Heaven forbid you end up alone.

“Salt my wounds but I can't heal the way
I feel about you.”
Bring Me The Horizon “Deathbeds”

Это не могло продолжаться вечно. Вся эта пытка. Луи, казалось бы, проклял этот день и все что с ним связано уже несколько сотен тысяч раз, но это не помогало. Он не чувствовал Гарри. Совсем не чувствовал, будто того и не было никогда, будто по щелчку пальцев человека не стало в обоих мирах. И если бы Луи не так сильно был привязан к Гарри, возможно, что шатен принял бы существование кудрявого парня за свои галлюцинации или мираж на почве сильной усталости. Но Стайлс есть, он существует и Томлинсон пока плохо понимает, почему, черт возьми, он не чувствует его? Что случилось с его мальчиком?

Не находить себе места, кажется, стало для Луи единственным занятием с самого утра. Сначала он совершенно не мог заснуть, хотя настойчиво заставлял себя закрыть глаза. Потом он просто сдался, пытаясь хотя бы спокойно полежать на одном месте.

"Глупые мысли, глупые мысли" - повторял про себя шатен. И все же на душе было тяжело, как бы Томлинсон не пытался внушить себе обратное. Было просто интересно, чем вызвано все это волнение? Ах, да, возможно, тем, что человек, которого он любит, живет на десяток лет раньше, чем сам Луи. Но ведь "неизвестные" что-нибудь придумают? Они ведь сделают так, чтобы Луи и Гарри были вместе? Хотя, давайте смотреть правде в глаза: они не обязаны этого делать, даже более того, они были бы только счастливы наконец-то избавиться от этой надоедливой парочки, которую, к слову, сами и создали. Но «неизвестные» же не сделают этого? Гарри ведь лучший друг Лиама и он не пожелает ему зла, все же видят, что кудрявый парень любит Томлинсона. Можно Луи сейчас просто громко застонет от безысходности? Громко, на весь дом, чтобы все слышали, как ему плохо и трудно.

Самое время было перебрать все возможные варианты исхода их с Гарри жизни, чтобы ради интереса добить себя. Самый лучший из них, что они будут вместе и не важно, как. Просто вместе, чтобы дополнять друг друга, чтобы Луи мог каждый день прикасаться к Гарри, чтобы кудрявый малыш больше никогда не страдал и не чувствовал себя одиноким. Но ведь это не единственный вариант. Вдруг Гарри отберут? Вдруг они так и не смогут быть вместе? Что тогда? Почему, черт возьми, это все происходит с ними? Почему эти проклятые «хранители» выбрали предметом своих глупых экспериментов именно Луи и Гарри? Ведь в мире тысячи людей! Есть сотни таких же как они, но никто не подходит друг другу более идеально, чем Стайлс и Томлинсон, которые, кажется, были рождены, чтобы существовать вместе, как одно несчастное целое.

О чем мог сожалеть в тот момент Луи, как вы думаете? Да, о много, правда? Ведь это могло быть, к примеру, сожаление о том, что он когда-то согласился на спасение мира. Или то, что он стал привязываться к Гарри – но это все не то. Луи жалел, что так и не успел поцеловать Гарри. В губы, по-настоящему, чувственно, чтобы до выпрыгивания сердца из груди, до пульсирующей крови в висках, до острой боли на губах и потери пульса. Он так и не успел доказать своему кудрявому мальчику, что он любит его. Это глупо, но первое, что Луи сделает при встрече с Гарри, нежно поцелует, даже если это будет их последний поцелуй.

Луи резко распахивает глаза, оказываясь вновь перед "неизвестными". Вокруг все кажется еще более холодным и неприятным, даже леденящим кровь, отчего в голову приходят лишь не оптимистичные мысли. Не к добру, но нельзя допускать плохого исхода, Томлинсон пришел сюда, чтобы забрать Гарри к себе.

- Рады вас видеть, Луи, - холодно проговорил самый старший из голосов.

- Где Гарри? - шатен стал оглядываться в темноте, но никого рядом не было. Рядом не было Стайлса.

- Мы огласим решение только тебе, - спокойно ответил второй «неизвестный».

- Как только мне? А Гарри, а как же Гарри? - Томлинсон стал нервно крутить головой из стороны в сторону в поисках кудрявого парня. Луи совсем растерялся, отчего дыхание быстро стало сбиваться, а сердце пропускать несколько пустых ударов, отчего внутри неприятно закололо.

- Луи, послушай, нас, - грозным пронзающим голосом начал первый "неизвестный", но шатен прервал его своим громким криком:

- Нет, это вы меня послушайте! Даже если вы приняли свое глупое решение разъединить нас, то хотя бы имейте совесть дать нам попрощаться, черт возьми! Я много прошу от вас? Только дайте мне взглянуть на него, я должен попрощаться, - нервно кричал Луи, выплевывая слова с поднятой кверху головой. Он не мог поверить, что все его самые худшие мысли оказались правдой. Они действительно решили оставить каждого в своих мирах, не давая возможности насладиться счастьем, а что самое противное, даже попрощаться теперь не позволяют. Слез не было, Томлинсон вовсе не плакал. Он пылал огнем негодования и страсти убить их всех, в нем кипела злость и ненависть, он срывался, позволяя агонии наполнить его снизу доверху. Как же глупо они поступают с ним. - Я обязан попрощаться… - последний громкий выкрик и его голос окончательно сорван.

- Лиам! Успокой своего подопечного, в конце концов, - твердым холодным голосом процедил старший голос.

- Подопечного? - переспросил непонимающе шатен.

- Успокойся, Луи. Немедленно выслушай, что тебе хотят сказать, - приказным тоном проговорил Пейн. Томлинсон неуверенно, но послушно качнул головой.

- Мы ничего не сделали с твоим Гарри. Он жив и сейчас готовится к переходу из одной реальности в другую, его подготавливают и дают важные указания, - спокойно продолжил «неизвестный». Луи затаил дыхание на минуту его слов и широко распахнул глаза.

- То есть? - сглотнув, спросил шатен, неужели, они говорят ему правду? Или это сейчас все жестокие шутки? Лиам злобно шикнул на него, приказывая замолчать и слушать. Томлинсон снова испуганно качнул головой.

- Теперь все свои важные указания должен прослушать ты. Раз уж мы решили отдать тебе Гарри ты обязан следить за ним, - размеренно проговорил "неизвестный". Луи, как ошпаренный закачал головой. - Ты должен помогать ему во всем: освоиться, устроиться на работу, вжиться в новую реальность, показать твой мир.

Шатен почти ничего дальше не слышал и не хотел слушать. Гарри будет жить с ним. Кудрявый мальчик теперь будет только его и, кажется, что это вовсе не сон, это так близко и так реально, что сердце выпрыгивает от одной только мысли о том, что там его уже ждут. "Неизвестные" еще что-то повторяли, требовали и просили от Луи, а он лишь, как болванчик качал головой, не веря в свое собственное счастье.

- Ты понял нас? - в голове шатена звонко раздался холодный голос.

- Да, да, конечно, я понял вас, спасибо, спасибо, - счастливо повторял Томлинсон, кусая губы. Он готов был сорваться с места прямо сейчас, чтобы, наконец, увидеть своего Хаззу.

- Луи, ты должен понимать, что Гарри – не игрушка. Мы не вернем его обратно, как только ты наиграешься им вдоволь. Он навсегда становится твоим. Безвозвратно, - отчаянно говорил Пейн, пытаясь донести до шатена всю ответственность, что падает на его хрупкие плечи. Тот лишь бездумно кивал в ответ. И, как мантру повторял про себя: "Моим. Моим. Моим. Моим"

- Лиам будет присматривать за вами. Он теперь ваш хранитель… Луи!- громко позвал "неизвестный", замечая, что Томлинсон его совсем не слушает.

- Что? - снова растерянно отвечает тот.

- Ты должен беречь его, слышишь? - обратился к нему Пейн.

- Да-да, - быстро проговорил Луи.

- Ты готов к этому, Луи? - спросил мягкий голос какого-то по счету "неизвестного".

- Я готов, я, правда, готов, - нервозно выдохнул Томлинсон.

- Он будет ждать тебя дома, - если бы у хранителей были глаза, сейчас они закатили бы их, глядя на Томлинсона.

- Удачи, парень, - тепло произнес Лиам.