Глава 86.
– ...Сэм была твоим спасителем, не так ли?
После долгого молчания Уинстон наконец заговорил. Его голос был хриплым и тяжелым от усталости, и Юджин ответил небрежно:
– Да, единственным.
Уинстон поднял взгляд и посмотрел на Юджина. Но Юджин, не глядя на него, продолжал говорить.
– Если бы Сэм не было рядом, я бы умер от голода на улице. Или, может быть, умер бы в тюрьме или был бы убит.
Горькая улыбка тронула его губы.
– В любом случае я бы умер.
Уинстон держал рот плотно закрытым. Он потер губы рукой, словно подбирая слова, затем опустил взгляд на сцепленные руки. Движения его были несколько беспокойными, но Юджину было все равно, и он продолжал жаловаться.
– Сэм сказала мне попытаться поверить в тебя – того, кого я раньше любил.
Юджин подумал, что он, должно быть, сильно пьян. Его губы двигались сами собой, помимо его воли.
– Но ты мне не веришь.
Он почему-то рассмеялся. Юджин, посмеиваясь, откинулся головой на спинку дивана.
– Может быть, ты никогда меня не любил.
– Хватит.
Только тогда Уинстон открыл рот. Казалось, он собирался что-то сказать, но Юджин не хотел его слушать.
– Я просто не хотел об этом сожалеть.
Была только одна причина, по которой Юджин вообще заговорил: чтобы потом не винить себя за то, что не сказал этого.
– Если тебе есть что сказать, скажи.
Юджин дал Уинстону шанс. Он считал это справедливым, ведь он сам все рассказал, и теперь настала очередь Уинстона говорить.
Хотя до сих пор он этого не делал.
Уинстон вздохнул, потер глаза и, немного подумав, заговорил:
– Ты не мог найти работу? Хотя бы на неполный рабочий день?
Юджин расхохотался, услышав эту нелепость. Уинстон недоуменно посмотрел на него. Юджин, все еще лежа на боку на диване, украдкой взглянул на него и спросил:
– Кто меня наймет?
Юджин продолжил, все еще посмеиваясь.
– Уинстон, у меня не было ни образования, ни документов. Я был просто призраком. Нищим призраком, у которого ничего нет. Кто в мире нанял бы такого, как я? А ты бы нанял? И вдобавок ко всему, я был беременн.
Анджела все еще намного меньше своих сверстников, потому что в то время он сильно недоедал.
Честно говоря, Юджин думал, что ребенок умер в утробе. При мысли о дочери, свернувшейся калачиком и не шевелящейся, ему хотелось плакать от чувства вины.
Уинстон глубоко вздохнул.
– Да, это был глупый вопрос.
Казалось, он полностью лишился сил. Вероятно, он прочитал отчет о происшествии и по-своему подготовился. Но как бы он ни воображал худшее, реальность легко превзошла его. Юджин даже не пытался понять, что сейчас чувствует Уинстон. Эти чувства принадлежали только ему, и никто другой не должен был их знать.
– ...Почему.
Уинстон наконец заговорил, по-видимому, немного взяв себя в руки.
– Почему ты не сказал мне правду, когда я спросил?
Его тон не был обвиняющим. Он выглядел искренне заинтересованным, и Юджин ответил равнодушно.
– Ты мне все равно никогда не верил.
Забытое воспоминание внезапно вернулось. Юджин пробормотал что-то не задумываясь.
– Ты всегда сомневался во мне, когда я был с мужчинами.
Уинстон снова закрыл рот. Казалось, он собирался что-то сказать, но Юджина уже одолевала сонливость.
– Ты, наверное, тоже мне теперь не поверишь...
– Юджин?
Когда его голос затих, Уинстон позвал его по имени. Но на этот раз ответа не последовало. Уинстон понял, что он быстро заснул, и глубоко вздохнул.
– Юджин.
Уинстон встал с дивана и подошел к нему, снова позвав его, одновременно поднимая руку. После недолгого колебания он осторожно схватил Юджина за плечо и встряхнул. Юджин дышал ровно и продолжал спать, не реагируя. Уинстон посмотрел на него сверху вниз, а затем внезапно наклонился, чтобы поднять. Его болезненно худое тело легко взяли на руки. Слишком легкий, но Уинстон чуть не пошатнулся. Он посмотрел на лицо Юджина, а затем повернулся к кровати. Пока он шел, тапочки соскользнули с ног Юджина и упали на пол.
Когда он осторожно положил его на матрас, Юджин все еще спал. Уинстон осторожно погладил его по лицу, прежде чем убрать руку и выпрямиться. Только натянув простыню, чтобы укрыть его, он наконец вернулся на свое место. Он позвал дворецкого, чтобы тот принес еще одну бутылку вина, и, допивая остатки, погрузился в раздумья.
«Ты всегда сомневался во мне, когда я был с мужчинами».
Это была мелкая ревность. Все сходили с ума, увидев Юджина. Даже зная, что Юджин невиновен, Уинстон хотел убить каждого, кто заговорил с ним и улыбнулся.
«Но тогда я все равно верил тебе».
Уинстон знал, что Юджин невиновен. Мухи, жужжащие вокруг него, были плохими. Он так твердо верил в целомудрие Юджина.
«Уинстон».
Даже сейчас, когда в памяти всплывает тот день, сердце разрывается на части. Лицо, которое улыбалось ему. Юджин, целующий отца. Даже эти двое, переплетенные в постели.
«Я видел это».
Уинстон закрыл лицо обеими руками.
«Я ясно видел это своими глазами, как ты спишь с моим отцом. Ясно помню твой насмешливый смех».
В этом не было никаких сомнений. Юджин был прав. Что бы он ни говорил, Уинстон ему все равно не поверит.
Потому что он видел это своими глазами.
«И все же ты солгал, что носишь ребенка моего ребенка».
Доминантные альфы контролируют оплодотворение. Уинстон никогда не оплодотворял его и всегда пользовался презервативами. Юджин не мог забеременеть. Он говорил, что вынашивал ребенка от него, нес чушь – как же его, должно быть, презирали, как дурака и идиота! Уинстон думал, что никогда…
Уинстон думал, что не простит Юджину этого, пока не умрет.
Но он так и не узнал, что Юджин впоследствии пережил такие ужасные испытания. Хотя он смертельно ненавидел Юджина, он никогда не желал ему такого исхода. Возможно, Юджина использовал и бросил отец. Вероятно, так и было. Потому что после этого отец больше никогда не искал Юджина. Тем не менее, это не означало, что отец вообще ничего ему не дал.
Конечно, Уинстон предположил, что Юджин поймал другого мужчину и ведет развратную жизнь.
Внезапно боль в спине резко усилилась. Дождя не было, и он не напрягал тело, так что же это была за боль?
Подумав, что это фантомная боль, он пошел в ванную и открыл полку. Он схватил горсть обезболивающих, запил их водой из крана и только потом взглянул на свое отражение в зеркале. На него смотрел человек с бледным, словно призрак, лицом.
Человек в зеркале прошептал.
– Что ты будешь делать теперь? Уинстон Кэмпбелл, что ты будешь делать дальше?
Он долго стоял там, не шевелясь. Казалось, лицо, смотревшее в его сторону, насмехалось над ним.
– Ух...
Голова болела так, что вот-вот расколется. Юджин тихо застонал, его лицо исказилось от боли. Медленно приподняв веки, он все еще лежа, тупо моргнул.
Прошло несколько секунд, прежде чем он понял, что лежит в постели. Он вздохнул и сел. Конечно же, Уинстона нигде не было видно. Он давно ушел на работу.
Голова у него была туманной, но воспоминания оставались яркими. Мысль о реакции Уинстона вызвала на его губах горькую улыбку.
«Возможно, этот человек получил совершенно особенный опыт благодаря мне».
Думая так, он почувствовал себя легче. Встав с кровати, он направился в ванную, когда услышал стук, и вскоре дверь открылась.
– А, вы проснулись.
Дворецкий, открыв дверь, поприветствовал его.
– Анжела ждет вас, чтобы перекусить. Она уже позавтракала.
– А, да. Я скоро буду.
– И еще кое-что.
Когда он уже собирался поспешить в ванную, дворецкий снова остановил его.
– Мистер Кэмпбелл хотел бы поужинать. Анджела тоже присоединится.