Глава 84.
– Он просто неуклюжий человек.
– Неуклюжий?
Юджин едва проглотил слова, которые почти сорвались с его языка, слова, которые могли бы обвинить его напрямую. Сэм снова нежно успокоила его, похлопав по тыльной стороне ладони.
– Юджин, если обе стороны упрямо отказываются уступать, никакой разговор невозможен.
– Я много раз пытался поговорить. Это он никогда не слушает.
Его тон невольно стал резким, и он тут же вздрогнул, но Сэм лишь криво улыбнулась. Но сердце Юджина нисколько не смягчилось.
– Если ты проделала весь этот путь только для того, чтобы убедить меня встать на сторону Уинстона...
– Я на твоей стороне, Юджин. Я только хочу, чтобы ты не пожалел.
Когда его бурные эмоции выплеснулись наружу, Сэм покачала головой. Юджин замолчал, и она добавила спокойным, уговаривающим голосом.
– Даже если сейчас это кажется несправедливым и раздражающим, позже ты подумаешь, что это было к лучшему. Скажи, кто сожалеет больше – тот, кто пытается заговорить первым, или упрямый, который просто продолжает злиться? После того, как ты сделаешь все возможное, у тебя не будет никаких сожалений. Может быть, позже ты даже пожалеешь, что не старался сильнее. Поэтому я прошу тебя попробовать еще раз, чтобы ты не чувствовал себя так.
Юджин на мгновение замолчал. Увидев его сложное выражение лица, Сэм мягко заключила.
– Я знаю, что ты очень нежный и добрый ребенок. Поговори с мистером Кэмпбеллом еще раз. Думай об этом, как о последнем разе.
Мягкое убеждение безошибочно потрясло Юджина. Открыв рот, словно собираясь что-то сказать, затем закрыв его, он один раз посмотрел на потолок, затем наконец вздохнул.
– ...О чем ты говорила с Уинстоном? Ты что-нибудь услышала? Поэтому ты мне все это рассказываешь?
Он спросил более мягким тоном. Сэм ответила по-прежнему тихо.
– Не так уж много. Просто то, как ты поживаешь и какие у вас с ним отношения.
Выражение лица Уинстона в тот момент живо предстало перед ее глазами. Его спотыкающиеся, бессвязные слова ясно показывали, насколько он был взволнован. Убедившись дважды, что женщина перед ним действительно была полицейским, которая помогла Юджину, когда он совершил те преступления, Уинстон рухнул на стул, потирая лицо обеими руками.
– Что случилось с Юджином?
Сэм вздохнула и не стала вдаваться в подробности. Когда она спросила, почему он не спросил его напрямую, Уинстон заколебался, прежде чем ответить.
– Он больше не пытается со мной разговаривать.
– На этот раз он, вероятно, готов тебя выслушать.
Слова Сэм эхом отдавались в ушах Юджина с сильно спущенным тоном. Сомневаясь в ней, Юджин посмотрел на ее лицо.
– Если ты не доверяешь мне, доверься человеку, которого ты когда-то любил. Если он стоил твоей любви, разве ты не должен попробовать еще раз?
Сэм осторожно похлопала все еще молчавшего Юджина по тыльной стороне ладони, после чего сменила тему разговора.
– Энджи, ты уже столько сделала? Ого, твои руки действительно быстрые.
Как будто все серьезные разговоры были закончены, Сэм немедленно переключила свое внимание. Наблюдая, как Сэм расточает похвалы ребенку, а Анджела отвечает неловко, но довольно хорошо, Юджин некоторое время сидел там.
«Чтобы избежать сожалений».
Уложив ребенка спать, Юджин сидел один в спальне, погруженный в свои мысли. Сэм ушла после ужина. Он предложил отвезти ее обратно в отель, но Сэм настояла на вызове такси.
– Я желаю тебе только счастья. Если станет тяжело, приходи ко мне в любое время.
После этой последней просьбы она крепко обняла Юджина, прежде чем сесть в машину. Только когда он остался один, Юджин обдумал ее слова. Все, что сказал и сделал ему Уинстон, было вне всякого пересмотра. В конце концов, даже если
не подлежало пересмотру. В конце концов, даже если бы он заговорил, Уинстон бы ему не поверил.
Это только усугубит ситуацию снова. Он был почти уверен, но слова Сэм застряли в его голове. По какой-то причине он был уверен. На этот раз Уинстон послушает.
«Наверное, поэтому он и позвал ее».
Это определенно отличалось от того, что было раньше.
Вместо надежды Юджин вспомнил совет Сэм: просто попробуй еще раз. Чтобы избежать сожалений.
Он собрался с духом и ждал возвращения Уинстона. Уинстон вернулся домой незадолго до полуночи.
– Разве ты не говорил, что вернешься как можно скорее?
Это было первое замечание Юджина, когда дверь открылась. Он не собирался ругаться, но нюанс показался ему странным. Вскоре он пожалел об этом, чувствуя, что провоцирует ссору. Затем заговорил Уинстон.
– Это лучшее, что я мог сделать. Мне пришлось насильно расчистить свой график; все запуталось.
Никаких особых эмоций не было в голосе Уинстона. Внимательно наблюдая, Юджин заметил, что Уинстон снял пиджак и передал его дворецкому с выражением, не отличающимся от обычного. Чувствуя внутреннее облегчение, Юджин позвал дворецкого сразу после того, как Уинстон вошел в ванную, соединенную с комнатой, одетый только в рубашку.
– Принесите, пожалуйста, вина.
– Конечно. Какое вино мне принести?
Хотя голос был безразличен, Юджин колебался с ответом. Он ничего не знал о вине. Поколебавшись, он дал самый безопасный ответ.
– Что-нибудь, что понравится Уинстону. Два бокала, пожалуйста.
К счастью, дворецкий больше не задавал неловких вопросов и вышел из комнаты. Юджин выдохнул и расслабил плечи. Ему показалось, что он услышал слабый шум бегущей воды. Представляя, что сказать Уинстону, он сделал несколько глубоких вдохов.
Когда Уинстон закончил принимать душ, дворецкий как раз поставил вино и бокалы на стол. Замешкавшись, Уинстон услышал, как Юджин заговорил.
– Эм, я подумал, может, мы выпьем перед сном.
Его нервный голос надломился, и он быстро прочистил горло. Уинстон молча посмотрел на Юджина и вскоре пересел на противоположный диван. Дворецкий налил вино в два бокала, проверил, не нужно ли чего-нибудь еще, затем незаметно ушел. Они остались одни.
Уинстон двинулся первым. Естественно поднеся бокал к губам, он откинулся на спинку дивана и с комфортом выпил.
Юджин молча наблюдал.
– Как тебе?...
Поколебавшись, спросил он. Уинстон коротко ответил: «Хорошо». Юджин тоже поднял свой бокал и сказал:
– Кейн спросил меня, что принести, но откуда мне знать? Я просто сказал ему принести то, что тебе понравится.
Поднеся бокал поближе, отчетливый запах выдержанного винограда был сильным. Осторожно поджав губы, Уинстон заговорил.
– Если хочешь, мы можем как-нибудь устроить дегустацию. У меня будет время на следующих выходных. Тогда и сделаем?
– Э-э… да.
Неплохое начало. Может быть, из-за алкоголя атмосфера стала лучше, Юджин кивнул.
– Да, давай попробуем. Звучит заманчиво.
Уинстон слабо улыбнулся и сделал еще один глоток. Юджин проглотил немного вина во рту и выдохнул. Его лицо внезапно покраснело.
– Не переусердствуй. Ты плохо ладишь с алкоголем.
Уинстон мягко остановил его. Это было правдой. Всего один глоток, и уже чувствовалось, как стены вокруг его сердца рушатся.
– ...Помнишь то время?
Сказав это, он понял, что сказал, и нервно ждал реакции Уинстона, чей рот заметно дернулся.
– Ты имеешь в виду, когда ты меня целовал? Конечно.
Лицо Юджина тут же покраснело. Всплыли воспоминания о том, как он позорно напился от полбанки пива, и ему захотелось спрятаться где-нибудь от стыда.
Но это была неплохая тема для разговора. Вскоре они смеялись и болтали, вспоминая прошлые времена: когда Юджин чуть не утонул, плавая, чуть не врезался в дерево, когда Уинстон обучал его вождению, и их ночь в одиночестве в пустыне.
К тому времени они уже допили одну бутылку вина и принялись за вторую. Уинстон оставался трезвым, но мозг Юджина уже размягчался. Однако благодаря этому атмосфера стала более мягкой, и начать разговор стало легче.
– Тебе следует немедленно прекратить пить.
Уинстон схватил бутылку как раз в тот момент, когда Юджин собирался налить еще один стакан. Юджин разочарованно вздохнул и опустился на диван. Мир, казалось, приятно вращался. Все заботы, которые так его терзали, теперь казались пустяками. Ну, это не было большой проблемой. Чувствуя, как тепло разливается по телу, он наконец заговорил.
– Независимо от того, выслушаешь ты меня или нет, я должен тебе рассказать.