Chapter 26 |THE ESCAPE|
Нервно наматываю круги по квартире в ожидании отца. Кажется, он ушел к Кащею около сорока минут назад. Отец слишком хорошо знает меня, поэтому запер дверь с обратной стороны. В голове успело пронестись десятки теорий о том, что могло произойти. Скорее всего, это как-то связано с тем разом, когда Кащей ушел помогать Желтому. Но в то утро, когда он вернулся, он вел себя обыкновенно. Если бы действительно случилось что-то серьезное, я бы заметила.
Слышу звук открывающегося замка по другую сторону двери и сразу подхожу к коридору. Отец заходит внутрь, раздраженно бросая служебную шапку на комод.
- Не молчи, - еле сдерживаясь говорю я.
Ловлю на себе его усталый и недобрый взгляд.
- Я уже все тебе рассказал. Этот бандит опять вляпался в какие-то уличные разборки, - как бы показывая, что больше ничего говорить он не будет, отец двигается в сторону кухни.
- Он не мог убить человека, - уверенно говорю я, становясь перед ним.
Отец останавливается, хотя явно не желает продолжать диалог.
- Я даже знать этого не хочу. Он и месяца прожить не может без происшествий. Он это или нет, слишком часто его имя маячит в стенах нашего заведения. По-любому сядет.
- Что ты ему сказал?
- Чтобы уезжал. У него есть пару дней, пока не объявили в розыск.
Мгновенно разворачиваюсь в сторону коридора и хватаю куртку с крючка.
- Даже не думай, Алиса, - настороженно смотрит на меня отец.
- Хватит, пап. Пора понять, что я давно не маленькая девочка.
С курткой подмышкой выбегаю на лестничную клетку. На улице вовсю сыпет снег, от чего волосы становятся мокрыми за пару минут. Как на зло, машина сбоку начинает замедлять ход, а окно у водительского сидения открывается. Закатываю глаза, уже зная, что будет дальше.
- Красотка, подвезти? - слышится мужской голос.
- Советую ехать дальше. Меня есть, кому подвозить, - не оборачиваясь в его сторону отвечаю я, набирая темп.
- И кто же тебя возит? - слышится усмешка сбоку.
- Кащей.
Понимаю, что его имя подействовало, потому что сбоку послушался звук закрывающегося окна, а зеленая машина ускорилась в обратном от меня направлении.
Подхожу к квартире Кащея и звоню в дверь.
- Судя по выражению лица, папаша уже все тебе рассказал, - устало говорит он, пропуская меня внутрь.
- Что случилось? И почему я узнаю об этом от него, а не от тебя? - вскидываю брови я.
Кащей оглядывает лестничную клетку прежде чем закрывает за мной дверь. Только сейчас обращаю внимание на то, что в коридоре на полу лежит большая дорожная сумка, а около нее разбросаны вещи.
- Ты уезжаешь? - продолжаю вопросительно смотреть на него.
Кащей нервно проводит рукой по волосам, затем подходит ко мне и кладет руки на мои плечи, устанавливая зрительный контакт. Этот жест и взгляд напоминают мне о том, как делает отец, когда настраивает меня на серьезный разговор. Свожу брови в нервном ожидании.
- Вписался за Желтого и его пацанов около «Снежинки». Одному прилетело кулаком по башке, он упал, в реанимации умер.
- Это ты его..? - все еще непонимающе уточняю я.
- Нет, - сразу отрезает он. - Один домбытовский.
- Ты сказал об этом отцу?
- Я похож на шестерку? Сказал, что не я. Кто был на самом деле не важно, привлекут всех.
- Так ты уезжаешь? - снова спрашиваю я, чувствуя, как внутри растет напряжение.
Кащей тяжело вздыхает, отводя взгляд, но оставляя руки на моих плечах.
- У меня нет выбора. После той истории с Рузилем меня точно упрячут в каталажку.
- Я поеду с тобой, - тут же говорю я.
Я знала, что поступлю так, как только отец упомянул, что посоветует Кащею уехать. Знала, что поступлю так в любом случае: будь Кащей виновен или нет.
Он возвращает удивленный взгляд на меня и сильнее сжимает плечи:
- Нет, даже не думай.
На его лбу появляются складки от того, как он хмурит брови. В зеленых глазах читается решимость, но в этот раз я понимаю, что не прогнусь ни под какими его действиями: пусть кричит и злится, я поступлю так, как решила.
- Хватит считать меня маленькой девочкой. Что ты, что отец. Я поеду с тобой и точка. Однажды я уже потеряла тебя, больше не потеряю.
Его взгляд явно смягчается, хотя он все еще хмурится.
- Не потеряешь. Через пару месяцев закреплюсь где-нибудь, тогда поговорим о твоем переезде, - в своей привычной манере говорить в повелительном наклонении ответил Кащей. - Или, когда все уляжется, вернусь в Казань.
- Ты не слышишь меня: я не собираюсь ждать и дня. Я еду с тобой сейчас.
В зеленых глазах мелькает усмешка.
- Упрямая. Хоть бы спросила куда.
- Мне плевать, - искренне отвечаю я.
Отпустив мои плечи, он взял меня за шею и притянул к себе:
- Девочка моя, - хриплый голос переходит на шепот. После нескольких долгих секунд зрительного контакта, он серьезно добавляет: - Подумай до утра. Я заеду в восемь.
- Я уже все тебе сказала, - еще раз повторяю я.
- У тебя тут учеба. И отец. Подумай об этом, - наставляет хриплый голос.
Киваю. Он прав: я избегала обдумывать эти темы. Мысль о том, что мне придется оставить отца одного больно сжимала сердце.
- Ты не сможешь писать или звонить ему оттуда, - как бы в тон моих мыслей говорит Кащей.
Он целует меня в лоб:
- Все обдумай. Я никуда не денусь.
Киваю. В последний раз осматриваю его квартиру, понимая, что, возможно, это в последний раз, когда я вижу ее. Затем выхожу.
Я прекрасно понимала, что мне нечего обдумывать. Решение уже принято - осталось смириться с последствиями. До получения диплома мне оставалось меньше пяти месяцев. Своим решением я выкидывала четыре с половиной года в мусорное ведро, но разве может диплом быть важнее любимого человека?
Но отец. Мысли о нем полосовали сердце. После смерти матери я единственный человек, который у него остался. Очевидно, он не поддержит мое решение. Очевидно, я причиню ему боль. Сможет ли он простить меня?
Возвращаюсь домой, где он встречает меня на пороге.
- Ты была у него? - тут же спрашивает отец.
- Пап, нам нужно поговорить, - вздыхаю я.
Сбрасываю куртку с ботинками и прохожу на кухню, выжидающе смотря на отца. Постояв в замешательстве, он все-таки следует за мной.
- Я знаю, ты рассердишься. И знаю, что будешь пытаться остановить меня. Но помни: я уже давно выросла. И принимаю свои решения самостоятельно. Я уезжаю с Кащеем. Завтра.
- Я не хочу это слышать, - машет головой отец. - Что ты говоришь вообще? Ты себя слышишь? Решила жизнь себе загубить? Ты вообще понимаешь, что он за человек? - в порыве гнева и бессилия отец начинает ходить из стороны в сторону и жестикулировать.
- Пап. Я люблю тебя. Ты дал мне все самое лучшее. Я знаю, тебе бы хотелось, чтобы я нашла себе какого-нибудь сержанта и жила как все. Но это моя жизнь. Я люблю Кащея и поеду с ним.
- Я сейчас же посажу его за решетку и на этом ваш, так называемый, побег закончится, - гневно ответил отец.
- Посадишь его - потеряешь меня. Это я тебе обещаю. Если бы ты был на моем месте, а на месте Кащея была бы мама, ты бы поступил так же. Услышь меня наконец: я его люблю.
Отец останавливается у окна и начинает пристально смотреть перед собой, как будто меня нет в комнате. Встаю из-за стола и иду к гардеробу, чтобы сложить вещи.
Обстановка в квартире делает воздух тяжелым. Кидаю в чемодан теплые вещи и на секунду задумываюсь, стоит ли класть летние платья и обувь. Я ничего не знаю: куда мы едем и надолго ли. А что если .. мы больше не вернемся? Дрожь пробегает по спине. Сжимаю губы и одним движением руки смахиваю в чемодан и летние вещи. Все, что лежат в шкафу. Это тяжелый выбор, но единственный правильный для меня.
Когда в шкафу и на полках больше не осталось моих вещей, выхожу из комнаты на кухню. Отец стоит там в той же позе, в которой я оставляла его. Подхожу к нему сзади и обнимаю со спины:
- Я буду скучать, пап. Как только появится возможность, я напишу или позвоню тебе. Хорошо?
Отец молчит и не двигается. Какое-то время держу голову на его спине. Понимаю, что ему нужно время. Возможно, к утру он отойдет и мы поговорим. Отхожу от него и возвращаюсь в комнату. Завожу будильник на семь утра. Последняя ночь в Казани. Отворачиваюсь к стенке и прокручиваю в голове месяцы, проверенные тут. Кащея я встретила в первый же свой день здесь. Знала бы я тогда, как далеко все зайдет. Воспоминания понемногу затянули меня в сон.
Будильник прозвенел очень скоро. Ночь прошла как будто за пару минут. Первое, что я слышу, - громкие удары капель дождя по окну. Казань провожает пасмурной погодой.
Встаю с кровати и иду в ванную. Умываюсь холодной водой,только тогда пробуждаюсь. Принимаю душ и укутываюсь в теплый свитер.
Вижу, что отец уже сидит за кухонным столом.
- Доброе утро, - здороваюсь я.
Он поворачивается в мою сторону. Молча двигает по столу конверт:
- Тут деньги. Возьми. Чтобы питалась нормально и жила не в какой-нибудь бандитской дыре.
- Пап, спасибо, но не нужно, - отрицательно качаю головой я.
- Хочу, чтобы ты знала. Если ты сейчас с ним уедешь, отца у тебя больше не будет, - только сейчас он поднимает на меня уставшие глаза.
Дрожь проходит по всему телу от его слов. По глазам вижу, что это взвешенная фраза. Он вынашивал эту мысль всю ночь и не сказал сгоряча. Молча смотрю на него, чувствуя, что ком уже подступил к горлу.
- Ты не... - пытаюсь что-то сказать я, но не могу сформулировать предложение.
- Я сказал то, что сказал. Выбор за тобой.
Он остается беспристрастным. Вновь двигает конверт с деньгами в мою сторону.
Понимая, что больше не могу выносить этой обстановки, быстрым шагом ухожу в свою комнату и выношу оттуда чемодан. Смахиваю кроем рукава слезы, которые не смогла сдержать. Знал бы отец, насколько больно он сделал мне этой фразой. Стараясь не смотреть в сторону кухни, обуваюсь и спешно надеваю куртку. Также спешно выхожу из квартиры. Чем быстрее я уйду, тем быстрее уляжется боль от такого расставания. Если вообще уляжется.
У входа в подъезд уже стоит красный мерседес. Увидев меня из окна, Кащей выходит из машины:
- Раз с чемоданом, значит, все-таки едешь, - он пошел в мою сторону, чтобы помочь мне с вещами. Увидев меня ближе, увидел и слезы. - Это еще что? - я сразу опустила голову вниз, понимая, что вот-вот заплачу сильнее. Но Кащей аккуратно поднял пальцами мой подбородок и поймал мой взгляд. - Говори.
- Папа, - только и могу сказать я, как слезы подступают и заливают щеки.
Кащей вытирает их большими пальцами.
- Было ясно, что твой отец не обрадуется, - говорит он.
- Он сказал, что у меня больше нет отца.
Кащей тяжело вздыхает и притягивает мою голову к своей груди, позволяя выплакаться.
- Я не хочу, чтобы ты портила отношения с отцом из-за меня, - говорит он мне на ухо. - Ты еще можешь вернуться. Чтобы потом не жалела и не наломала дров.
Делаю глубокий вдох и поднимаю голову:
- Нет, я все решила. Поехали.
Подхожу к пассажирскому сидению, пока он, немного помедлив, все-таки затаскивает мой чемодан в багажник.
- Мы можем кое-куда заехать перед отъездом? - спрашиваю я, когда он заводит машину.
- Куда?
- К Еве. Хочу попрощаться.
Кащей молча кивает.
Прикидываю, что подруга, вероятно, сейчас собирается в университет. Наши дома не далеко друг от друга, поэтому доезжаем мы быстро.
- Я ненадолго, - говорю я, открывая дверь машины.
- Прощайся спокойно, - кивает Кащей.
Звоню в дверь и прошу у отца Евы и Вахита попросить Еву спуститься. Вскоре подруга выходит ко мне, явно в недоумении.
- Алиса? Что случилось? Почему тебя вчера не было в университете? Я звонила, - взволновано осматривает меня она, кажется, понимая, что что-то происходит.
- Ева, я даже не знаю, как это объяснить, - теряюсь я. - Я уезжаю с Кащеем. У него возникли проблемы.
Глаза Евы округляются:
- Куда уезжаешь? Надолго?
- Я не знаю. Ни куда, ни на сколько. Я ничего не знаю. Я постараюсь написать или позвонить тебе по возможности.
- А как же университет? А твой отец, он отпустил тебя? Он вообще знает?
Напоминание об отце больно полоснуло сердце.
Сжимаю губы и отрицательно качаю головой:
- Он знает, но не отпустил. Мы расстались на плохой ноте. Университет.. Никак. Давай не будем об этом. Ты береги себя. Мы еще обязательно увидимся.. Как нибудь, - с тяжелым сердцем говорю я.
Ева обнимает меня и гладит рукой по спине:
- Обязательно увидимся. Не пропадай. Все будет хорошо.
Киваю и обнимаю ее в ответ.
- Нам надо ехать. Спасибо тебе за все, - в последний раз обнимаю подругу я.
- Удачи. И тебе спасибо, обязательно напиши, как сможешь.
Оставляю явно расстроенную и удивленную подругу у подъезда и сажусь в машину.
- Едем? - спрашивает Кащей, внимательно наблюдая за мной.
Киваю.
Машина удаляется от дома Евы, вскоре окна полностью покрываются каплями дождя, закрывая мне обзор на Казань. Я тупо смотрю на капли, пытаясь совладать с эмоциями. Если заплачу - Кащей точно отвезет меня домой. Не захочет, чтобы я страдала из-за него. Но страдать от того, что он уедет один, будет еще невыносимее.
- Он не имел в виду то, что сказал, - слышу низкий голос Кащея сбоку. Поворачиваю голову, вопросительно смотря на него. - Про то, что у тебя больше нет отца, - поясняет он. - Он не имел это в виду. Сам наверняка жалеет о том, что сказал.
Тяжело вздыхаю, кивая. Хочется верить, что он прав.
- Не хочешь узнать, куда мы едем? - он кладет руку мне на бедро.
- Куда? - накрываю его руку своей.
- Сначала заедем в Тольятти на пару дней, один хороший человек там сделает нам новые документы. Потом в Москву.
- Почему Москва? У тебя там знакомые?
- Да. Есть связи. Плюс большой город, высокая миграция. Меньше шансов, что найдут.
Киваю и крепче сжимаю его руку. Сквозь мокрые стекла вижу значок с перечеркнутой надписью «Казань». Мы не знаем, что будет дальше. По крайней мере, мы есть друг у друга.
Конец первой части. Продолжение следует