Я в мире Часодеев II

Зато в школе им всем удалось покататься на лестницах-вездеходах. Согласно расписанию, еще вчера появившемуся в часолисте Василисы, занятия начального круга проводились в одной из самых дальних башен. Захарра почти сразу же укатила в другую сторону, даже не попрощавшись с ними, и Ник облегченно вздохнул.

– Когда-нибудь я удушу ее. – В доказательство он проделал соответствующее движение. – Она меня так раздражает!

"Та пффф, вы ж поцелуетесь когда-нибудь. Но он любит Диану, а Захарра полюбит Маара, хх"

Василиса кинула взгляд на браслет – часы показывали девять утра, а это означало, что они с Ником запаздывали!

К счастью, их вездеход уже пристыковался к нужной лестнице. Василиса первой заскочила на ступеньки и побежала наверх – Ник за ней еле поспевал.

Когда они вбежали в класс, урок еще не начался, но учитель был на месте. Им оказался полноватый мужчина со скучным лицом и проплешиной. В его глубоко посаженных глазах застыло такое печальное выражение, словно он был не рад тому, что находится здесь. Он представился новоприбывшим как Родион Крафт или господин Крафт, быстро пожурил за опоздание, после чего приказал занять парты, расположенные полукругом. Ник с Василисой решили сесть за самую крайнюю парту у окна.

В их классе, который назывался «нулевым часом», оказалось ровно двенадцать человек – шесть мальчиков и шесть девочек. На вид им было лет по девять-десять. Все они тоже были новичками и пришли в синей форме, но только у двоих на галстуках обнаружились золотые нолики, как у Василисы.

Первым уроком шла математика. Господин Крафт раздал им листы с примерами и задачами, которые следовало решить за час. К счастью, задание оказалось легким – Василиса одолела его за полчаса. Она даже хотела помочь Нику, но тот и сам расправлялся с последней задачей.

На первой перемене, длившейся десять минут, все дети остались в классе. Они держались обособленно, группками. Но все же к Нику с Василисой подошел мальчик, к галстуку которого была пришпилена тройка. Он представился Эриком.

– Если покажем хорошие результаты за сегодняшний день, то нас могут перевести даже на высший круг, – обратился он к Нику. После этого Эрик бросил такой жалостливый взгляд на галстук Василисы, что она чуть не закатила мальчишке затрещину.

На втором уроке – эфероведении, ученики заполнили небольшие анкеты, где надо было указать точные размеры и цвет своей стрелы, свою часовую степень, а также когда и где прошло их посвящение на часовые степени.

Господин Крафт долго изучал Василисину анкету, после чего спросил у нее, зачем она солгала о своей степени.

– Я не солгала, – мгновенно вспыхнула Василиса. – У меня высшая степень.

– Значит, вы не прошли лабиринт? – предположил учитель.

– Нет, я его прошла.

– И часы одарили вас нулем? – снова не поверил господин Крафт. – Вы уже пробовали пользоваться часовой стрелой?

Вместо ответа девочка вызвала стрелу и зажгла на ней огонек.

– У вас есть часолист? – осторожно спросил господин Крафт.

Его лицо приняло какое-то странное, разочарованное выражение, когда он увидел красную книгу, выплывающую из огненного круга.

Впрочем, он тут же решительно поднялся:

– Идемте к директору.

К радости Василисы, они вновь воспользовались вездеходом, чтобы опуститься на самый низ, а потом прошли через то самое громадное нуль-зеркало. По дороге господин Крафт расспрашивал девочку о приемном экзамене в школу, и Василисе пришлось рассказать, что она будет посещать уроки Астариуса. Узнав такую новость, господин Крафт еще больше поскучнел.

"И зачем мы сюда к ней пришли, если ничего не изменится? Этой змее всё равно"

"Ла-ла-ла-ла, всё будет хорошо. Обратно что-то там, там там там. И всё будет хорошо"

Василисе было приказано ждать у двери. От нечего делать она походила туда-сюда, помахала руками и даже попрыгала – все равно в коридоре никого не было.

Из кабинета директрисы господин Крафт вышел весь красный, утирая пот со лба небольшим батистовым платочком.

– Ну и дела, – сказал он Василисе. – Мне только что было приказано не совать нос куда не следует… Так у тебя действительно высшая степень?

– Да, – буркнула Василиса.

– Ну и что мне с тобой делать? – продолжал расстраиваться господин Крафт. – Госпожа Мортинова приказала наказать тебя за ложь. Но я припомнил твою фамилию… Ты ведь дочь Нортона Огнева, ставшая черной ключницей?

– Угу, – буркнула девочка.

– Я пропал, – неизвестно почему испугался господин Крафт. – И почему ты оказалась в моем классе?! Ведь я даже не смогу перевести тебя в класс повыше…

Он ускорил шаг, продолжая что-то сердито бормотать себе под нос.

К счастью, на черчении все ученики старательно перерисовывали детали часового механизма, изображенного на школьной доске, и никто больше не интересовался никакими степенями.

Однако на часологии господин Крафт снова подозвал к себе Василису. Подозрительно прищурившись, он попросил ее при помощи часовой стрелы остановить время на часах, висевших над доской.

– Ну-у, – протянул он после того, как Василиса с легкостью это проделала, – остановить время человеку гораздо сложнее.

Этого Василиса стерпеть не могла. Она вновь взмахнула часовой стрелой и остановила время всему классу.

– Отвратительно, – произнес господин Крафт, оглядывая застывшие фигуры учеников. – Я вижу, что вы неплохо владеете стрелой и это неудивительно, раз вы участвовали в обряде цветения Алого Цветка… По результатам сегодняшнего дня я дал бы вам седьмой-восьмой уровень. Вы отлично справились с математической контрольной, да и чертите сносно… Не говоря уже о блестящем эфере с остановкой времени. Но госпожа Мортинова ясно дала мне понять, что очень долго хочет видеть вас на нулевом уровне.

– Прекрасно, – убитым голосом отозвалась Василиса.

– Не знаю, чем вы разозлили нашу директрису, – в полном отчаянии продолжил господин Крафт, – но мне придется подчиниться. Вы же понимаете, я простой учитель с третьей степенью часодейства и переживаю за свое рабочее место.

– Я все поняла, не волнуйтесь.

Василиса даже удивилась своему спокойствию. Ей было жалко господина Крафта и одновременно противно смотреть на его растерянно-заискивающую физиономию.

Господин Крафт сам вернул время классу и объявил, что в конце урока скажет о том, кто и где будет дальше учиться.

Из всего класса на нулевом уровне оставили только двоих – Василису и мальчика Криса – ему было девять, он имел третью степень и, увы, полностью завалил математику и черчение. Не стыдясь, Крис расплакался, и Василиса была готова последовать его примеру, потому что Ника перевели аж на пятый уровень. Он был счастлив, но старался утешить подругу как мог.

– Поговори со своим отцом, – посоветовал он. – Иначе госпожа Мортинова продержит тебя всю жизнь на нуле. А я слышал, чтобы окончить школу, надо набрать пять кругов сверх того, куда тебя определили в первый день.

—Я не думаю, что это хорошая идея, Ник. Меня надо вспомнить... "

* * *
Захарра вернулась в Голубиную башню часам к пяти, но выглядела очень довольной. Она рассказала, что учится в одном часе с Марком, Нортом и Маришкой, что не доставило им всем радости. Марк пытался ехидничать про нулевой круг Василисы, но Захарра быстро заткнула ему рот разговором о первой часовой степени мальчишки. Выслушав историю первого дня Василисы, она омрачилась и тоже посоветовала ей поговорить с отцом.

Чтобы хоть как-то развеселить подругу, Захарра пошла вместе с ней библиотеку Лазоря: они слетели с крыши и зашли в Ратушу через парадный вход. Дверь в Лазурную залу пропустила их без труда – девочки просто приложили к ней свои часовые стрелы.

Вдоль длинных книжных шкафов, полностью заставленных книгами, бродили школьники. Некоторые еще были в форме, причем не только в синей, но и в коричневой, зеленой и даже клетчатой. Когда девочки только входили, мимо них прошла ученица в такой форме – на ее сине-зеленом галстуке красовалась золотая римская пятерка.

Девочки быстро набрали книг по списку Астариуса, зарегистрировав их на часолист Василисы, а потом еще взяли несколько дополнительных учебников, которые Захарра посоветовала «для интереса».

После этой прогулки Василиса действительно приободрилась. В конце концов, подумала она, можно заниматься самостоятельно. А еще будут уроки Астариуса, где точно научишься чему-нибудь важному.

После этого они вместе с Ником пошли в общую столовую, которая располагалась на втором этаже. Там было уже много ребят самого разного возраста, и на Василису с Захаррой никто не обращал внимания.

Они сели за самый дальний столик. Ник так и не снял формы, ведь теперь на его галстуке красовалась римская цифра пять. Судя по лицу мальчика, сегодня был лучший день в его жизни. Конечно, Захарра постаралась извлечь из его настроения как можно больше пользы: она громко осуждала его за хвастовство и излишнюю самонадеянность, и к концу ужина Ник сидел весь красный от смущения и негодования.