Глава 4
Последние солнечные лучи проникали в комнату. Над домом небо было синее, как на глубине в море, а у горизонта оно окрасилось в яркие тёплые тона. На его фоне деревья казались чёрными, как смола.
Рука Луизы инстинктивно дёрнулась к карману, но теперь там не лежал телефон сверх новой модели с самым высоким разрешением камеры. Там лежал липкий леденец.
Луиза отдёрнула руку и вытерла её об штанину.
С заходом солнца в комнате стало совсем темно. Павла кое-как нащупала включатель и сказала:
— Восхищаться разрешается.
— Это твоя комната?
— О да.
Луиза просто онемела. Очень уж интересная была у Паши комната.
По размерам она была больше, чем у Феонии, но и больше загромаждена вещами. Окна были только на одной стене, и комната была лишена такого потока света, как у Феонии. В комнате были бежевые стены и тёмно-синий потолок. Пол был ламинатный и на нём лежал ромбообразный ворсистый ковёр в тон потолку. Слева от окна стояла широкая кровать. А на всей правой стороне висели полки с книгами, стоял угловой шкаф и тумбочка с зеркалом. На тумбочке лежало несколько кисточек и измазанная красками палитра. Рядом с тумбочкой, на полу стояли свёрнутые ватманы, несколько из них было разбросано по всей комнате. Возле двери стоял стул, на котором лежал один из рисунков Павлы. На нём благополучно расположился кот. Он потянулся и скомкал рисунок, но Паша не обратила на это ни малейшего внимания. На двери, приколотый жёлтым гвоздиком висел лист. На нём было написано чёрными чернилами:
[1] Почаще не заходите в мою
комнату.
[2] До скорых встреч. Надеюсь
больше не увидимся.
[3] Пока-пока, безвольные
овощи!
[4] Очень рада была с вами
повидаться. Шутка.
И таких пунктов было 12. Луиза подошла ближе и прочла все пункты. С каждым пунктом она узнавала, что из себя представляет Паша.
Павла сказала, что когда к ней приходят друзья, без которых ей только легче, и начинают доставать её всякой ерундой, она называет номер пункта и они эти незванные гости мигом уходят.
Феония недовольно посмотрела на Пашу. Как можно так обращаться с людьми, которые тебя уважают?! Но Луиза, видимо, была другого мнения:
— А если ты не хочешь с ними разговаривать? Что если они тебя достали?!
— Друзья не могут достать!
На это Луиза не ответила, а Феония продолжать не собиралась.
Она села на кровать Павлы и начала рассматривать рисунок, лежавший на ней. Рисунок был нарисован акварелью. Задний фон был голубым, а на переднем плане красовалась сирень в вазе. Феония как зачарованная смотрела на эту композицию. Она обожала сирень.
— Хочешь - забери. Изначально я её для тебя и рисовала. На день рождения.
— Но мой день рождения уже прошёл!
— Ну да. Просто я не успела закончить рисунок.
— Спасибо.
Феония свернула лист в трубочку и положила себе в рюкзак. И вдруг громкий пикающий звук пронзил вечернюю тишину в комнате. Луиза вздрогнула, а Павла бросилась к Феонии.
— Сними их с меня, сними! - заныла она.
— Ч-ч-ш! Сейчас Юля и моя мама прибегут сюда! Ты что, не можешь их заткнуть?!
У Феонии на правой руке были часы, и сейчас, они издавали звуки, похожие на самый пресловутый в мире будильник.
— Сними, сними, сними, сними...
— Заткни их, Феония! Ну же!
— Сними, сними, сними, СНИМИ!
Голос Феонии поднялся до визга.
Луиза закрыла уши руками и подбежала к ней. Она стянула часы с руки Феонии и нажала на маленькую кнопку с боку.
В наступившей тишине отдавались только тихое звучание наручных часов Феонии «Тик-так, тик-так, тик-так...»
— Зачем ты будильник на 8 вечера поставила?! - громким шёпотом ругала Феонию Павла.
— Я его не ставила! Он сам! Зачем ты мне их подарила? Я ничего не понимаю в них!
Они переругивались громким шёпотом. Но потом Павла резко замолкла и прижала палец к гумаб, вслушиваясь в тишину. Что-то ей, видимо, не понравилось, и она приняла незамедлительное решение:
— Уходим.
Это слово будто дало всем пинка. Феония вскочила с кровати и начала что-то высматривать среди разбросанных вещей Паши. Та, в свою очередь, подошла кровати и заглянула под неё. Там было множество вещей, видимо давно потерянных, но Павла вытащила из-под кровати только небольшой рюкзак и скейтборд. Потом она начала просматривать шкаф, тумбочку и полки с книгами, доставая и перекладывая вещи в свой рюкзак. Павла уже обчистила почти всю тумбочку, как вдруг сказала:
— Нам надо взять Книгу.
Феония закивала:
— Да, да, надо взять! И если тебе в рюкзак не влезет, можно положить ко мне. У меня всё равно почти пусто...
— О да, Феония, мы поняли. Но нам придётся спуститься на первый этаж в библиотеку.
Павла обошла все закоулки в комнате, заглянула даже под кровать и успокоенная, что ничего не забыла начала объяснять:
— Итак, сейчас быстро, но тихо спускаемся вниз, чтобы нас не заметили. Если мы вдруг разделимся, то библиотека спереди. Когда спускаешься по леснице увидите двери справа и слева, но идите вперёд. И ещё: когда будем спускаться по лестнице, не наступайте на предпоследнюю ступеньку – она скрипит.
Луиза стояла возле двери с рюкзаком, который ей дала Феония, и не понимала, что за книга им нужна. Разве Павла взяла мало книг? Она ведь почти с каждой полки по несколько книг брала. Как только это всё влезло ей
в рюкзак?!
Вдруг за окном ударила молния, осветив комнату, и заставив всех перепугаться. За ней последовали раскаты грома. За окном начался дождь. Но через несколько секунд стало понятно, что это настоящий ливень. По дорогам заструилась вода, задерживаясь в канавах и образуя лужи. От капель, попадавших в лужи, на поверхности воды оставались крупные пузыри.
Павла нажала на ручку и бесшумно приоткрыла дверь. Она пропустила вперёд Луизу, потом Феонию, а потом и сама вышла из комнаты.
Они находились в длинном сумрачном коридоре, ведущем куда-то далеко. Наверное, в бесконечность. Было совершенно тихо, но откуда-то издалека доносились раскаты грома. Девочки шли вперёд, охваченные тревогами. А что если их поймают?
Гром, молнии и дождь остались там, в комнате. А здесь воцарилась тишина
По стенам тёмного коридора были прикреплены помутневшие от старости настенные лампочки. От них исходил слабый жёлтый свет, ничуть не смывавший непроглядную тьму коридора. Проходя мимо зеркала, Феония еле слышно пискнула, но ничего не сказала.
Девушки дошли до всё-таки существовавшего конца коридора и ступили на широкую деревянную лестницу. Они аккуратно перешагнули предпоследнюю ступень и оказались перед распутьем: перед ними было три двери.
Правая дверь была чернее ночи. На ней висел белый череп, а внизу была проделана маленькая дверца, видимо для домашнего питомца.
Левая дверь сверкала своей разноцветностью. Дверь была разделена невидимой чертой на две части: день и ночь. На левой стороне двери было нарисовано солнце, а вокруг него облака и радуга. Справа были нарисованы луна, месяц и пара тёмных облаков. Чертой для дня и ночи было утро. Небо было окрашено в яркие и пастельные тона, на небе ни облачка. Над каждым временем суток было написано красивым косым почерком: noon, morning, night. Видимо, для хозяйки этой комнаты не существовало такого понятия, как evening, ведь его не было на двери.
Но была ещё одна дверь. Впереди.
Девочки подошли к ней. Это была самая обыкновенная дверь. Без черепов, рисунков и дверц для домашних животных.
Павла повернула ручку и открыла дверь нараспашку. Девушки зашли в комнату. Она была такая же тёмная, как и коридор, но уже без настенных лампочек. Через большие окна в темноту падал слабый лунный свет.
Неожиданно в комнате включился свет. Теперь уже можно было сказать, что это библиотека. Комната занимала два этажа: первый и второй. В ней было много стеллажей с книгами. Нигде не было голых стен – книги, книги, книги. Феония уже прошла вглубь комнаты и осматривала их корешки. Павла с Луизой подошли к ней. Павла показала на одну из полок. Они вместе достали толстенную книгу и Павла положила её перед всеми на круглый стол.
— Итак, Луиза, это и есть Книга. Она может ответить на любой вопрос, начиная с поиска носка, заканчивая заключением мира.
На столе лежала ветхая толстая книга. Вместо названия было написано крупными печатными буквами: Книга. На переплёте так же было это написано, но золотыми буквами.
Луиза открыла книгу. Она начала светиться и открылась на середине. Листы были белыми, совершенно пустыми. Павла протянула Луизе перо с чернилами.
— И что мне делать? Я же не умею писать пером.
— А ты попробуй.
Луиза макнула перо в чернильницу и начала писать. Выходило некрасиво, с кляксами. Буквы были кривыми.
Но кривые буквы Луиза складывались в аккуратно написанные слова. На листе книги скоро появилась надпись-вопрос:
Где я?
Книга зашипела и эти два слова исчезли с её страницы.
В комнате неожиданно стало темно. Стены комнаты раздвинулись, и девочки упали в пустоту...