4. Пустые улицы
Когда Грей отошёл проверить, всё ли взял, Кир вышел. Было слишком тихо, непривычно для места, где всегда было шумно, где все знали друг друга. За все 18 лет жизни каждый день здесь был живым и громким.
Тишина бывала только когда кто-то умирал... а сейчас было так тихо, что казалось, погибли все... Пустые улицы, пустые дома, серое небо, горький воздух. Кир поймал себя на том, что дышит осторожно, словно громкий вдох мог приблизить неизбежное.
Мысли крутились в голове, и все были невнятные. Была только одна ясная — (Я должен узнать, как он.)
Он ненавидел, когда кто-то причинял боль другим. И ненавидел себя за то, что поступает так.
— Кир! — воскликнул Грейсон.
Киран вбежал внутрь. Дом был пуст, только где-то поскрипывали доски. Поднявшись на второй этаж, в свою комнату, он замер. В шкафу спала Бонни, свернувшись в кружочек. Сопела как младенец. Теснота давила, запах ткани, смешивался с лёгким ароматом её волос.
От злости его лицо помрачнело. Он начал её трясти. Та спросонья начала дёргать ногой, пиная его.
— Отстань, Кики...
Как она только ни искажала его имя.
— Встань быстро, — цедил он сквозь клыки, сдерживая голос.
Когда она проснулась, он начал её ругать — Что ты тут делаешь? Зачем спряталась?!
— Я не хотела без вас...
— Замолкни — продолжал он сдержанно ругать. — Все давно уехали! Как ты могла ничего не сказать?! Твоя тё...
— Что моя тётя? — перебила она его. — Я там всего лишь обуза. Она была вынуждена растить меня. Я не хочу так больше.
Грей положил руку на плечо Кира, он хорошо понимал её чувства. Жить, чувствуя себя лишним, слишком больно.
— И вообще, — добавила Бонни, — у меня кроме вас нет друзей.
Она надула и без того большие щёки.
Кир раздражённо сжал её мордашку.
— Ай-ай. Пусти меня.
— А если бы Грей не проверил? И мы ушли? Что бы тогда...
Снова перебив — Ну так вы же не ушли, ругаться зачем?
Нервно выдохнув, Киран просто встал и вышел.
Снова начал смотреть в небо. Чёрный дым вдали становился лишь сильнее.
— (Я не могу пойти туда с ними... но и медлить нельзя. Вдруг... не успею.)
Он сел на корточки, хватаясь за голову. — (Я не верю в то, что происходит. Это слишком, чтобы быть правдой.)
Грей пытался дозвонится чтоб сообщить что Бонни с ними.
Но поняв, что связи нет, начал паниковать. Он пробормотал — Нет сети...
Рядом сидящая Бонни прикрыла рот — Как теперь твои подписчики?
— Причём тут это? — окинул он её взглядом.
— Я думала, ты об этом беспокоишься.
— Хватит себя так вести, ты что, не понимаешь?
— Это ты не понимаешь... а точнее, просто не веришь... — её лицо стало спокойным, и её взгляд напряг Грея.
— Я просто не знаю, что делать... о чём думать, что будет дальше. Такое чувство, что я сплю.
— Бедненький, — погладила она его по голове.
Он усмехнулся, даже эта мелочь его немного успокоила.
Кир подошёл к ним.
— Я уйду ненадолго. Грей, перебейте свой запах и спрячьтесь так, чтобы вас не нашли... знаю, ни вы, ни я не сильно верим в то, что происходит. Но мы должны быть готовы ко всему. И... простите...
Она перебила его — Всё нормально, никто нас не заставлял.
Грей отвёл взгляд. Как только пропала сеть, волнение не отпускало.
— Куда ты собрался?..
— В «Закат»...
— Звучит не очень — сказала Бонни, сдерживая смешок.
— Что? Но...
— Иди, а за нас не волнуйся, — сказала Бонни, приобняв Грея за руку.
Серый затих. Он не хотел показывать своего страха той, кто слабее и младше него — разница в четыре года казалась ему пропастью.
Не прошло и десяти минут после их разговора, как Кир уже ушёл.
Грей стоял у двери. Он хотел остановить брата, но не смог. Эта пустота и ответственность изъедали его.
Услышав стуки, он обернулся. Бонни сидела, болтая ногами и колотя ими по дивану.
— Слушай... а ты дяде сказал, что будешь с ним. А вдруг что-то случится... что будем делать? — она посмотрела на него пристально, не моргая.
Внутри у него всё скрутило. Страх стал сильнее.