В объятьях монстра

В один вечер я узнаю, что сегодня мою землячку «забрал» Рейх. Хочется познакомится с этой женщиной и посочувствовать ей. Хотя... есть ничтожная вероятность, что мы знакомы и тогда сочувствовать надо немцу. А так... через несколько дней наступил мой день рождения! 23 февраля. Старею! Ладно-ладно. Но я не говорила об этом Герману. Ну там не типа я хочу его подловить или какая-то такая фигня, скорее постеснялась. Я вообще, кстати, привыкла поздравлять в ответ... но только тех, кто служил. Люблю, когда случается такая ситуация:

-С днём рождения!

-Спасибо!

-...

-... а меня не надо поздравлять! Я ж не служил!

-Рада, что ты сам прекрасно всё понимаешь.

Такие диалоги случаются по несколько раз за день. Ржу каждый раз, как в первый.

Мне сегодня исполняется 16, но всё равно несёт педофилией. Но мне кажется, что он, даже если сильно захочет что-то сделать, то не сделает, сдержится. Как-то я слишком сильно ему доверяю... и я опять забью на эту ситуацию. Где-то в 12 дня мы решили прогуляться по городу. Идём по аллее, мирно разговариваем и тут на меня, сзади, кто-то налетает, то ли душит, то ли обнимает, со словами «здарова фа». И я мать вашу только по одной фразе узнала кто это, а ещё по голосу, манере поведения... Из всех 3,6 миллионов молдаван именно ты была той землячкой.

-Настя, лять, напугала! Кто ж так делает?

-Я! Так! Не об этом сейчас. Во-первых, с днюхой. Да, я помню, я – молодец.

-Холодец. – перебила я.

-Так, блядь! Не перебивать! Вопрос на повестке дня: Какого хрена происходит?!

-Тебе сразу всё вывалить или потихоньку?

-А мы вам не мешаем?! – возмутился Рейх.

-Да, заткнись пожалуйста. – ответила Настя.

Идём беседуем и вдруг я спрашиваю:

-А чё покоцаная такая?

-Подралась с этим! Прикинь, он хотел насильно насильствовать!

-Блин, сочувствую.

-А то!

-Ты его больше не бей, а то буду не сочувствовать ему, а соболезновать.

-Юля, блин!

-Ладно-ладно. Пусть только позвонит в похоронные бюро, размеры скажет и предпочтения в надгробье.

-А зачем? Просто ваза средних размеров, ручкой сгрести всё, что от него останется и на полочку поставить. – уже в открытую угораем.

-Ой прям таки. Уложил на лопатки как нехер делать. Ты после этого на что-то надеешься? – возмутился Рейх.

-«УЛОЖИЛ» ... единственное число... я правильно понимаю, что вы дрались всего один раз?

-Ага.

-За меня и за Сашку, пожалуйста, покажи ему в чём прикол.

-Да без б.

А прикол собственно в том, что она стесняется бить того, с кем первый раз дерётся. Нарывается на драку и стесняется бить. Бой баба. Ничего не скажешь. Мы вообще ещё о многом говорили, гуляли. Я видела, что немцы уже устали от такой компании и хотят опять по парам ходить. Но ходить парой буду только я и братан. Хотя, потом мне Герман признался, что он давно так не общался с сыном и в какой-то мере рад, что так сложилось. Но всё же нас оттащили друг от друга, и нам пришлось разойтись. Гуляем по парку. Уже стемнело. Красиво и... романтиШно однако. Хрустит снежок. Держимся за руки. Почему-то хочется попросить его наклониться и поцеловать в щёчку... я думаю понятно, почему я так не сделаю. Погуляли и вернулись домой. Вечером, за ужином, а точнее перед ним, когда на кухне потух свет, а на столе стоял торт со свечками. Он знает. Он знал заранее. Настя не донесла до него новую информацию, он готовился. Так приятно. Я задула свечи, загадав желание. Торт был небольшой, на одного человек. Я не сладкоежка (и я так поняла он тоже), так что на меня одну этого много. Разделили торт на пополам. Покушали, побеседовали. Вечерок прошёл весело, интересненько и хорошо. Уже перед сном, когда вошла в комнату, я увидела на своей кровати коробку средних размеров не украшенную, из обычного коричневого картона. Я подошла и открыла подарок. Там были книги 6 штук, 3 из них, я так поняла, художественной литературы и 3 учебника академического курса по химии, математике и физике, 3 блокнота с красивой цветочной обложкой без разлиновки и коробка цветных карандашей, кстати, неплохого качества. На дне коробки нашла листок-открытку:

«С днём рождения, милая! Я очень признателен за то время, что мы провели вместе. Я рад, что смог найти того, с кем не надо сдерживаться, с кем могу быть собой. Я привык быть холоден, контролировать каждое своё действие. Привык к страху и ненависти со стороны окружающих. Я думал, что ты не исключение. Когда брал тебя, думал, будешь бесить своим страхом, дёрганостью, визгом, в порыве злости может и сломал бы тебе что-то. А ты другая оказалась. Ты как-то с самого начала дала понять это, сам не помню. Ты даже умудрилась поладить с Рейхом. Для меня это чудо чудесное. Я уже, честно признаться, долго это пишу. Наверное, получается плохо. Извини. Я понимаю, что сболтнул лишнего. Ты, пожалуй, первая с кем я так общаюсь. Я бы хотел быть с тобой более открытым в общении, действиях. Могу ли я попросить кое-о чём? Могу ли я изредка просить ночевать со мной. Я без задней мысли, не переживай. Честно. Кстати, надеюсь подарок понравился. Ты мне не рассказываешь о своих увлечениях. Приходится догадываться самому... Надеюсь всё, что я сказал выше, не пройдёт мимо тебя.

С днём рождения.»

-Ночь с тобой, говоришь, поспать. Ой пожалеешь ты ещё об этом. Хотя сам напросился.

-Тогда пройдём. – немец стоял в дверном проёме.

-Сейчас. – я быстренько сложила в стопочку подарок и положила на стол. Подойдя к нему, сказала «наклонись» и, поцеловав быстро в щёчку, обняла. Я сейчас не то, что покраснела... женщина цвета коммунизма. Как-то так это выглядело со стороны. Ну мы, собственно, прошли в его комнату. Кровать охеретельно большая, хотя и он не маленький. Я легла слева, он снял халат, мать вашу, и лёг справа. Я думала у России очень красивый накаченный торс, у меня даже доказательства есть, но тут-то потекла кровь по носу. Я, конечно, подозревала, что там что-то интересно, не думала, что на столько. Оставлю, пожалуй, это на вашу фантазию. В общем он лёг, притянул меня к себе одной рукой и обнял, закинув ногу. Я уткнулась носом в его грудь. Я думала поспать ночью, но у него, похоже, были другие планы. Чудом я уснула. На утро! Я! Проснулась! На! Нём! Краснею с утра по раньше часть 2. Придя в себя, я поняла, что мы не на кровать, а на полу. Я с самого начала знала, что спихну его, несмотря на то, что эта туша не малых размеров, но я не думала, что я спихну его вместе с собой. Что-то новенькое. Кстати, я всё ещё лежу лицом к немцу. Попыталась встать с него, но этот пельмень, будто почувствовав это, крепче обнял меня. К данному времени я уже проснулась и могла более-менее внимать происходящие. Лежа на груди этой падлюки, я слышу слишком частое сердцебиение для спящего человека. Опираясь на руки, я смогла немного привстать, чтобы увидеть его лицо. Спокойное будто спит. Вот ж актёр.

-Я знаю, что ты не спишь. Заканчивай этот спектакль. – победоносно сказала я, хоть победой тут и не пахнет, судя по тому, в каком я положении сейчас. – Доброе утро. – смягчилась я.

-Доброе. – усмехнулся он. Не разрывая объятий, он сел и чмокнул меня в макушку. Это было бы мило, если б я не сидела прямо на его паху. Спасибо жизнь часть 2. Краснеем с утра по раньше часть 3. Может ты это как-то остановишь?! Мне хватает премьер на сегодня. Кажется, будто Герман этой ситуации вообще не замечает. Кое-как мы встали. А конкретней, через мои муки. Я пошла в свою комнату, переоделась и успокоилась. День прошёл обычно, ничего интересного.