Рыба?
Глава 27
Его имя будет периодически мелькать в моей жизни. После посиделок в кругу друзей, мы пообещали друг другу, что будем видеться чаще, а значит его имя будет упоминать Артур, я же не смогу затыкать ему рот, ведь Марсель мне ничего не сделал. Это мои чувства и только мои.
С понедельника по среду я выполняла все распоряжения Чеслава Брониславовича. Я настолько к нему привыкла, он сразу же расположил к себе доброе отношение, и поэтому мне спокойно здесь работать.
Сейчас на моем рабочем столе лежат документы. Которые нужно передать в отдел маркетинга. Прихватив их, я направилась к служебной лестнице. Решила не дожидаться лифта и подняться ножками.
Сделав шаг, я не успеваю захватиться за перила, как резко соскользнула со ступеньки, равновесие было потеряно, что нелепо взмахнула руками. И от чего почувствовала резкую боль, когда моё колено рухнуло вдребезги на ступеньку и именно под углом. Приподнимаю колено и взываю от дикой боли. Кровь сочится из под телесных колготок. Хватаюсь за перила с шоком внутри и уже со слезами на глазах. Пытаюсь приподняться попой, но взываю криком и падаю ягодицами на ступеньку. Пальцы проскочили сквозь волосы, сжав их в кулаки, я зажмуриваюсь от боли в ноге. От чего заревела на лестничной площадке и на мой вопль отозвалась женщина.
Она приподняла меня со ступеньки. На ноги я не могла встать и сильно сморщилась в лице. Дойдя до моего места, она намеревалась вызвать скорую. Как передо мной стоял растерянный Чеслав Брониславович.
Скорая приехала быстро, всего лишь сильный ушиб. Перебинтовали колено и настоятельно отправили на больничный. Только устроилась и так нелепо выхожу из строя. Что я не так делаю? Упасть на ровном месте, признак неверного пути или неверного мышления? Всю дорогу в машине я размышляла о смысле жизни, но боль в колене давала о себе знать, и я возвращалась в реальность. Мне так повезло с начальством, отец Марселя довез меня до самого дома. Очень переживал, когда мы ждали скорую. Спасибо ему огромное, что помог, и сгораю со стыда, что оставила его без помощи. Но жизнь и правда непредсказуема, с утра ходим, а вечером даже с кровати встать не сможем.
Лежу и смотрю в потолок, в квартире полнейшая тьма и тишина. Слышу лишь свое обеспокоенное дыхание. Мысли развеялись как дым, когда подступил звонок в дверь. Приподнялась на локти и повернулась в сторону выхода. После не последовала ничего, я аккуратно села и намеревалась встать. Как услышала хлопок входной двери. Меня озарила паника и глаза забегали в бешеном ритме. Я все же встала и схватилась руками за комод рядом с кроватью, и в проходе в спальню я увидела его. Стоит с двумя пакетами и жалостливо смотрит, как резко они повалились на пол. Приблизился и посадил меня на кровать, а сам плюхнулся коленями на пол и смотрел так глубоко, что я нырнула с удовольствием в его омут. Я плыла и пьянела, я желала и боялась его появления.
— Сильно болит? — поинтересовался он, даже не поприветствовав друг друга.
— В покое не сильно беспокоит, — пропищала я в шоке от того, что он рядом.
— Меня отец оповестил о твоей травме. Ты одна дома? — как последовал резкий вопрос, от чего он привстал и смотрел ожидая моего ответа.
— Да и буду одна, — смотрю и не наглею, смотрю и запоминаю его черты лица, его мягкий голос. Он кивнул и начал отдаляться, поднял с пола пакеты и скрылся из виду. Я намеревалась встать и последовать за ним, но было больно, и я осталась на месте.
Кажись, он хозяйничает на моей кухне. Чувствую своим голодом, что он что-то мастерит. Запах рыбы ощущается до самой спальни. Неважно, что сейчас мы молчим. Важно то, что он здесь и готовит что-то. Для чего он приехал? Значит, ему не все равно? Значит, он что-то чувствует?
Меня окутала легкая улыбка. Сидела, как дурочка и улыбалась происходящему. Он не мой мужчина, но он рядом сейчас. Я значима для него? Или я сама в это хочу верить? Сижу неподвижно и жду возвращения Марселя. Не могу так долго ждать и медленно встаю и направляюсь в сторону кухни. Смотрю, как он хозяйничает на кухне и присаживаюсь тихой мышкой на стул и наблюдаю за этой картиной.
Он повернулся и подошел ко мне и присел за стол.
— Буквально сорок минут, и рыба с гарниром будет готова, — его голос для меня колыбельная, я так скучала по нему. Опустил взгляд вниз и молча примолк.
— Спасибо тебе, — я хотела протянуть свою руку и накрыть ею его. Но не осмелилась, он лишь кивнул и вернулся к плите. — Как дела на работе? В курсе, что у тебя новый секретарь, — надо же кому-то начать диалог.
— Полнейшее безмолвие, и меня это устраивает. Да, у меня появился новый помощник, — между делом ответил мне, даже не поворачиваясь в мою сторону.
— Я рада, что ты находишься в своей тарелке, — пока он был повернут ко мне спиной, я быстро вытерла слёзы со своего лица, после своих же слов мне стало дико и тошно в груди. Что лучше? Когда он рядом и безразличен? Или его вообще нет в моей жизни? Верно! Оба варианта разрушают меня. Появился шум, и шум стоял от Марселя. Начал греметь посудой и вовсе погряз в тишине. Будто бы он пришел домой к себе, а не ко мне, чтобы проведать меня.
Спустя тридцать минут в молчании. К носу подступил ароматный запах рыбы. Очень красиво у него получилось сервировка блюда. Смесь овощей просто покорила мой желудок. Принялись ужинать, рыба таяла во рту, и я прикрыла глаза от яркого наслаждения этого искусства. Естественно, без хвалы я его не оставила и сделала комплимент, что он потрясающе готовит.
Ждала от него вопросов, но было лишь одно молчание и дикое желание испарится для него навсегда. Он прочел мои мысли, убрал за нами посуду, сам же намыл её и покинул меня со словами, чтобы я поправлялась. Шлейф его аромата стоял в прихожей. Присев на пуфик, я прикрыла рот и опустила голову и разразилась рыданием. Зажала рот ещё сильнее, что начала задыхаться от настигшей боли в груди. Я только начала приходить в принятие ситуации, и он заявился со своим безжалостным настроением.
Неприлично было навестить свою бывшую работницу, но неприлично получилось вовсе заявится сюда как чужим человеком. От его энергетики и в квартире стало холодней. Я обхватила себя руками и сильнее заплакала от своих чувств к нему. Настолько сильная привязка затуманивает мой разум, что не получается его отпустить, не получается его забыть. Такого холодного и такого родного. Он никогда не почувствует то, что чувствую я к нему. Он никогда не узнает о моих чувствах. Никогда.
* * *
Ближе к обеду поступил звонок от Чеслава Брониславовича. Спросил, как моё самочувствие, если бы он знал, что я моральна разбита из-за его сына. Если бы он знал, что нога так не беспокоит, как разбитое сердце. И Мелисса превратилась в снежную королеву, которая больше не оттает. И Кай не станет человеком с чувствами. Больше никто не будет чувствовать что-то внутри. Потому что внутри пустота и мрак.
Перевернулась на спину и смотрю в потолок. Вытерла слёзы и медленно встала с кровати, потянулась за книгой. И окунулась в мир фантазий. Я купила этот роман давно, но читать так и не приступила. Настало время пострадать, ведь у героев тяжелая судьба. Но они преодолевают и идут навстречу к своим чувствам. Они этого хотят вместе, очень горестно хотеть это одному. Тем самым идти в огонь добровольно и сжигая себя сам. До вечера я гипнотизировала эту книгу своими глазами, не переставая перелистывать одни страницы за другой. Подходя к итогу их огромной любви, дочитываю последние предложения и с трудом закрываю книгу. Я вновь наполнялась слезами. Надув губы, я сидела на кровати и тихо хлюпала.
Осознавая то, что мне пора двигаться дальше и навсегда забыть этот урок.
Буду пахать и зарабатывать деньги на поездку в Иорданию. Та самая мечта, которую подарил мне он.
Эстетика главы
