Глава 38
— Спасибо, что пришёл. - услышали мы голос Жида.
Мы с Акико сидели, спрятавшись в зале. Чтобы француз нас не заметил нам не нужно было двигаться.
Ода выстрелил.
Жид увернулся.
— У тебя такой же взгляд, как у меня, — сказал Жид. — Как у моих людей. Взгляд человека, сошедшего с лестницы выживания.
Жид так и не взял в руки оружие и вёл себя так, будто совершенно не боялся выстрелов.
— Добро пожаловать, Сакуноскэ, в наш мир.
Одним неуловимым движением он выхватил пистолеты и прицелился в Сакуноске.
Они застыли, держа друг друга на прицеле.
— Ты слишком разговорчив.
— Тогда предлагаю закончить разговор.
— Как ощущения после неудачного прочтения будущего? — продолжая держать его на мушке, спросил Ода.
— Ничего чудеснее я никогда не испытывал, — ответил Жид. — Сакуноскэ... Ты лучший. Почему ты не встретился мне раньше?
— Прости. Но сегодня я весь в твоём распоряжении.
— Почему ты перестал убивать, Сакуноскэ?
— Почему ты ищешь войны, Жид?
Услышали шум на улице
— Твои солдаты?
— Твои коллеги?
Шум доносился с двух сторон. Навскидку всего человек десять.
ЭЭЭЭЭЭххххххххх - протянула в мыслях я, - сказала же, чтобы вели себя тише. Им что делать больше нечего? Сидели бы спокойно и сидели. Что палитесь то?
— Как тебе, Сакуноскэ?
— Что «как»?
— Это мир, который я искал... Целью всей моей жизни было оказаться здесь.
— Почему ты его искал?
— Почему ты перестал убивать?
— Я хотел стать писателем. Один человек сказал мне, что я должен им стать.
О, если я не ошибаюсь, то этот человек был Нацумэ.
— Писателем? — улыбнулся Жид посреди воцарившейся вокруг нас тишины. — Может быть, тебе бы и удалось.
— Может быть.
Ага. - хмыкнула я, - В какой-нибудь другой реальности. Например в Звере.
— Однажды со мной заговорил человек. Он подарил мне книгу. Последнюю часть романа, которую я нигде не мог найти. Но предупредил, что она просто кошмарна.
— А каково было твоё впечатление?
— Последняя часть...
Что за книга? Что он так разочаровался?
— Я был героем. Конец близок, — произнёс Жид в пространстве бесконечности.
— Скажи мне, Жид, — спросил Ода. — Ты не пытался избрать другой путь? Не пробовал изменить свою жизнь? Тебя не привлекало что-то кроме войны и поисков смерти?
— Изменить жизнь? Невозможно. Я поклялся своим товарищам, что умру солдатом. Ничего иного мне не остаётся. Но... Возможно, у меня бы и получилось. Если бы я чуть раньше решился поменять свою жизнь, стать кем-то другим, может, у меня и был шанс... Ты же перестал убивать. Будь я столь же силён, как ты, возможно, и я бы когда-нибудь...
Они целились друг другу в сердце.
Спусковые крючки уже были нажаты. Пули поднялись в ствол.
А мы продолжали смотреть на них.
— Единственное, о чём я жалею, — сказал Ода, — это то, что не попрощался с подругой. Человеком, который даже в нашем мире всегда оставался мне «просто другом». Хотя самой ей этот мир ужасно наскучил, и она ждёт не дождется, когда умрёт.
Не стоило при нем постоянно про сметь шутить, поверил же мне.
Мне!
Человеку, который постоянно живет в Портовой Мафии и уже почти в свою десятку в верхушки сидит?
— Она, как и я, ищет смерти?
— Нет, — возразил Ода. — Не думаю. Поначалу мне тоже казалось, что вы с Осаму похожи. Вы оба не видите ценности в своей жизни и с готовностью прыгаете навстречу опасности и конфликтам в жажде скорейшей смерти. Но она не такая, как ты. Она просто очень умный, но по сути ещё совсем ребёнок. Маленькая девочка, плачущая одна в темноте, брошенная посреди абсолютной пустоты, которая даже нам с тобой не знакома.
Чего?
За кого ты меня принимаешь?
Громыхнули пистолеты.
Вылетели пули.
— Ещё один великолепный выстрел напоследок, — улыбнулся Жид. — Я отправляюсь к своим ребятам.
Кончики пуль коснулись его и моей груди.
И «сингулярность» исчезла.
Разорвав одежду, пули прошили насквозь их грудные клетки и вылетели наружу.
Они в одно и то же время в одних и тех же позах повалились на спины.
— Привет, Одасаку! - сказала я, подходя к нему, - Как у тебя там дела? Хорошо с пулей в груди.
- Осаму, - сказал он мне.
- Акико, - сказала я, - Можешь лечить.
- Я не хочу жить, - сказал Ода.
- У тебя это никто не спрашивал, - ответила я.
Подлечили его достаточно быстро.
- Дети мертвы! Ты понимаешь! МЕРТВЫ! - стал он на меня кричать.
Я достала пистолет и наставила его дуло на Оду.
- Дети в старом их доме, - сказала я холодным голосом. - Тебе дается двенадцать часов, чтобы свалить с городу и забрать детей иначе тебе не жить. Время пошло...
Подпишитесь, пожалуйста, на мой телеграмм канал, попросите ссылку на него в личных сообщениях, и я вам её отправлю.
Или название телеграм-канала: О всём
В нем голосование на счет выхода историй.
Найти его вы можете по хештегу #голосование
Люди добрые, оставьте мне, пожалуйста, комментарий, мне будет очень приятно.