наверное.

Я и не заметила, как она поцеловала меня. Я чувствовала её мокрые волосы на своём лице, её руки на моей шее и её мокрые от дождя губы. Впервые мы не боялись, что нас увидят.