Я в мире Часодеев II

Вот уже полчаса как Василиса находилась в директорском кабинете. Она рассмотрела всю мебель в комнате: стеклянный столик, белый кожаный диван и кресла, хрустальные светильники в виде лилий, огромное зеркало в серебряно-черной раме, камин и над ним – портрет Елены в шикарном алом платье. Но особенно пристально девочка разглядывала ярко-белый, идеально круглый ковер на полу, на котором, собственно, и стояла.

Елена все никак не могла поверить в то, что на испытании Василисы стрелки часов (уже во второй раз!) стояли ровно на двенадцати. Часовщица долго спорила со смотрителем, доказывая ему, что в случае с «этой девицей» стрелки показывают одну минуту первого, то есть полный ноль. На что смотритель невозмутимо отвечал, что часы Тайноса пребывают в полной исправности вот уже которую сотню лет и, да будет Время к ним благосклонно, прослужат еще долго. Кроме того, учтиво заявил он, свиток из часов тоже показывает двенадцатый, а не нулевой круг.

Наконец смотритель все-таки ушел, и Василиса осталась наедине с Еленой.

Часовщица воззрилась на нее с нескрываемым презрением:

– Ты действительно думаешь, что сдашь у меня экзамен?

Василиса промолчала. Она еще пребывала под впечатлением от путешествия по Тайносу. Да и сейчас девочка смотрела на некоторые вещи куда более иронично, чем утром.

"Ёпрст, в книге это одно ощущение, а в жизни куда интереснее и интригующе'

– Удивительно, как это тебе удалось вылезти на самый верх, – раздраженно продолжила часовщица. – Неужели Нортон и тебе дал готовые ответы?

Василиса, старательно делающая вид, что занята разглядыванием носков собственных сапожек, вновь подняла голову:

– Так, значит, Норт и Дейла получили готовые…

– Что за бред! – поспешно прервала Елена, осознав, что ненароком проговорилась. Это разозлило ее еще больше. – Ты не могла попасть на двенадцатый круг! – неожиданно распаляясь, выкрикнула она. – Наверное, часы Тайноса впервые дали сбой!
Василиса вновь промолчала – тем более Елену это раздражило еще больше.

– Двенадцатый круг… – все повторяла она, словно заведенная. – Если бы это было правдой, то, конечно, я бы определила тебя в свой особый класс… Но ты же не думаешь, что я собираюсь совершить такую глупость?

Видя, что на этот вопрос Елена ждет ответа, Василиса вздохнула.

– Если честно, то мне все равно, – сказала она чистую правду.

Госпожа Мортинова неожиданно успокоилась. Она грациозно присела на кресло, откинулась на спину и сложила руки на груди:

– Назови мне три главных закона о Времени.

Василиса усмехнулась про себя. Ну, это она узнала еще в летнем лагере, когда все ключники готовились к цветению Алого Цветка.

– Все равны перед Временем, – бойко начала девочка. – Люди и духи, феи и люты… В мире все подчинено Времени. Время – это сила, уравновешивающая добро и зло, хранитель гармонии и порядка… Временем можно управлять, но нельзя повелевать…

– Достаточно, – оборвала часовщица. – Каков первый принцип часодейства?

– Желание – воля – действие, – тут же отрапортовала Василиса.

– Кто впервые сказал: «Время на нашей стороне»?

– Эфларус, самый великий часодей прошлого.

– Каково другое толкование фразы?

– Время работает на нас.

Елена задумчиво оглядела Василису, изо всех сил пытавшуюся сохранять покорное выражение на лице.

– Ну хорошо… – зловеще произнесла она. – Тогда что-нибудь из хронологии… Попрошу рассчитать схему временной ветки будущего по альтернативной системе координат… за пять минут.

Василиса хлопнула глазами:

– Но я не умею!

– Тогда что ты забыла в этой школе? – едко осведомилась Елена. – Да еще на двенадцатый круг решила попасть!

Но Василису было не так просто смутить.

– А разве в часовую школу не приходят для того, чтобы как раз научиться таким вещам?

Вместо ответа Елена щелкнула пальцами, и на стеклянном столике появились песочные часы: внутри посыпалась тоненькая золотистая струйка песка.

Пять минут прошли в напряженном молчании. Василиса тупо смотрела на чистый лист бумаги, появившийся перед ней прямо из воздуха, а также на остро отточенный карандаш и стеклянную линейку с делениями, – очевидно предназначенные для решения этой задачи. Конечно, она ничего не знала про альтернативную систему координат.

Елена, все это время просмотревшая в окно, процедила:

– Все, можешь идти. Экзамен окончен.

Василиса сделала несколько неуверенных шажков в сторону двери и все-таки остановилась:

– Так вы приняли меня в школу или нет?

– Нет.

– Но я же прошла лабиринт?! – изумилась девочка.

Елена подняла голову.

– Ну и что? – Часовщица одарила ее свирепой, торжествующей усмешкой.

– Но я должна учиться, – настаивала Василиса, начиная злиться. – Ходить к Астариусу…

Елена вдруг расхохоталась.

– Высоко метишь, милочка! – с презрением бросила она. – Только пришла в школу и пожалуйста, подайте ей самого Астариуса! – Она состроила удивленную мину на лице.

Василиса поняла, что госпожа Мортинова просто решила поиздеваться над ней.

– Я думаю, что отец будет очень недоволен вами, что вы не приняли меня в школу. – Ее голос зазвенел от гнева. – Он точно разозлится!

– А вот посмотрим, – холодно ответила Елена, разом преобразившись. – Посмотрим, кого он будет слушать… Может, ты не доживешь до его приезда? Свалишься с лестницы… Или – что будет лучше всего – успеешь потеряться во Временном Разрыве. Но если ты так желаешь учиться, – вдруг произнесла часовщица, – я смогу тебя принять в школу на одном условии.

И та действительно ее огорошила.

– Ты скажешь мне свое числовое имя, – сказала она со сладенькой улыбочкой.

– Вы что, издеваетесь? – Недоумение Василисы переросло в настоящее изумление.

– Будем считать, что я его не знаю.

– Но вы его знаете! – зло возразила девочка. – Как такое вообще может быть? Я отлично помню, как ты выкрикивала его задом наперед, когда хотела зачасовать меня!

От едва сдерживаемой злости Василиса неожиданно перешла на «ты».

Елена этого не стерпела: она сильно хлопнула ладонью по стеклянной поверхности столика и так быстро вскочила, что даже нижние юбки ее пышного платья взметнулись вслед за нею.

– Да как ты смеешь мне «тыкать», мерзкая фейра! – заверещала часовщица. – Предъявлять мне, директору Светлочаса, подобные обвинения?! Ноги твоей не будет в моей школе, сейчас же убирайся вон!

Елена стояла вся красная, а ее голубые глаза так расширились от бешенства, словно собрались вылезти из орбит.

– Я помню все, что вы мне тогда говорили, – тихо добавила Василиса. Как ни странно, девочка снова успокоилась. Истерика Елены даже доставила ей какое-то мрачное наслаждение

Быстро повернувшись, она кинула взгляд на нежданное препятствие и чуть не потеряла дар речи – перед ней стоял сам Астариус, великий часодей Эфлары.

– Значит, это и есть Василиса Огнева.

Его глаза под седыми бровями смотрели пристально и с любопытством, без всякой злобы или недовольства.

– Астариус! – Голос Елены прозвучал растерянно и удивленно. – Рада вас видеть… Хотя, признаюсь, ваш визит стал для меня в некотором роде… сюрпризом.

– Извините, если помешал, – благожелательно произнес Астариус. – Я специально спустился, чтобы познакомиться со своей новой ученицей.

– Право, слишком много чести для этой девочки.

– Если вы еще заняты, – продолжил часодей, – то я могу подождать в коридоре.

– Ну что вы. – Елена выглядела смущенной. На памяти Василисы такое с госпожой Мортиновой случилось впервые. – Мы уже закончили…

– Прекрасно, прекрасно… – покивал Астариус. – Позвольте полюбопытствовать, на какой круг вы определили девочку?

– Честно говоря, м-м-м… знаний явно недостаточно… Девочка не знает даже основных законов…

– Но это же неправда! – мгновенно возмутилась Василиса. – Я вам все рассказала!

– К тому же груба и невоспитанна, – довольным тоном закончила Елена.

Астариус молчал, терпеливо ожидая ее решения.

Директриса вздохнула и поднялась, изящным движением оправив юбки платья.

– Конечно, я приму Огневу в школу… – пробормотала она, кидая на Василису испепеляющий взгляд. – Но только ради ее отца. Она будет учиться на нулевом круге.

"Ёпрст, ну ты и дрянь конечно. Так хочется тебя зачасовать, да и всё."

– Ну что ж, в этом есть смысл. – Благожелательное выражение не сходило с лица Астариуса. – Девочка пойдет на вершину с самого низа, как и ее отец. В этом есть нечто символическое, не находите? Да и, признаться, когда-то и я начинал свою учебу с самого начального круга. Несмотря на то что тоже владел высшей степенью часодейства. Правда, мне не выпадала честь одновременно с начальным образованием учиться самому высшему часодейству.

Он улыбнулся Василисе, и она ответила ему тем же – Астариус внушал ей симпатию.

– Гм… – кашлянула Елена, возвращая внимание к своей персоне. – Если вы позволите дать вам совет, многоуважаемый Астариус… – Часовщица сделала многозначительную паузу. – Я думаю, Огневой рано брать уроки у вас… она слишком слаба в часодействе. Как вы знаете, несмотря на высшую степень, эта девочка почти ничего не умеет.

У Василисы даже руки стали дрожать от возмущения: все-таки лживые слова Елены очень задевали и лишь присутствие Астариуса не позволяло ей нагрубить в ответ.

– Спасибо за совет, госпожа Мортинова. – Часодей легко поклонился. – И все же… я рискну.—Василиса заулыбалась

"Ёпрст, мужчи-ина, вы мне нравитесь. Наверное вы будете самым любимым учителем"