Чёрный дракон [Как приручить дракона]

POV Инглинг
Ощущения были очень странными, а вид сидящей на моих руках ящерицы, которая представилась Бесом и сказала, что она мой покровитель, заставлял меня задуматься о том, что все рассказы Астрид далеко не шутки и игрушки, а вполне возможная реальность. Однако стоило мне только оглядеться по сторонам, как первое впечатление тут же сошло на нет, ведь вокруг меня была безжизненная земля и только острые пики ещё зелёных хвойных деревьев выделялись на общем фоне, неосознанно привлекая к себе всё внимание. Надо признать, я ожидал чего-то большего от сказочного для меня Элеса, о чём тут же поспешил сообщить девушке, которая первое время как будто воровато осматривалась по сторонам, на что получил лёгкий ответ, что возродил во мне надежду на то, что я увижу прежний Элес, каким его помнит местное население.

— Поверить не могу, что я оказалась права, — выдохнула Астрид, заставляя меня оторвать взгляд от всё ещё лежащего у меня на руках маленького дракона (если, конечно, верить этой ящерице). — Значит, ты, Инглинг, всё же королевских кровей. Боги священного пантеона, да я же нашла пропавшего давным-давно наследника престола.

— Не понимаю, чему ты так радуешься, женщина, — закатил свои белые глаза ящер, довольно-таки широко зевнув и поудобнее устроившись на моих руках. — Да, принц оказался на планете вовремя, согласен, но вот только ещё две недели о нём никто знать не должен.

— Это ещё почему? — Явно через силу проглотив первую фразу моего, наверное, покровителя, взъелась блондинка, забавно нахмурившись. — В пророчестве же сказано, что наследный ребёнок должен вернуться на родину, чтобы Элес вернулся к былому величию.

— Вот что происходит, когда после прочтения пророчества не хочешь шевелить мозгами, — вздохнула чёрная ящерица, начиная размахивать хвостом. — Подраскинь мозгами, милая, чем может помочь сейчас этой планете Инглинг? Прости парень, но это правда — сейчас ты ничем Элесу не поможешь, а вот через пару недель усиленных тренировок может быть. Чтобы возродить планету, мальки, нужен священный огонь Дракона, который, как ты, девочка, должна знать, состоит из множества цветов, что составляют в общем целом радугу, но не смешиваются в один сплошной белый цвет.

— Я не была в святыне, поэтому не знаю таких подробностей, — надулась Астрид, которую слова Беса явно задели.

Я же старался не слушать пререканий этих двоих, закрыв глаза и пытаясь понять предыдущие слова о священном огне. Если разные потоки цветного огня не смешиваются в один общий и белый, то это значит, что они равноправны сами по себе, имеют одинаковую силу и значимость. Неожиданно по всему телу прошла едва ощутимая дрожь, а следом за ней волна тепла и какой-то странной энергии, отчего в миг захотелось дышать глубже.

— Оу, тепло, — выдохнул всё так же лежащий у меня в руках Бес, а потом вдруг зашевелился. — Ох, святой дух Дракона, парень, да ты и без нас неплохо справляешься. Правильно я сделал много лет назад, что выбрал тебя. Знал же, что ты сообразительный, не подкачаешь. Видишь, как хорошо, ты правильно подумал, а мизерное количество магии, что ты уже успел в себе накопить, тебя послушало и отразилось тем, чем ты хотел эту магию видеть.

И только сейчас я решил открыть глаза и посмотреть на кончики пальцев, от которых исходило небольшое пламя, как от зажигалки — на каждом пальце горел своего цвета огонёк всех семи цветов радуги, белый, чёрный и весьма необычный, который больше всего привлёк моё внимание. Это маленькое пламя хорошо чувствовало себя на безымянном пальце моей рабочей левой руки, на которой также было незамысловатое кольцо, что было со мной всё то время, что я себя помню — сначала висело на шее на цепочке, а потом перекочевало и на палец, когда руки стали больше. Переливался огонёк от чёрного до фиолетового и иногда переходил в тёмно-зелёный, чем-то напоминая мне чешую Беса, который сейчас почему-то аккуратно касался каждого огонька своим языком, словно пробуя его на вкус или ещё на что-нибудь.

— Неплохо вышло, — вынес вердикт, не иначе, ящер и снова зевнул, начиная перебираться мне на правую руку, где обитал до этого, и буквально растворился в воздухе, материализуясь уже на всю руку, как и было в прошлый раз, и на последок бросив фразу, что такой трюк нужно будет провернуть ещё как-нибудь.

Стоило Бесу пропасть, как между нами с Астрид вдруг возникла тишина, которую никто почему-то нарушать не хотел, да и мне, признаться честно, и так было комфортно, только вот осознание того, что на Элесе сейчас почему-то вечер, хоть на Земле и была полночь (разобраться бы кто от кого отстаёт по времени или сколько хотя бы занимает телепортация, хотя я не думаю, что эти знания мне понадобятся в ближайшее время), заставило меня озвучить мысль о ночлеге. Но на вопрос мне никто так и не ответил, а за спиной послышалось чьё-то низкое рычание, заставившее меня резко развернуться на сто восемьдесят градусов и увидеть на месте Астрид огромного Грифона.

Самым удивительным в нём было то, что тело у него было полностью львиное, а перистые крылья были белее только что выпавшего снега и их украшали искусно кованые изделия из какого-то явно необычного металла. Из этого же металла были сделаны браслеты на передних и задних лапах, а также на хвосте, который заканчивался длинной и красивой белой кисточкой. В морду грифону дунул ветер, двигая небольшие пёрышки на лапах и шевеля красивую снежную гриву, из которой выглядывали острые и немного странные уши, которые тут же начали дёргаться, словно уловили какой-то звук, который мне не был доступен.

Опасно зарычав мне куда-то за спину, крылатый Лев тут же приблизился ко мне, накрывая крылом и прижимая к земле, словно стараясь меня от кого-то закрыть. Я не стал сопротивляться, понимая, что в данной ситуации девушка в облике мифического существа была явно сильнее меня, а лёд, что стал куполом закрывать нас, только сильнее заставил меня поверить в силы блондинки. Когда же нас окончательно накрыло ледяной крышкой, не иначе, Грифон перестал злиться и рычать и выпрямился, поднимая крыло и давая мне возможность встать ровно.

Осмотрев купол и в некоторых местах его даже пощупав, я пришёл к немного странному выводу, который однако напрашивался сам собой — это был необычный лёд, потому как от него совершенно не исходил холод, который должен был бы быть, а я наоборот — чувствовал от него странное тепло. Закончив с осмотром, я глянул на девушку, которая снова приняла привычный для меня облик и сейчас усиленно что-то искала в рюкзаке, который неизвестно как оказался в её владении, ведь я отлично помню, что до этого его у неё не было.

— Откуда он у тебя? — Кивая головой в сторону рюкзака, спросил я с явным намёком в голосе на то, что действительно хочу услышать ответ.

— Я не зря накрыла нас куполом ещё и с деревом, — кивая на раскидистый дуб, который я не приметил сразу, ответила Астрид, кажется поняв, что если я не услышу от неё ответ сразу, то медленно начну его из неё выбивать. — Под ним я сделала себе небольшой тайник с вещами и провиантом, а на самом дубу построила небольшой домик, где можно было бы переночевать или же переждать время. Сегодня мы переночуем в этом домике, а с завтрашнего дня начнём твои усиленные тренировки. Судя по тому, что я сегодня видела, мы справимся куда быстрее, чем предполагал твой покровитель. Ты куда сильнее чем кажешься на первый взгляд, Инглинг, и это надо признать. Думаю, ты способный ученик, но вот только есть одна загвоздка, с которой, я надеюсь, нам поможет твой хранитель.

— Что не так? — Тут же поинтересовался я, видя, как девушка сводит свои бровки к переносице и показывает этим своё некое недовольство своим положением. — Ты скажи, может быть у нас получится как-нибудь исправить получившуюся ситуацию.

— Я маг льда, как ты уже успел заметить, а не огня, — вздохнула девушка, окончательно отставляя рюкзак в сторону и уделяя всё своё внимание мне. — И я не уверена, что смогу тебе правильно истолковать технику использования и подавления магии.

— Но зачем её подавлять? — Искренне удивился я, не понимая логики девушки. — Если магия — часть тебя, то зачем же теснить её и заставлять подчиняться, когда можно найти истинные точки соприкосновения и войти в открытый контакт?

— Нам нужно ложиться спать, — оборвала меня Астрид, но мне всё же кажется, что мои слова заставили её в который раз задуматься над её восприятием мира. — Со всеми проблемами будем разбираться завтра.