Глава 18
Человек-Паук выходит из здания, но тут же к нему подскакивает Нед, который, видимо, безумно волновался. Его даже слегка трясет от беспокойства.
– Все в порядке? – тут же спрашивает он, хватая парня за локоть, который сам хочет убраться отсюда побыстрее.
Паркер быстро кивает.
– Да, все прекрасно, но, пожалуйста, пошли быстрее, вдруг что-то не так пойдет, – Человек-Паук ускоряет шаг, а Линдс еле-еле поспевает за ним.
Все и вправду прошло хорошо, лучше некуда. Но вдруг полицейским это покажется подозрительным, вдруг они опомнятся и захотят поймать Питера? Лучше побыстрее уйти, чтобы если они и заподозрят что-то – не смогут поймать его.
Друзья заворачивают за угол и Человек-Паук останавливается. Нед чуть ли не утыкается ему в спину, настолько резко парень затормозил.
– Ты иди, как шел, хорошо? А я по крышам, – произносит парень и видя, как азиат утвердительно кивает, уже через несколько мгновений забирается на дом.
Нет, на самом деле он мог переодеться и пойти вместе с Недом, но парень решил не рисковать. Он снова начал чувствовать ту тошноту, после которой, как бы, поменялся. Не хватало еще того, чтобы это произошло рядом с Линдсом, который не пойми как сможет защитить себя от этого ходячего безумства.
Тошнило не так сильно. То есть, не так, как в прошлый раз: пища не выбиралась наружу, просто было чувство лёгкого укачивания, как тогда, когда слазишь с детской карусели.
Хотя, это, может быть, просто из-за волнения?
Может быть, что ничего даже не произойдет?
Может, нужно и вправду надеяться на лучшее?
Это было бы хорошо.
Человек-Паук ускоряется, пытаясь как можно быстрее добраться до отеля.
***
Питер запрыгивает в номер через окно и выпрямляется. Его всего бьет дрожь, волосы дыбом встают на затылке, почти нет сил нормально стоять. Так еще и тошнит ужасно. Кажется, и вправду осталось не так много времени до «трансформации».
В голову будто вливают свинец, она становится ужасно тяжелой, и Паркер осторожно садится на кровать, прикрывая глаза.
Как только веки смыкаются, в ушах раздается звон, будто кто-то ударил по голове и парень вздрагивает, снова открывая их.
Если он закроет глаза, он примет эту внутреннюю тьму, которая снова возьмет вверх над ним.
Нет, он сможет справится с ней, если безумство сново возьмет вверх, то это значит, что Человек-Паук слишком слабый, он даже сам с собой справиться не может.
Слишком низко, зазорно, противно.
Грудь разрывает от боли, а Питер уже на стену готов лезть, он царапает руки ногтями, пытаясь не поддаваться.
Нужно держать разум в ясности.
Нужно...
Паркер чуть ли не кричит, стискивает зубы, а глаза слезятся. Больно, ужасно больно. Он рвано вдыхает, оставляя на теле ржавые полосы от ногтей.
В голову все так отчаянно лезет какой-то блеклый дым, затуманивая сознание, что Паркер уже готов сдаться, но все же сдерживается.
Перед глазами будто появляется пленка, она колышется и так хочется протянуть руку и продырявить ее, чтобы впустить хоть капельку света, хоть капельку сознания, но оно уже затянулось гнилью.
Питер срывается и закрывает глаза.
***
– Все хорошо, Питер? – раздается бархатистый голос и парень открывает глаза.
– Д-да, кажется, да, – Человек-Паук поднимается взгляд и видит перед собой Тони Старка.
Руки отвратительно щиплет и Питер опускает взгляд, видя то, что они все расцарапаны, но не так сильно, как можно было бы ожидать.
Этот мальчишка еще и сопротивляться ему вздумал.
Тот слишком глупый, он постоянно делает что-то, что не нужно никому. Он пытается предотвратить неизбежное, но у него никогда, и еще раз никогда, не получится.
И дураку ясно, что контролировать процесс «изменения» никому не под силу, а если уж мальчишка считает, что из-за своих суперспособностей он становится каким-то особенным, то глубоко в себе ошибается.
– Мистер Старк, а почему вы не показывались мне после того, как я изменился? – вдруг спрашивает парень, но тут же замолкает, немного нахмурившись. – Вы же в курсе изменений, да?
Тони медленно кивает, и опускается рядом с парнем, который не сводит с наставника любопытного взгляда.
– Понимаешь, ты – гораздо сдержанней и не такой эмоциональный, как твоя обратная сторона. Я считаю, что лучше показываться только тогда, когда преобладать в теле будет не «обычный Питер», а более... – он задумался на секунду, пытаясь подобрать слова, – холоднокровный и невозмутимый. Хоть он и не знает о том, что ты видишь меня – все равно чувствует какое-то насыщение, я правильно ведь понимаю? И его переживания по поводу меня не такие уж сильные.
Да, это тоже верно. Если показаться тому мальчишке, то он ведь сойдет с ума от счастья, будет на каждом углу говорить о том, что Тони Старк жив. Этого и вправду нельзя допустить.
Когда-нибудь Питер сможет завладеть телом юнца полностью. Чтобы тот больше никогда не высовывался, запереть его где-нибудь глубоко, чтобы никто не догадывался о его существовании. Это будет слегка сложно сделать, но можно попытаться.
– Так он еще и деньги отдал, мерзавец такой, – фыркает Человек-Паук и откидывается на руки, поставленные за спиной, теперь находясь в полусидящем-полулежащем состоянии.
Старк слегка поджимает губы.
– Зачем ты их вообще украл? Ты должен наоборот помогать людям, а не вредить, – мужчина постоянно учит парня, что не всегда получается. Тот иногда не обдумывает последствия, что весьма плохо заканчивается.
Паркер запрокидывает голову вверх, смотря в потолок.
– Мне было скучно, – пожимая плечами отвечает он, задерживая взгляд на люстре.
Со стороны Старка слышен вздох и парень переводит на него взгляд.
– Правда, просто скучно и все, – Питер в открытую смотрит на Тони, который в тоже время созерцает юнца с упреком во взгляде. – Ну не смотрите на меня так! Я вот может хотел их на благое дело пустить, вот откуда вам знать?
Железный Человек хмыкает.
– И куда же? – мужчину видно забавляет намерение Паркера.
– Ну, я костюм себе хотел другой, вот, – поясняет он, но видя то, как Старк начинает улыбаться, его губы тоже растягиваются в улыбке. – Ну правда, я хочу его более усовершенствовать, что ли.
Старк хлопает мальчишку по плечу, от чего тот слегка ежится, но после выпрямляется, больше не облокачиваясь на руки.
– Это не благое дело, малец, – Тони усмехается собственным словам.
Человек-Паук слегка хмурится, от чего на лбу даже появляется небольшая морщинка, а потом задумчиво произносит.
– Ну раз вы живы, то вы можете мне одолжить денег, сэр? – просит Питер, при этом даже слегка краснея. – Мне неловко немного, извините, я не должен был просить.
Железный Человек снова начинает улыбаться, чем вызывает легкое недоумение у Паркера.
– Все нормально, парень, но, к сожалению, я вынужден тебе отказать, – Старк разводит руки в стороны. – Увы, никто, кроме тебя, не знает, что я, как ты выразился, жив. Но, – он закидывает ногу на ногу, – ты ведь можешь заработать, так? Многие подростки так делают.
Парень выдыхает, слегка наклоняя голову набок.
Мужчина прав, почти все подростки подрабатывали, то в магазинах, то еще где-нибудь. Там они хоть и получали не много, но это, все же, были хоть какие-то деньги.
Но чтобы заработать нужно время, а костюм хочется прямо сейчас. Тем более он нужен для совершения каких-либо подвигов, так что важен.
Нужно найти деньги в скором времени.
– Мистер Старк, а вы могли бы мне помочь, пожалуйста, сэр? – осторожно начинает парень, догадываясь, что мужчина, скорее всего, откажется.
– Возможно, – отвечает Тони, почесывая подбородок.
– А вот мне очень-очень нужны деньги, прямо срочно. Вы можете помочь мне их... добыть? – Питер уже сотню раз проклял себя за то, что начал. Мужчина ни за что не согласиться. Он никогда бы не стал делать то, что может хоть немного навредить другим. – Можете помочь стащить их? У одноклассников моих, например, они как раз завтра уйдут на очередную экскурсию.
– Нет, Питер, это уже слишком, – строго отвечает Старк и скрещивает руки на груди.
Паркер смотрит умоляюще, придвигаясь ближе к наставнику и осторожно кладя свою ладонь с длинными пальчиками на массивную руку мужчины.
– Сэр, пожалуйста, я им вправду отдам все, честное слово, я устроюсь на работу, вот правда-правда, – Тони качает головой. – Клянусь, Мистер Старк, я им отдам в ближайшее время.
Железный Человек обреченно выдыхает.
Этот несносный мальчишка все равно совершит то, что не должен. Всегда не слушается. Натворит глупостей, да еще и попадется.
– Я подумаю, но, – он четко выговаривает каждое слово, – ты все отдашь, как только приедешь.
Питер улыбается во все тридцать два.