Работа на два фронта [Завершён]

Как и планировалось, через два дня мы полетели обратно в Японию. На частном самолёте. Императорском. Хотя я отнекивался, но меня просто затащили в самолёт на руках. Ну, думаю, понятно, что я ничего не мог сделать. В итоге, я опустошил их бар. Опьянев, естественно. Не помню, что было, но очнулся я в шикарной комнате. И, кажется, это была Его комната. Когда он пришёл, я в этом убедился. Голова болела, а... Этот... Ещё и ехидно ухмылялся. Заставил принять с ним ванну, хотя я был не особо против. И секс начался тоже в ванной. Мда. Зад болит жёстко. Как и спина.

— Я тебя ненавижу, — шутя, но серьёзно пробормотал я, лёжа в постели на животе, выставив руки вперёд под подушку.

POV Автор.

— А прошлой ночью ты доказывал обратное, — с ухмылкой ответили парню, ведь его собеседник прекрасно знал, что тот врёт на 98%. Дзюн очень нежно провёл кончиками пальцев левой руки по спине Изуку вдоль позвоночника, чем вызвал табун мурашек и приглушённый писк. Мидория густо покраснел, ведь такое действие часто возбуждало его, когда он ещё жил с Тоши. — Зато теперь я знаю все твои чувствительные точки, — прошептал император на красное ушко парня, а затем лёгким движением сунул средний палец в дырочку Изуку. Тот весь задрожал в приглушённом стоне, опрокинув лицо в подушку и слегка приподняв бёдра.

Дзюн на этот жест хищно оскалился и добавил второй палец, начиная растягивать своего малыша, нависая над ним с правой стороны и целуя его тонкую шею, покусывая. Стоны, впивающиеся сразу в подушку, казались очень тихими, будто их и нет, но сжатая в кулаках наволочка говорила о напряжённости парня в ожидании. Дрожь не прекращалась, а мурашки так и бегали от одной части тела к другой, в особенности от горячего дыхания нависшего над ним тела. Давно набухший член тёрся о простынь, возбуждая Мидорию ещё сильнее. Но как только руки парня полезли к органу, тут же были остановлены сильной рукой мужчины сверху. Дзюн держал два тонких запястья на подушке, где они были изначально. Терпеть стало невыносимо. Изуку стонал всё громче с каждым толчком пальцев, количество которых увеличилось до трёх, заставляя поднимать бедра выше. Член парня теперь не тёрся о кровать, но от этого стало только хуже. 

— Х-хватит..! — попросил Изуку, не справляясь с возбуждением. Мужчина вытащил все пальцы из заветной дырочки и послышался тихий разочарованный из-за неприятной пустоты стон. Император поменял свою позу, встав на колени позади парня, продолжая держать его руки.

Дзюн приставил головку своего давно затвердевшего органа, сжимая левой рукой ягодицу зеленоглазки, давая некую свободу своим действиям. Резкий толчок заставил Изуку вскрикнуть от неприятной, но терпимой боли. Мужчина не двигался несколько секунд, после чего вытащил свой орган, оставив головку. Колечко мышц приятно сжимало его. Шумно выдохнув, Дзюн снова резко вошёл до самого основания, вырвав из уст парня под собой громкий крик-стон, видимо, попал по простате. Мужчина толкался, ускоряя темп, и каждый раз проходя по простате. Изуку был на пределе, а потому император остановился, дав парню излиться, резко поднял своего любовника за талию, облокачивая на себя и теребя набухшие розовые бусины сосков, целовал шею парня. Изуку руками схватился за волосы мужчины позади и в какой-то момент сам начал насаживаться на орган. Дзюн до предела толкался в парня, и последний излился через пару минут. Император продолжал приподнимать и опускать парня на свой член, а через несколько минут кончил в Изуку. Мидория тяжело дышал, также сидя на органе любовника, а из его ануса через микроскопические щели между органом Дзюна и стенками внутри текла сперма мужчины. Резко император повернул парня к себе лицом, предварительно положив его на кровать, не выходя из него. И, отдышавшись, снова начал двигаться. Изуку вскрикнул, ведь при толчке сразу попали ту точку. Дзюн толкался с такой силой, что Изуку казались, что его сейчас порвут. Парень сжимал в руках простынь, а ногами обвил торс мужчины. Последний крепко сжимал бёдра своей пассии в руках и двигал их в такт своим движениям. Мидория снова кончил. Но возбуждённый до предела император и не думал останавливаться. Изуку громко стонал, иногда даже кричал из-за резкости и некой боли. Но чувства удовольствия всё же было больше. Когда Дзюн снова кончил в парня, он поднял обмякшего Изуку и пошёл в ванную. Через несколько минут, когда Мидория более-менее восстановил дыхание, он уснул. Мужчина помыл его и отнёс в комнату. А ведь ещё даже не обед.

Через неделю Изуку вернулся на работу. Все приветствовали его и слегка кланялись. Сказать, что Мидории от этого было не приятно, значит, соврать. Ему было очень приятно, что к нему начали относиться настолько уважительно. Работа шла своим ходом, всё как обычно. Изуку жил с императором во дворце, лишь иногда заглядывал домой, чтобы убраться там или взять какие-то вещички. Дни с императором хоть и были насыщенными, они также были для Изуку тёплыми. Он был счастлив. Пока ему кое-что не прислали по почте.

Изуку в очередной раз приехал домой, чтобы убраться там и отдохнуть. На крыльце, прямо перед дверью лежал толстый пакет. Парень взял его, открыл дверь, вошёл в дом и направился на кухню. Там он поставил чайник на плиту и начал открывать массивный конверт. То что он увидел там повергло его в шок. Фотографии Дзюна с разными женщинами в его кабинете во дворце. Сзади на фотографиях были указаны даты. Именно те, когда Изуку уезжал домой, но иногда и будние дни. Фотографий было по меньшей мере за 50 штук. Внутри конверта оказалась ещё одна вещь с письмом в белом конверте. Адресат не был указан, лишь "Главе". Но что ещё за "Глава"? Он вытащил из чехла диск и пошёл в комнату за ноутбуком, предварительно выключив закипевший чайник. Он быстро преодолел расстояние между первым и вторым этажом и включил ноут. Изуку нервно вставил диск и запустил всплывшую видеозапись. На диске было видео с камер в кабинете императора. На видео Дзюн трахал разных шлюх на своём столе или на себе, сидя в кресле. Ракурс был идеален, а камера отличного качества, чтобы видеть как император наслаждался процессом. На диске было много видео с таким же содержанием. Вернувшись вниз в опустошённом состоянии и на ватных ногах, Мидория открыл конверт с письмом.
«Мы собираемся убить его вечером 15 января. Так что тебя в этот день не должно быть во дворце.» — гласило содержание письма. 15 января, до него осталась неделя. Изуку не мог поверить в то, что увидел. Он не верил. А потому решил проверить всё самостоятельно. Ему было трудно, воздух казался очень тяжёлым, а в глазах темнело. Спустя несколько минут он успокоился. Придумав план, он подошёл к плите, чтобы заварить себе кофе. Но руку дрогнула, когда он поднял чайник, и пролил кипяток на левую руку и уронил чайник на пол, из-за чего обжёг ещё и правую ногу.

— А-а-а! Да что ж такое!? За что!? — поорав и поматерившись минут 10, он обработал ожоги мазью и забинтовать тыльную сторону ладошки, запястье и половину предплечья руки, а также ступню ноги. Было больно, но Изуку терпел. Он всегда терпит боль. Чайник же сломан. Благо пол из плитки, иначе бы паркет просто вздулся от высокой температуры воды.

Вернулся Изуку во дворец следующим днём после работы никакой. В министерстве вообще какой-то балаган случился. Секретарю министра просто все мозги выебали. Сил вообще не оставалось.

— Изуку, ты в порядке? — заметил Дзюн ужасное состояние своего парня и подошёл к нему, как только зеленоглазый вошёл в комнату.

— Нет, я не в порядке... — Мидория просто упал на кровать лицом, ведь не очень хотел смотреть сейчас на императора.

— Что случилось? — взволнованно спросил мужчина. Это причинило ужасную боль парню.

— В министерстве все будто с ума посходили. Только так ебали мне мозг. Я сегодня даже поесть не успел, — это правда. Изуку за сегодняшний день только кофе утром попил перед работой, а дальше на него просто кидались все, кому не лень со какими-то вопросами и проблемами, которые лично к Изуку никаким боком даже не относятся.

— Прикажу приготовить тебе что-нибудь лёгкое, — Дзюн поцеловал парня в макушку и ушёл куда-то в сторону кухни.

От действий мужчины Изуку заплакал. Ну, как он мог изменять ему всё это время? Он до сих пор не верил, не мог поверить. Они встречаются всего каких-то полгода, и он узнает о таком. Никому такого не пожелаешь. Через несколько мгновений Изу уснул в том же положении, что продолжал всё это время.

Дзюн, вернувшись и увидев, что его любимый уже спит, переодел его и положил на кровать в более удобное положение. Еду всё-таки принесли, но уже было поздно, поэтому император просто сказал оставить на столе.