29 Джен
Был обыкновенный весенний день,но вопреки ожиданиям жителей Вест-Вендовера,погода стояла пасмурная,давя на сознание ,лишая кислорода. Листья синхронно колыхались под ловкими умелыми пальцами северного ветра и трава внимала их ропоту ,перекликаясь. Среди всего этого шёпота можно было услышать лишь пару тихих,безумных и пугающих реплик,которые будто эхо повторялись вновь и вновь,будоража умы:
"Ночь."
"Дженни."
"Он бросит ее".
"Бедная Джен".
-Я ненавижу тебя!
Внутри будто все кости ломаются от тяжести и осколков разбитого сердца,что так больно впиваются в плоть. Руки дрожат,а раскрасневшееся лицо застыло с истерическим выражением,прерываемом всхлипами и рыданиями.
Чувствую,будто вместе с кожей вырывают мириады нитей, ведущих к одному человеку. К Джейку.
-Джен, успокойся! -взъерошив волосы ,устало проговорил тот, из-за кого я стала такой: лохматые волосы, мешки под глазами,опухшее лицо и израненное нежное тело. Но это ничего, гораздо хуже то,что я чувствую себя брошенной на асфальт шавкой, которая чем-то не услужила хозяину. Чувствую ,как маленький мирок рушится с каждым влюбленным его взглядом, направленном не на меня. И ещё я чувствую,как...
-Аааа! - крик раненной птицы раздается вокруг. Женщина схватилась за округленный живот. Горячие слезы стекаются по лицу,оставляя тропинки для остальных из того же потока "разрыв".
Ещё немного и Джейк бы сжалился,помог ей,но Дженнер решила не тешить его представлениями ,не радовать своей драмой, и взяла себя в руки,обхватила бледные плечики,поджала ноги в коленях,вздрагивая.
Маленький комочек лежал на холодном, сером,как и небо, полу подъезда. Губы дрожали и побелели от того, насколько сильно она их сжала. Только бы не пискнуть, только бы он скорее уже ушел. Беззащитная и подбитая,она хотела умереть,но было то , из-за чего Джен ещё не взбежала в квартиру и не перерезала запястья вдоль и поперек: ее ребёнок.
Шестимесячная Аманда, о появлении которой холила и лелеяла надежду ещё счастливая Дженнер Вернер.
Она с каким-то святым преклонением положила руки на живот,надеясь на диалог с ребеночком, на какую-то поддержку. Однако вопреки всем ее вечерним молитвам, радостным взглядам в зеркало и улыбкам по утрам, вокруг растекался красный круг.
Выкидыш.
-Мой ребенок! Не-е-ет! Аманда! Моя Аманда...
Плотина самообладания прорвалась и наружу выпустились все страшные,дикие рыдания, слезы и крики,какие можно наблюдать в психиатрических больницах или просто когда человеку нестерпимо одиноко.
Джейку,что уже успел сбежать, на секунду послышалось,будто кто-то неподалеку заплакал,но он ушел,наплевав на вежливость и сострадание.
Ушел и больше не появлялся в жизни Дженнер. Также,как и ушел шанс на счастливую жизнь в качестве матери. Аманда погибла,так и не увидев ни лица матери,ни света,ни тьмы. Чистая плоть погибла ещё до того,как ее окрестили. Она погибла ещё тогда, когда погибла какая-то часть самой Дженнер.
Все говорят о материнской любви,но никто не заикается о преданности,вере и поклонении детей родителям.
В тот день Дженнер всю ночь пролежала в кровяной луже,считая,что спала со своим ребенком. Утром ее обнаружили бледную как смерть и по-настоящему желающую последнего.
С неделю она пролежала,находясь под контролем врачей,а после ее отпустили с ясным, ничего к себе не требующим в дополнение, диагнозом бесплодия.
Словно зомби перемещаясь по опустевшей квартире,Джен постепенно увядала, оставляя все хорошее в прошлом, становясь жалкой породией прежней себя. Она искала инцидента,который бы избавил ее от тяжести,от воспоминаний и постоянных мигреней... И от пустоты, образовавшейся на месте плода и любящего сердца. Каждый раз,когда сквозняк окутывал ее исхудавшее тело, волшебные нити сердец колыхались,перекликаясь между собой,отвечая на призыв, открывая прежние раны.
Проходили года. А именно три долгих, мучительных года. Дженнер вышла замуж,испортив прекрасные детские мечты о прекрасной пышной белой свадьбе с любимым человеком, своей мерзкой реальностью. Ее мужем стал сантехник и алкоголик со стажем по имени Дрейк.
Порой Дженнер смеялась сама с собой,что выйдя замуж за Дрейка,ей не придется перешивать инициалы Д'n'Д,которые она успела вышить ,будучи с Джейком на большинстве кофт в районе сердца.
По обыкновению,после этого наступала самая настоящая скорбь ушедших дней. И окунувшись в прежний омут дней,она безвольно шла на кухню мыть посуду и прибирать за мужем.
Их совместный быт был скучен до чёртиков: Дженнер занималась копирайтингом, не желая выходить на улицу,когда Дрейк Салливан периодически отходил от телека,чтобы исполнить заказ клиента о засорившемся унитазе или раковине или сходить к толчку.
Но однажды Дженнер вернулась с девочкой. Ее глаза то сияли,то начинали слезиться. Малышка сладко спала на чужих руках,временами вздрагивая от кошмаров. Дженнер ,пугаясь саму себя,тайно радовалась,что не только ей плохо. Это было торжество. Смотреть на ребенка было невыносимо, миссис Салливан постоянно думала о том,что на ее месте могла бы быть ее малышка, Аманда. Она была бы горячо любима: что бы то ни было от любимых людей всегда находит в нас все самое лучшее,нежели нечто похожее,но принятое по случаю.
Дрейк никак не отреагировал на появление ребенка, только сказал о субсидиях государства и одобрил решение жены заработать.
Девочка росла и крепла и ,на удивление одногруппников, никогда не болела. Даже обычная ветрянка не стала причиной для снимка аля "Мама, посмотри,я лягушонок. Ква-ква". И Дженнер делалось от этого больно. Она стала искать те редкие причины, когда могла отругать Люси или хлопнуть ремнем. Дрейку же для этого основания не требовались. Он мог ударить девочку и за то,что она съела последний кусочек пирога,не заметила и не зашила его носки или не прочитала молитву перед ужином. Дженнер порой удивлялась как их намерения с мужем совпадают,но все же она по сущности не была монстром. Она была просто обижена. Именно поэтому ее сердце трепетно сжималось от сочувствия всякий раз когда Салливан переусердствовал с ремнем или перегнул палку неприкосновенности девочки.
Но наступает момент,когда что-то обязательно должно поменяться. Такую пору называют "либо ты их,либо они тебя". И Алисия не прогадала с моментом и научилась давать отпор.
Поначалу она была меньше по размерам толстопузого от пива Дрейка,а потому и маневренность ее была лучше. Она убегала,проскальзывала,пряталась,словом, училась выживать. И тогда недовольный муж срывал гнев на жене.
Так продолжалось довольно долго,пока однажды не приехала Розмари и не забрала уже девушку к себе. Алисия постепенно перестала скалиться и доверилась бабушке с добрыми глазами и неизменной стрижкой. Она полюбила . Это было так странно и подобная сильная привязанность к кому-либо пугала ее. Люси боялась,что однажды это исчезнет и ей придется вернуться обратно туда,куда она хотела бы попасть меньше,чем быть сгоревшей заживо как ведьма из-за своей неординарной, выразительной внешности.
"Волк попал в стадо овец"- это было первое,что она прошептала в новой школе. А после она отметила и то,что тут слишком много людей,стараясь протиснуться к нужному кабинету и не тереться об учеников школы Уэлса.
Случайны ли случайности? Честно говоря,без понятия,но то,что неожиданное знакомство Девида с Алисией было необходимым обоим ,это факт. Как это не странно,но как обычно снимают в фильмах,она налетела на парня и,подняв голову, заглянула в самые глаза , ответив что-то наподобие : " Ради своего же солнечного будущего научись смотреть куда прешь,иначе так и разбиться недалеко". А после въелась в его голову так глубоко,что он потратил ночь ,чтобы раздобыть всю информацию о новенькой.
Так началась новая глава жизни юной Алисии Вернер и ее нового друга Девида Лемана.