Глава 19
Снова легкие полны дыма, горло обжигает горячий кофе…
Рассвет. Недавно пустые дороги заполняются машинами, люди разного возраста выходят на утреннюю пробежку, в окнах многоэтажек зажигается свет. Снова город наполняется вечно спешащими куда-то людьми, возвращая прежний ритм социума. Прохладный осенний ветерок наполняет комнату ароматами свежей выпечки, будоражит белоснежные занавески и освежает.
Темные круги под глазами и стойкий запах сигаретного дыма, говорит о морально тяжелой бессонной ночи. Холодные руки нежно гладят светлую макушку, успокаивая. Пересохшие губы растягиваются в улыбке, когда лицо напротив, искажается в милой гримасе. Парень мягко целует своё счастье в лоб, надеясь, что ему удастся сохранить его в целости и сохранности до смерти, а то и больше.
- Ужасный запах, - слышится сонное, - сколько можно просить?
Старший лишь ухмыляется и виновато пожимает плечами. Голова болит, нахлынувшие мысли сводят с ума. Быть может, если бы Мин ещё тогда отвернулся от этого омеги, его жизнь не изменилась так кардинально? Быть может, он сейчас мирно спал бы в своей холодной постели, не думая о будущем? Жил бы так же банально? Остался бы частью серой гримасы людей?
Может ещё не поздно все вернуть в прежний ритм? Снова жить, точнее, существовать, одиночкой. Ведь он может запросто испортить жизнь любому. Может ли курение отразится на будущем потомстве или же здоровье? Зачем кому-то тягаться с больным курильщиком, и его не менее больными детьми?
- Что-то уже известно? – юноша протирает маленькими ручками сонные глаза.
- Нет.
- Долго я спал? - младший слазит с больничной койки, направляясь к окну, глубже вдыхая свежий утрешний воздух.
- Где-то часа полтора.
- Я хочу пойти к нему.
- Не стоит. Там Хосок, он нам скажет, когда все закончится, - темноволосый внимательно наблюдает за каждым движением омеги, детально все запоминая, - кстати, а что хоть с ним случилось?
- Я и сам не успел понять. Я был очень напуган. Когда я услышал болезненный стон, решил зайти и проверить его, а там… Мне искренне жаль Тэ. Может, он не выдержал и решил что-то с собой сделать, но я не слышал, чтобы он выходил… Я ждал тебя…
- Ясно.
- Где вы были все это время?
- Сидели в кафе недалеко от нашего дома с Хосоком, беседовали. Я по твоей просьбе узнавал, что же случилось между Тэхеном и Чонгуком.
- И что узнал? – Пак устремил заинтересованный взгляд прямо в глаза альфы.
- Там долгая история.
- Разве мы куда-то спешим?
Разговор был таким тихим и спокойным, что из-за пения птиц иногда не было слышно некоторых слов. Беседа продолжалась увы недолго…
- Так он тоже страдает? – лишь хмыкнул Чимин.
- Так Хоуп сказал.
- Простите, парни, ваш друг в операционной? – молодой омега нарушил столь домашнюю атмосферу.
- Да, - одновременно отвечают юноши.
- Уже все, - как-то слишком грустно произносит парень, и уже намерен удалится из палаты как, его останавливает холодный тон одного из сидящих в помещении.
- То есть «все»?
- Ну, операция закончилась, и…- снова затих.
- Не тяни резину, - грубо выпаливает Мин, отчего бедный интерн прилип к стенке, уже готов быть размазанным по ней.
- Он умер…- и быстро убегает из палаты, куда глаза глядят.
Юнги моментально поворачивает голову в сторону любимого, лицо которого краснеет, а из глаз льются слезы. Темноволосый крепко сжимает в объятьях парня, шепча слова поддержки на ухо. Влажные дорожки появляются и на лице старшего, ведь самое страшное из его догадок произошло. Что делать дальше было неизвестно.
- Я хочу его увидеть…- тихо произносит Чим, а Шугу и уговаривать не нужно, он сам ведет парня прямо вдоль коридора.
***
Парень так и не смог уснуть думая о предстоящей встрече. Надеясь на неё. В любом случаи, он решил для себя, что сможет встретиться с самым дорогим ему человеком, чего бы ему это не стоило. Юноша уже примерно выбрал одежду, дабы, так сказать, предстать перед парнем во всей красе. К тому же, любимый запах спелой вишни заставляет верить в лучшее. В какой-то момент даже показалось, что любимые нежные руки обняли со спины согревая… Гук чувствует, что Ви все так же любит его. Их планы на будущее ещё не полностью разрушены? Все ещё можно вернуть! Главное приложить максимум усилий. Но успеет ли он все вернуть? А что, если возвращать будет нечего? Может уже поздно? ….
Чонгук в сотый раз перечитывает последние сообщения от ТэТэ, думая о том, что за сюрприз мог приготовить для него омега. Его действия непредсказуемы даже для Чона. Парень улыбается, думая о том, что несмотря на долгие годы проведенные вместе, он все ещё не может понять, что в голове у этого чудо – юноши.
Невольно в мыслях Гука пролетает образ брата, что даже листка с предупреждением о своём долгом уходе не оставил. Альфа набирает номер, но абонент недоступен. Странно.
***
Хосока негде не видно. Пак из-за собственной истерики еле передвигает ноги, постоянно намереваясь упасть на холодный пол, и затопить его горькими слезами. Мин взглядом ищет пропавшего друга, но тот будто исчез не оставив и следа. Как не вовремя. Спустя несколько минут Юнги удается найти врача, и спросить о друге. Бета средних лет любезно проводит его с Чимином к одной из палат, что располагалась недалеко от операционной. Знакомый образ уже сидел у койки с телом, крепко сжимая холодную руку. Пак бежит к другу, и обнимает его, продолжая рыдать. На это больно смотреть. Альфы пытаются оттащить светловолосого от Кима, но тот будто в вакууме, не слышит ни звука.
- Юнги, ну сделай хоть что-то! – возмущается Хоуп.
- Дай ему попрощаться спокойно, - холодно выдает темноволосый.
- Вы уже уходите? – непонимающе спрашивает Чон.
- А ты сидеть намерен? И родителям же сказать надо.
- А, это да. Такое трудно пережить, - понимающе хлопает друга по спине младший.
- Чонгуку скажем? – зачем-то спрашивает старший.
- Ну, да, это же его труды были.
- Он на славу постарался…
- ОН ДИШИТ?! – резко начинает орать Пак.
- Ну, да, - спокойно отвечает Хоуп.
- Что? - Юнги даже несуществующим комом подавился.
- А чего бы ему не дышать? – пожимает плечами Хорс.
- Так он же мертв?! – шокировано смотрит на Ви омега.
- Живой он, вы чего?
- Нам сказали, что он умер, - так же шокировано смотрит Шуга.
- Не он умер, а его малыш, - обьясняет Хосок.
- Какой малыш? – в унисон спрашивают парни.
- Короче говоря, он перенервничал, и его малыш «катапультировался», - пытаясь подобрать слова, которые резко вылетели из головы, рассказывает всю ситуацию Чон.
- Так он беременный был? – спрашивает Юн.
- Ну, да.
- Чего? Чимин, ты знал об этом? – старший шокирован, но и очень рад, что его догадки не стали явью.
- Первый раз об этом слышу, - неуверенно отвечает Чим, пытаясь вспомнить все разговоры с Тэ, и найти хоть какой-то намек.
- А Чонгук? – на этот раз вопросительный взгляд устремлен в сторону Чона старшего.
- Не спрашивай у меня. Откуда мне знать? – отмахивается Хосок.
- У тебя мог племянник появиться, а ты не знал? – констатирует факт Мин.
- Нет. Может, даже сам Тэхен не знал?
- ОН ШЕВЕЛИТСЯ! – снова орет Пак.
- Конечно, я же живой! – осипшим голосом выдает Ким.
- ТэТэ, как же ты нас напугал! – душит в объятьях хрупкое тело друга.
- Хватит орать! Голова и так болит, - голос спокойный и уставший.
- Прости…- и слезы ручьем текут.
- Отлипни от него уже, - бережно говорит Шуга, а затем и сам обнимает друга.
- Как ты себя чувствуешь? – Юн действительно волнуется.
- Вполне сносно, только тело немного ломит. Чимин, будь другом, дай воды.
И омега на всех парах мчит к столу и обратно, по дороге врезаясь в Хоупа, и чуть ли не роняя графин тому на ногу. Но все же приносит другу желанную жидкость.
- Спасибо, - Ви пьет аккуратно, не спеша, ибо горло ноет, как и все тело, в общем-то.
- Хочешь чего-нибудь? – спрашивает по факту Старший.
- Домой хочу…
- Сказать Чонгуку о случившемся? - как-то неожиданно даже для самого себя выдает Хосок.
На глазах снова наворачиваются слезы, и сердце начинает неприятно колоть в груди. Мин замечает это, быстро давая больную затрещину другу, и пытается как-то отвлечь омегу.
- Ты помнишь, что произошло?
- В один момент, - взгляд полный боли, - мне стало плохо. Я хотел окно открыть, но потом упал…и кровь на полу, и так больно…
- Ну да, ты же ребенка потерял, - снова «вставляет свои 5 копеек» Чон.
- Как потерял? – он вовсе не расстроен, так, из вежливости спросил.
- Эмм…-уже начал было Хоуп, но ему быстро и по-дружески заткнули рот рукой.
- Ты, наверное, сильно перенервничал, - решил объяснить ЧимЧим.
- Оно и к лучшему, - почти незаметная улыбка появилась на лице Тэ.
- Нельзя так говорить! – в голосе Пака все ещё присутствует волнение.
- Мне уже можно домой? – Ким поворачивает голову к врачу, что только появился в дверном проеме.
- Пока что нет. Потерпите до завтра, - строгий голос доктора, разрушал надежды.
- Но я не хочу здесь больше оставаться, - пытается уговорить мужчину Ви, - мне будет легче реабилитироваться дома.
- Тэ, тебе лучше остаться! – беспокоится Пак.
- Послушайте лучше своего друга.
- Чимин, разве тебе не будет спокойней, когда ты будешь рядом со мной дома? – давит на больное младший.
- Мы можем сидеть здесь, сколько нужно! – светловолосый настроен как никогда решительно.
- Мы? – гонор Хосока снова «тормозит» рука альфы.
- Выписывайте меня сейчас, - Тэхен повернул голову в сторону доктора.
- Как скажете, но лучше бы вы…
- Я сам знаю, как мне будет лучше, - как-то грубо обрывает фразу врача Ким.
Раздраженный мужчина покидает палату, а ТэТэ, не медля ни секунды, переодевается, несмотря на невыносимую боль в теле, и бдительные взгляды друзей. За минуты три с помощью Чимина собирает все свои принадлежности, и направляется к выходу.
- Чего стоите там? – бодро выдает Ви, - Вперед.
- Ты снова к нам? – спрашивает Мин.
- А у меня есть выбор, - махнул рукой в сторону Пака, что трепетно следит и помогает передвигаться Ви.
- Так, сказать Чонгуку? – тихо спрашивает Хосок у Юнги.
- Отстань ты со своим Чонгуком! Надо будет, сам у Тэхена спросит.