Американский дневник

          - Тут такое дело... – я не знал, как объяснить пешие прогулки. – Первый «Вол-Март», писал тебе, мы нашли, как только переехали в мотель «Мотор Лодж». От администратора узнали, что недалеко находится крупный супермаркет. Но что такое недалеко для американца на машине? Мы тогда об этом не подумали, потому не предвидели полутра-двухчасовую прогулку, вызвавшую под конец завуалированное занудство Дениса.
          - Опять он!
          - Катализатором нашего конфликта, возможно, стал именно тот поход в магазин.
          - Почему ты так думаешь?
          - Я ещё ищу причины происходящего. Должно же быть хоть какое-то объяснение. С первых дней он создаёт образ крутого парня: и в охране спец, и на дуде игрец. Говорит, что девушек местных меняет как перчатки... а поход не осилил. Вроде ростом выше нас, и ноги длинные, но устал уже на пути к «Вол-Марту». Втроём подбадривали его, шутливо подтрунивая над тем, что он не в состоянии в выходной день расслабиться и получать удовольствие от прогулки в хорошей компании. Смеялись, что у всех есть силы, а он – длинноногий – сдался. Видимо, эти шутки задели его, а зачинщиком Денис посчитал меня, увидел во мне конкурента.
          - Тебе должно льстить.
          - Не в его случае.
          Таня засмеялась. Напряжённый момент нашей беседы стал отходить на второй план.
          - Второй «Вол-Март» я искал с Алексом. Местные жители, в лице Майкла и Ричарда, уверили, что этот уж точно ближайший. Доверился им и чуть не лишился жизни.
          - А что случилось? – испуганно, севшим голосом спросила Татьяна. Мне показалось, что от волнения, она не находила себе места: на другом конце трубки послышалась возня, скрипнула кровать. Я улыбнулся достигнутому эффекту.
          - Поиски супермаркета вновь превратились в двухчасовое путешествие. Но если в прошлый раз день выдался на редкость пасмурным и прохладным, то с Алексом пришлось брести под палящим полуденным солнцем.
          - Бедные...
          - Взмыленный, уставший Саня примерно через час, когда осознал, что я даже понятия не имел, насколько могло затянуться наше маленькое предприятие, стал ворчать. Я воздержался от лишних слов. А то он разозлился бы и набросился на меня. После оставил бы на песке восточных склонов, подальше от дороги, на съедение грифам.
           - Какой кошмар! – захихикав, воскликнула Таня.

           - Я и сам к тому моменту был не в восторге. Лицо обгорело. Солнце слепило. Футболку под рюкзаком можно было выжимать. Ноги начали заплетаться. Бульвар МакКарен то уходил вверх, потом, давая передышку, немного спускался вниз, чтобы снова исчезнуть за вершиной пригорка. Тенистый парк университетского городка остался позади, а там и прохлада, и оросительные установки, работающие по часам. Было бы классно встать под их струи, но нас окружали пески, солнце и пожелтевшее от зноя небо. От ворчания Алекса отвлёк поезд...
          - Это как? – в голосе любимой послышалось замешательство.
          - Слева, по склону большого холма, медленно, но обгоняя нас, полз состав из двух мощных жёлтых локомотивов с бордовой надписью «Union Pacific» на бортах и десятков голубых, коричневых и серых разнотипных вагонов.
          - Теперь понятно. Вспомнила, что поезда ты обожаешь не меньше машин.
          - Можно я сознаюсь в грехе?

          - В каком?

          - Дойдя до «Вол-Марта», мы устроили привал в «Макдональдсе».

          - А-а-а-а! В этом смысле, – вновь раздалось в трубке Татьянино, нравившееся мне хихиканье. – Я уж было подумала... прощаю тебе твой грех!

          После последних слов она звонко рассмеялась.

          - Сейчас вообще ляжешь от смеха. Мы нашли тот, близкий к центру, магазин. Нам же никто не давал названия. Просто говорили, что рядом есть супермаркет. А вот уже наши ноги и дурные головы уносили нас на периферию.

          - Далеко?

          - Три-четыре квартала от «Мотор Лодж» по Четвёртой улице. На него набрели по чистой случайности, когда я с Алексом, Радеком и Пэтром возвращались из парка на другом берегу реки, где играли в футбол с мексиканскими ребятами лет пятнадцати. Решили пойти иным путём, чтобы посмотреть новые места, и увидели супермаркет «Альбертсонс» с прочими прелестями американской торгово-развлекательно-чревоугоднической жизни: кафе-мороженое «Баскин Роббинс», видеопрокат «Голливуд», «Бургер Кинг» и конторы банков с автоматами для нежелающих покидать кожаные кресла личных авто.

          - Даже так?! – удивилась Таня. - Про подобные банкоматы слышу впервые. Они, что, совсем сумасшедшими со своими машинами стали?

          - В Лас-Вегасе вообще часовня есть, где люди могут обвенчаться, не выходя из автомобиля, - мой ответ говорил сам за себя. - Думаю, что они перегибают палку с хвалёным американским сервисом. Так же, как и с феминизмом, и с политкорректностью, и с экспортом номер один - демократией.

          - Какая-то печальная картина вырисовывается, - вздохнула Татьяна.

          - Это и к нам со временем придёт. Рестораны быстрого питания – первопроходцы... - и мы замолчали, погрузившись в мысли. Паузу нарушил я: – Хочешь, напугаю?

          - Не надо! Зачем пугать? Желаешь увидеть меня седой?

          - Нет, но я тебя напугаю, – и в Эстонию полетел злорадный смешок. – На днях я попал под машину.

          - Ужас! Был невнимательным на дороге? – с легким укором в голосе спросила она. – Обычно я попадаю в нелепые ситуации. Но ты...

          - Я всё сделал правильно. Просто водитель не заметил, и прокатил меня свадебной куклой, на капоте. Американцы так помешаны на личном транспорте, что в Рино, по количеству жителей составляющем половину Таллинна, можно сказать, пешком почти никто не ходит. Людей на улицах очень мало, и, переходя дорогу, должны заботиться о себе сами. А я - привыкший к тому, что меня пропускают машины, европеец. Хотя немного расслабился.

          - И как же ты умудрился попасть под машину?

          - Поздно вечером возвращался от Алекса к себе. Я шёл мимо автовокзала междугородних линий «Грейхаунд», когда из-за серой, отштукатуренной станционной стены показался выезжавший с парковки крупный внедорожник «форд». Остановившись у пешеходного перехода, я ожидал дальнейших действий водителя...

          Татьяна внимательно слушала меня, от волнения забывая порой дышать.

          - И?

          - Внедорожник затормозил перед зеброй, кивнув массивным передом. Я удивился: «Неожиданно! Меня пропускают?! Похвально-похвально!» Решившись, стал переходить дорогу. Секунду спустя услышал рёв многоцилиндрового двигателя, набиравшего обороты, а ещё через мгновенье в мой левый бок упёрся бампер внедорожника. Машина плавно, словно это был чей-то садистский план медленной смерти или пыток, поволокла меня на проезжую часть. Я сильно струхнул. Сердце на пару с дыханием замерло.

          - На твоём месте, наверное, я бы в обморок упала прямо перед машиной, - ошарашенным голосом, почти шепотом, выдохнула Татьяна.

          - Тело получало команды на подсознательном уровне, ладони изо всех сил заколотили по жестяному капоту «форда». Я заглянул в тёмный салон. За рулём сидел мужчина, на соседнем сиденье женщина, но лиц толком не разглядел.

          - И они не заметили тебя? Вдвоём...