Я в мире Часодеев II

Пока Нортон-старший занимался вопросами въезда в королевство фей, Василиса стояла и смотрела на Белый Замок. В свете яркого летнего солнца его башни казались сложенными из разноцветных леденцов. Интересно, что сейчас делает Белая Королева? Наверное, прихорашивается перед выходом в свет или разгребает последние государственные дела. А может, давно уже заняла почетное место среди судей на Чарованиях…

— Волнуешься, Василиса?

К девочке подошел Миракл. Сегодня на нем был костюм графитового цвета, салатовая рубашка и темно-серая стеганая жилетка, из кармана которой выглядывала толстая цепочка золотых часов.

— Семейная реликвия, — заметил интерес девочки Миракл. — Эти часы показывают время моей параллели.

— Значит, этот мир не ваш? — удивилась Василиса.

— Я бы перефразировал немного иначе: я не принадлежу этой временной параллели нашего мира. Я ведь в гостях.

— Ах, точно, вы же гость моего отца, да? — вспомнила Василиса. — Он пригласил вас.

— Красивый замок, не правда ли? — Миракл тоже устремил взгляд вдаль. — Он кажется игрушечным, словно кукольный домик…

Василиса кивнула, а сама вспомнила о комнате игрушек. Впрочем, в последнее время она только и думала о том, что произошло в Расколотом Замке.

— Вот у меня в детстве была потрясающая музыкальная шкатулка, — продолжил зодчий. — Мелодия там играла какая-то простенькая, но декорации! Целая усадьба из нескольких домиков на дереве со всеми этими лестницами и переходами, обожаемых феями… Шкатулка играла, домик крутился, и я любил наблюдать за тем, как сменяются интерьеры его комнат. А потом, представляешь, я узнал, что этот дом когда-то на самом деле принадлежал феям! Мы вот как-то забываем, что при переходе в их мир уменьшаемся в пятнадцать раз.

— Значит, там раньше кто-то жил? — заинтересовалась его историей Василиса.

Миракл весело прищурился.

— Мне тогда было двенадцать или тринадцать, и я, поверишь ли, тоже озадачился этим вопросом. Мы ведь часовщики, умеем управлять временем… Я начал работать над оживлением шкатулки, чтобы узнать ее историю. Начал читать книги по хронологии, интересоваться временными связями и парадоксами, стал составлять простенькие клубки… И вот как-то незаметно для себя стал зодчим. Теперь я знаю, что в жизни человека встречается много судьбоносных вещей — тех, что своим своевременным появлением наталкивают нас на какую-нибудь яркую мысль или значимую идею, ведут к некоему важному обсуждению, а иногда — большому событию. На нашем профессиональном жаргоне их называют маяками. Важно уметь вовремя распознать их скрытый смысл. Ведь, по сути, можно предположить, что эта маленькая музыкальная шкатулка сделала меня часовым архитектором.

— Здорово! — лаконично высказалась Василиса и смущенно добавила: — Я бы хотела заниматься чем-нибудь таким интересным, когда вырасту… А может, тоже стать зодчим.

— В таком случае добро пожаловать в клуб, — усмехнулся Миракл. — Но учти: это очень сложное дело… Любая ошибка может иметь страшнейшие последствия… О, нас зовут! Слава древним часам, Нортон даже не поругался с этими стражами. Клянусь честью, твой отец великий дипломат.

Они пошли обратно к повозке.

— Постойте! — вспомнила Василиса. — Так вы узнали, что это был за дом?

К удивлению девочки, Миракл ответил не сразу.

— Да, в общем… — наконец произнес он. — Этот дом отобрали во время войны… Раньше там действительно жили люты, темные фиры. Их убили… А дом на дереве оказался военным трофеем нашей стороны.

— И люди сделали из дома игрушку? — не поверила Василиса. — Но это же как-то…

— Неправильно? — усмехнулся зодчий. — Да, я тоже так подумал. Видишь ли, мне удалось просмотреть историю этого дома… Так я получил свой первый урок, заставивший меня повзрослеть за одно мгновение. — На лбу зодчего вновь появилась вертикальная складка. — Я хорошо помню, как перед моими глазами пронеслась трагедия целой семьи… Вот почему я принял решение научиться ремеслу зодчего.

— И вы стали помогать людям, корректируя их судьбы? — не отставала Василиса, хотя над ними давно кружила луноптаха, пытаясь привлечь внимание хозяйки низкими гортанными криками.

Миракл внезапно остановился. Его лицо как-то странно изменилось: с одной стороны могло показаться, что он едва сдерживает смех, а с другой — находится в некотором смятении.

— Я имею в виду, получалось ли у вас изменять их жизнь к лучшему?

— Далеко не всегда, — сухо произнес он, вдруг став абсолютно серьезным. — Но я был рад, когда удавалось предотвратить чью-либо серьезную ошибку… А теперь извини меня, Василиса, но я вынужден покинуть твое милое общество.

Зодчий поспешно удалился, и у девочки сложилось ощущение, будто он просто ушел от разговора. Впрочем, к ней уже спешил Нортон-старший.

— Где ты ходишь?! — изумленно выкрикнул он. — Вам всем надо срочно лететь на Ореховые скалы! Соревнования начинаются через полчаса! Следуй за Марком, я рассказал ему, куда направляться.

Василиса приложила ладонь козырьком ко лбу и лишь вдали заметила нечто, похожее на абрис Огнекрута. Конечно, Марк даже не собирался ее ждать.

Норт с Дейлой выглядывали из-за спинки сиденья повозки с самыми торжествующими улыбками. Скорее всего, это заговор…

Ну уж нет, она не опоздает! Василиса состроила им рожицу, быстро вскочила на Вьюгу, и они взмыли в небеса догонять нерадивого златоключника.

Повсюду летали тонкороги и малевалы, ящеры и странные черные птицы с красивыми женскими головами. Последних девочка еще никогда не видела, но, увы, не было времени присмотреться получше. Честно говоря, Василиса немного растерялась от большого количества незнакомых людей, деловито спешащих в разные стороны, и совершенно не знала, куда ей идти и что делать.

К счастью, к ней подлетел Маар, уже давно заметивший ее прибытие, но потерявший время на проталкивание через толпу.

— Как тогда все прошло? — первым делом спросил он. — Ты в порядке?

— Да все нормально, — немного нервно ответила ему Василиса. — Потом расскажу… Давай лучше спросим у кого-нибудь, где тут проходят эти гонки.

Но Маар уже знал, что делать, и тут же увел Василису в сторону регистрации. Пока они ждали своей очереди, мальчик рассказал, как проходят подобные соревнования.

— Будет три темпа: белый, красный и черный. Вначале пройдет белый темп, на который уже записалось триста двадцать шесть часовщиков на самых разных эферных существах. Если ты пройдешь его в числе первых пятидесяти участников, то автоматически попадешь в красный… Да, а если тебе повезет оказаться в двадцатке счастливчиков, претендующих на черный темп, то вначале вы пролетите по кругу почета. Это интересное зрелище, каждый показывает какие-нибудь трюки.

— Так показательное выступление только перед финалом? — расстроилась Василиса. — Жалко, я подготовила небольшой номер.

— Ничего, может, и дойдешь, — ободряюще произнес Маар, хотя его голос прозвучал неуверенно.

Чтобы как-то отвлечь Василису, он радостно сообщил, что уже видел настоящую дриадэру — корабль с человеческим лицом. Оказалось, ими можно управлять только с помощью времени, хотя дриадэры — живые существа, водятся в тихих водных местах, очень любят речные заливы и озера, но чаще всего их можно увидеть в заброшенных морских бухтах. Дриадэру сложно поймать, а еще сложнее приручить, поэтому появление такого необычного эферного существа, да еще на школьных соревнованиях, стало настоящим событием.

— А управляет ею девчонка, — добавил Маар с некоторым скептицизмом. — Кажется, лютка… Хотя не уверен.

Наконец наступила очередь Василисы: к ней подлетела фея, чем-то похожая на Диану, и вывела ярко-красную цифру «13» на каждом крыле лунопташки. Девочка только вздохнула: кажется, цифра тринадцать всегда будет преследовать ее в Чародоле.

Перекрывая общий шум, чей-то громкий, зычный голос призвал всех участников подлететь к скале Ветряк. Возле нее уже собралось огромное количество народу на своих питомцах. Все эти существа рычали, фыркали, свистели и ржали, словно одно гигантское чудище.

Маар сказал, что в жизни туда не пойдет, даже ради Василисы. После чего пожелал ей удачи и улетел на трибуны — огромные летающие платформы, которые уже были переполнены зрителями.

Девочка смело направила луноптаху в самую гущу участников. Несмотря на кажущийся хаос, у каждого было свое место, на которое указывал парящий в воздухе стеклянный шар с цифрой. Как назло, через два номера влево находился не кто иной, как златоключник. Его ящер выглядел довольно спокойным и лишь иногда кидал на остальных существ злые, надменные взгляды.

— Что, рыжая, думаешь попасть в красный темп? — весело выкрикнул Марк, заметив Василису.

— Спорим на твое числовое имя, что ты не пройдешь дальше второго темпа? — добавил он немного тише.

— Лучше на твое, — огрызнулась девочка.

Прозвучал звонкий, переливчатый сигнал. Фирцеремониймейстер принялся объяснять правила всех темпов, и Василиса вся обратилась в слух.

— Каждый из вас полетит по одной и той же трассе, но в разном времени, — напыщенно вещал фир. — Проход на стартовую площадку пойдет по номерам. Ваша задача — дотронуться до как можно большего количества белых светящихся флажков, попадающихся у вас на пути. Первые пятьдесят участников, показавшие лучшую скорость, сразу окажутся во втором темпе — одновременно с этим флажки сменятся на красные. В третий, финальный темп попадут с лучшим результатом всего лишь двадцать участников. При переходе на черную трассу финалисты пролетят перед зрителями. Желаю всем удачи!

Василиса видела, как участники потянулись на своих эферных существах к гроту, проделанному в скале. Над ним реяла надпись огромными белыми буквами: ЛАБИРИНТ.

— Василиса!!!

К ней подлетела запыхавшаяся Захарра.

— Еле успела. — Она все никак не могла отдышаться. — Хотела пожелать тебе удачи. Постарайся обогнать моего братца, хорошо? А главное — этого придурка на ящере.

Василиса сдержанно хмыкнула.

— Увы, не получится. Кстати, ты знаешь, я придумала луноптахе новое имя — Вьюга.

— Это правильно, — кивнула Захарра. — У моей тоже есть взрослое имя — Астровихрь. Но я часто забываю и все равно называю Звездочкой, привыкла.

— Астровихрь — отличное имя, — одобрила Василиса. — А когда начинаются ваши гонки? Я успею посмотреть?

Захарра невольно скосила взгляд.

— А-а, ты еще не знаешь? — протянула она. — Часолет ребят забраковали по каким-то техническим причинам. Хотя Константин Лазарев подавал протест. — Она шумно и неодобрительно вздохнула. — Говорят, твой отец приложил к этому руку, — наконец решилась она. — Златоключник хвастался, что это он попросил Нортона Огнева проверить часолет перед гонками, потому что нашел его, видите ли, не очень надежным. Да кто его вообще подпускал к часолету!

— Вот же гад! — возмутилась Василиса, страшно жалея о том, что ничего не знала и не могла хоть как-то помочь друзьям. — Ник очень расстроился, да?

— Не то слово! Да и Фэш тоже… Теперь он твоего отца еще больше ненавидит. Ну да ладно, ты не переживай. Это ведь всего лишь какие-то дурацкие гонки! Сосредоточься лучше на своей победе, мы все за тебя болеем!