Чёрный дракон [Как приручить дракона]

POV Автор
Не обращая ни малейшего внимания на быстро сменяющийся вокруг пейзаж, по одному из многочисленных ржаных полей несся огромных размеров Саблезубый Тигр. Взгляд его был упёрто направлен вперёд, но уши стояли торчком в надежде уловить хоть малейший лишний для этих полей звук, который дал бы зверю понять, где ему искать не вернувшихся в замок Инглинга и Астрид. Словно услышав внутренние молитвы Королевы, где-то чуть правее от её основного курса, что указал Рондеваль, раздался сначала пронзительный драконий рёв, а вторил ему львиный рык, что быстро сменился поднявшимися в небо всполохами радужного пламени, несомненно привлёкшими внимание. 

Не думая больше ни секунды, Валгалларама повернула в ту сторону, где предположительно был её сын и Астрид, которые как подумала женщина, нуждались в помощи, но вот только её постигло некое разочарование, которое однако быстро сменилось волной злости — пока в Королевстве места себе никто не находил, переживая за жизнь и здоровье наследника престола и девушки, что он утащил с собой, он тут с этой самой девушкой устраивал спарринги, оставляя после себя только пепел, что был покрыт тонкой коркой инея, и несколько парящих в воздухе ледяных сфер, в которых почему-то горел огонь.

Однако ведущие шуточную борьбу в воздухе молодые не заметили появление третьего, поэтому продолжали обмениваться ледяными шипами с одной стороны и всполохами пламени с другой, пока сама Королева не решила дать знать о себе, послав своему сыну в спину мощную молнию. Почувствовав её ещё раньше, чем услышав, Инглинг с оглушающим рыком рванул к парящему напротив него Грифону и, обмотав своё тело вокруг неё, заставил их обоих начать камнем падать вниз, при этом слушая в своей голове пронзительные крики девушки, которая не понимала, что происходит. Кое-как приземлившись на лапы и отпустив крылатого Льва, Дракон резко развернулся в ту сторону, где стояла его мать, и зло оскалил зубы, неосознанно выпуская огонь и покрывая им всё своё тело.

— Что ты творишь? — Из последних сил сдерживая гнев и одновременно с этим удивляясь такой некой беспечности со стороны женщины, пророкотал парень. — Я мог с лёгкостью увернуться, но что было бы, зацепи ты Астрид? О ней ты, кажется, даже не думала в этот момент.

— Инглинг, не надо, — попыталась его одёрнуть Астрид, но он только зло мотнул в её сторону пылающий чёрным огнём хвост, словно предупреждая, что сейчас его не стоит трогать, поэтому Грифон сразу же отошла на пару шагов назад, кинув на Королеву извиняющийся взгляд.

— Тебе не стоит так разговаривать со своей матерью, — попыталась совладать со своими эмоциями женщина, чувствуя перед своим сыном какой-то благоговейный трепет от той силы, что он распространял на десятки метров вокруг себя.

— Меня не запугать фразами о том, что ты, породив меня, можешь также легко лишить меня жизни, — фыркнул Дракон, всё же немного успокаиваясь — огонь с чешуйчатого тела ушёл, но вот боевую стойку зверь не покинул.

Опустив голову, словно принимая тот факт, что она действительно не подумала о последствиях своего немного взбалмошного решения, Королева в нерешительности переступила с лапы на лапу, осознавая, что ссориться с сыном, которого снова обрела совсем недавно, ей совсем не хочется, поэтому, как бы она не хотела это признавать, но мириться идти ей нужно первой — Инглинг не чувствовал ни страха, ни трепета перед её силой, а это значит, что она не имела точек влияния над ним. С другой стороны ничего иного она и не ждала — парень всю свою сознательную жизнь жил вдали от дома и родителей, не зная о себе совершенно ничего, а сейчас вокруг него столько всего происходит, что это вызывает в нём волны недоверия, которые не касаются Астрид — всё же она привела его сюда, а это значит, что он хоть как-то, пускай, возможно, и на подсознательном уровне, но доверяет ей.

— Прости, — неуверенно заговорила Валгалларама после того, как сменила облик, сразу же отмечая, что напряжённые до этого мышцы Дракона расслабляются, словно он больше не чувствует в ней былой угрозы. — Прости, родной, я действительно перегнула палку. Мне почему-то захотелось, как бы помягче выразиться, проучить тебя, чтобы ты не фокусировался только на одном противнике, но я совершенно позабыла о том, что моя молния может, пусть и случайно, но задеть Астрид.

Тяжело вздохнув, Дракон качнул головой, словно сбрасывая мимолётное наваждение, что затмило разум, не давая здраво мыслить, а потом и вовсе превратился, начиная двигаться в сторону матери. Валка с теплом в глазах смотрела, как её сын медленно подходит к ней, а потом и вовсе очутилась в его тёплых объятиях, спокойно выдыхая — теперь его недавний гнев казался напускным и неправдивым, словно это был не Инглинг, а кто-то другой.

— Извини, — услышала Королева и едва заметно улыбнулась, начиная гладить шатена по спине, что слово за словом открывал ей свою душу и те переживания, что в ней сидели. — Я не должен был этого говорить, но и ты пойми меня. Я испугался, сильно испугался за Астрид. Что ты зацепишь её, ранишь её, а она сама не своя в последнее время. Только отходить начала от кошмаров, а тут ты с молнией.

Валгалларама продолжала нежно обнимать сына, прекрасно понимая, что какие-либо слова поддержки ему совершенно не нужны — действия всегда говорили больше обычных слов, которые нередко делали только хуже. Но вся почти идеалистичная ситуация была быстро развеяна рычанием на заднем плане — ветер принёс с собой чужой запах, отчего Астрид, что так и не превратилась, начала рычать. Инглинг, прекрасно зная о небольшом ранении крылатого Льва, которое он получил по собственной же глупости — во время очередного спарринга Астрид не смогла увернуться от собственной же атаки, которую Инглинг сам не зная, как, перенаправил обратно на девушку, — быстро превратился в Дракона и оказался около Грифона, что продолжал водить носом, пытаясь понять, откуда дул ветер и где сейчас чужак.

— Запах пропал, словно его кто-то скрыл магией, — через несколько секунд произнесла девушка, качая головой и раздражённо фыркая. — Кажется, это маг иллюзий. Только эти ребята умеют делать нечто подобное.

— Но что маг иллюзий мог здесь забыть? — К ребятам медленно подошёл Саблезубый Тигр. — Эти земли пусты и не плодородны, а те немногочисленные злаки, что растут здесь, народ Элеса никак не использует — оставляет животным и птицам.

Ничего не сказав, Инглинг поднялся в воздух, кинув перед этим на Астрид весьма красноречивый взгляд, который так и говорил, чтобы она оставалась на земле, даже не думая распахивать крылья и подниматься к нему в воздух. Над землёй снова пронёсся поток ветра, но он был чист и свеж — словно чужак либо растворился в воздухе, либо скрыл свой запах, либо вообще поменял направление движения. К последнему варианту Дракон склонялся больше всего, но и второй не отметал, прекрасно понимая, что возможна комбинация из этих двух доводов, не имеющих пока никаких доказательств, как по отдельности, так и вместе. Тихо рыкнув, Инглинг снова опустился вниз, но не успел и слова сказать, как его отнесло от матери и Астрид мощным потоком воздуха, а в небе проступил силуэт облачённого в стальные доспехи Пегаса.

— Что за, — продолжение фразы заглушил ещё один мощный поток ветра, заставляя Инглинга раздражённо зарычать и впиться когтями в землю, чтобы не улететь ещё дальше — его и так прилично отнесло от прижавшихся к земле хищниц, которые и сами только приглушённо рычали, стараясь не поддаваться порывам ветра, что так старались оторвать их от земли. — Вот же ж уродец.

Найдя в себе силы, Дракон воспламенил своё тело и выпрямил лапы, всем своим видом показывая, что таким слабеньким ветерком его не победить, а огонь не потушить, но не иначе, как бронированный Пегас на этом не остановился, приближаясь к рептилии и совершая ещё одну воздушную атаку, которую Дракону удалось буквально разрубить взмахом хвоста — как он так умудрился выкрутиться, парень и сам не до конца понял, но был рад, что на секунду ввёл противника в ступор. Но этой секунды ему хватило, чтобы рвануть в сторону противника и схватить его за шипообразные выступы, что имитировали (или так закрывали) гриву, и потащить в небо.