Зависимые. | Tom Kaulitz

Я всю ночь просыпалась и под шум собственных мыслей засыпала. Было невыносимо находится в чужом доме. Было холодно и одновременно душно. Совсем одиноко и тоскливо.

Утром меня разбудила горничная.

- Доброе утро, леди. - обратилась ко мне женщина, назвав себя «Мисс Джоанна», и положила мне на прикроватную тумбочку поднос с завтраком.
Выглядела она довольно таки мило и порядочно, с неопределённым возрастом. На ней была чёрно белая одежда уборщицы, прическа-ульем, и имела она небольшой рост.

Женщина улыбнулась мне, кивая на завтрак.

- Мистер Билл попросил меня приглянуть за тем, чтобы вы позавтракали. Поэтому прошу вас.

Я посмотрела на поднос. Два поджаренных хлебушка в тостере, два, кажется, сваренных яйца. Две сосиски, яблоко и стакан сока. От смачной картины мой желудок завязался узлом. Но я наотрез откажусь от такого «гостеприимства», когда меня насильно притащили сюда и целый день не давали сходить в туалет и покушать. Какие любезные братья.

- Я могу выйти на кухню и сама приготовить себе завтрак? - прохрипела, надеясь что Мисс Джоанна не обидится.

- Простите, но Мистер Билл запретил мне выпускать вас из комнаты, потому что они уехали по своим делам. - непринуждённо ответила Джоанна, а потом поняла, что сказала, увидев мою реакцию.

Да, это тот самый момент сбежать. И я вынуждена цепляться за каждую попытку обезопасить себя от этих ублюдков. Я поднимаюсь на ноги, обманываю Мисс Джоанну, когда она пытается ухватить меня за запястье, не дать мне сбежать. Я пулей лечу по лестнице, спотыкаясь, но к счастью упала с последних ступенек на колени. Я взглядом ищу коридор, который, по идеи, ведёт к дверям на улицу.

Но все мои надежды исчезают, когда я начала всячески и в разные стороны тянуть за ручку двери, понимая, что чёртова дверь дома Каулитцев тоже меня не пропустит, и она точно на их стороне. Но я не унываю, не поможет дверь, помогут окна.

Услышав шаги Мисс Джоанны, я оборачиваюсь и виновато смотрю на неё.

- Вы знаете, что они похитили меня? - спросила у неё я, сдерживая гнев и слёзы. Джоанна в ответ кивает.

- Двери не откроются без кодового слова хозяина дома. Окна также, поэтому даже не думайте о побеге. - сдвинула брови женщина, покачав головой. - На улице охранна. Прошу вас, не вините меня в этом, я хочу предоставить вам все удобства для комфорта. Если Мистер Том так поступил, значит это к вашей же безопасности.

Я выслушала её предупреждения, отменяя план побега с окон. Но с последних слов моё горло царапнул смех, и он вырвался наружу, делая из меня настоящую психопатку.

-Поверьте мне, - серьезно сказала Джоанна, отходя в сторону. - Леди, я могу вам принести в комнату всё, что пожелаете, в пределах разумного. Но вы должны вновь туда вернуться.

Я безобразно кивнула и небольшими шагами стала идти обратно, давая себе возможность разглядеть дом.

Интерьер впечатляет своей роскошью. Тёмный, полированный пол отражает свет от встроенных светильников и хрустальной люстры. Стены, украшенные абстрактными картинами, от которых акцент на оттенки стен и цвета светильников. Лестница из тёмного дерево контрастирует с плавными линиями потолка. Светильники даже на ступеньках лестницы, но видимо загораются они только вечером,а на улице ещё день.

- Когда приедут Билл и Том? - спросила я Мисс Джоанну.

- Ближе к вечеру. - ответила женщина, открывая мне дверь в ту же комнату, с которой я сбежала и оставила там свой завтрак.

***

Я пожалела себя и всё-таки позавтракала. Поблагодарила Мисс Джоанну за плотный завтрак, и попросила её найти мне занятие.

Джоанна пришла быстрее, чем я ожидала. Женщина стояла с стопкой книжек в руках. Когда я стала рассматривать книги, в комнате запахло пылью и чем-то миндальным, как старые письма, которые хранят в шкатулках под бельём.

- Это Генрих Шпальтер. - сказала она, когда я взяла тонкую книгу, с плотной зелёной обложкой. - Немецкий писатель.

Я усмехнулась. Ладно, буду читать, а что мне ещё оставалось делать, когда меня похитили и насильно удерживают.
Я взяла книгу, перелистнула первые страницы - абзацы шли плотные, как кирпичная кладка, без пропусков, будто автор боялся, что читатель выскользнет между строк.

«Человек, потерявший своё отражение», - гласил заголовок. Уже по первым строкам я поняла сразу: это не просто роман - это какая-то трещина в стекле. То, что читается не глазами, а душой.

Я завернулась в плед, как в кокон, и устроилась на кровати. За стеклом солнце пряталось за небольшими тучами, их славно разгонял ветер.

Мисс Джоанна вышла, и я принялась читать. Он - герой книги, который просыпался каждое утро и не находил себя в зеркале. Отражение исчезло, а вместе с ним и ощущение, что он существует. Люди продолжали говорить с ним, он ел, дышал, но каждое утро становилось всё более зыбким. Его реальность медленно раскручивалась в обратную сторону.

Я читала и чувствовала, как писатель пишет не диалогами, а ритмом. Я задумалась: неужели эти все эти книги Билл прочитал? Или это в наследство от родителей осталось? Или может они с Томом это всё прочитали? Книги были под слоями пыли, видно, что никто их давно не читал, а горничная не доходила до того, чтобы протереть пыль. Наверное, в этом доме есть большая или маленькая библиотека.

Я прочитала до пятой главы, и решила почитать другую книгу. Я поднялась с кровати, и подошла к стопке книг. Моё отражение в зеркале, которое было на шкафе, тоже будто колебалось, расплывалось, это всё потому что в моих глазах начало темнеть, я засиделась в одном положении с опущенной головой. Я вспомнила работу. Я так могла просидеть несколько часов, сидя за рабочим столом и разбирая журналы, бумаги и папки с делами.

***

Комната была тиха, как библиотека после закрытия - лишь шелест страниц нарушал звенящую тишину. В комнате полумрак, уже вечер. Я оставила внешний мир за шторами, и читала до боли знакомые строчки.

«О Ромео, Ромео!» - я знала эту фразу наизусть. Знала, как звучала она в голосе моей бабушки Венеры, когда я в детстве, лёжа на полу в её комнате, слушала, как она читает мне из потертой книги с красной закладкой. Тогда это было что-то далёкое, сказочное, романтичное. Теперь - слишком болезненно настоящее.

Я снова перечитывала сцены с Джульеттой. В ней было что-то, что я всегда чувствовала внутри себя. Смелость. Осторожность. Противоречие всему. Эта сильная духом девушка, шла против мира ради того, кого любила. Я, пожалуй, начинала понимать её лучше, чем раньше, в детстве. Тогда я просто восхищалась, а сейчас - сочувствовала.

Ручка двери щёлкнула. Сердце сжалось. Я резко подняла глаза, выпрямилась и укрыла пледом оголённые ноги.

- Скучала? - сказал Том. Его голос был мягким и заботливым. Но как бы он не пытался выдавливать его, я не буду ему покорная.

Я резко захлопнула книгу.
- Нет, как запертая кукла в музыкальной шкатулке может скучать?! - процедила я, вставая.

Он сделал шаг ближе.
- Вскорем времени ты отсюда выйдешь и ты больше не увидишь меня. А сейчас, будь паинькой и не пытайся сбежать. Здесь тебе никто плохого не желает.

- Я не хочу здесь находится! Я не собака, которую можно посадить на цепь! - я подошла к нему вплотную, я киплю в полном гневе. - Ты не имеешь права решать за меня. Ни ты, ни кто другой.

Том посмотрел в сторону, будто хотел что-то сказать, но я не дала ему времени. Рука сама взметнулась и ударила его по щеке. Звонко и честно. Я дышала тяжело, почти дрожала. Мне хотелось закричать и обматерить его.

Но Том не отступил. Не рассердился. Он просто взял меня за запястья, грубо но не больно. И прежде чем я успела вырваться, его губы накрыли мои. Горячо. Внезапно. Страстно.

Я хотела сопротивляться - правда хотела. Но всё внутри, как в книге, шло по заранее написанному сценарию. Я слышала собственное сердцебиение, громкое, как барабаны в ночи. В моей груди сердце нервно трепещет, как подбитая пташка в клетке.

Всего несколько секунд назад мы были пойманы в вихре поцелуя, какое-то признание висело невысказанным в воздухе между нами. Теперь Том брал меня за руку, его прикосновение посылало новую волну тепла через меня.

- Куда мы идём? - спросила я, замедляя шаг

- Поужинаем вместе.

Проследовали уже через знакомый мне коридор, затем гостиная, столовая и кухня. Столовая, куда привел меня Том, оказалась неожиданно уютной, почти домашней. Хоть и имеет темноватый интерьер как в коридоре. Пахло жареным мясом, хрустящей корочкой и специями. В центре стола - массивная рулька, блестящая от подливки, рядом - кнедли, кислая капуста, корзина с претцелями. Я тесно знакома с немецкой кухней, и не только с немецкой в целом. Серебро вокруг сверкало при свете свечей. У камина сидел Билл с ноутбуком в руках.

- Как твоё самочувствие, Луна? - невозмутимо спросил Билл, с нежностью в голосе.

- Выживаю как могу. - прошипела.

Я испытаваю гнев теперь и к Биллу за его безразличие, мог бы хоть как-то помочь. Хотя я знаю, что другого выбора у него не было.

Том молча сел напротив меня, кивком указав на тарелку. Горничная Мисс Джоанна, мило улыбнулась нам, долила вина в бокалы и исчезла, как тень.

- Какой-то жирный у вас ужин...- я указала вилкой на рульку.

- Мог бы быть сухарь и вода, выбирай. - отрезал Том. Он ел спокойно, будто ничего не случилось за последние два дня.

Я от злости прищурила глаза, будто готовилась зарядить ему этой вилкой в глаз. Билл рассмеялся.

- Не обижайся на нас, это всё ради твоей же безопасности. - вмешался Билл.

- Ага, я не просила вас о помощи. - прошипела, глядя в свою тарелку.

Том поднял на меня свои чёрные глаза. Никакой злости, только холодное спокойствие.

- Ты жива. Это единственное, что имеет значение сейчас.

Давление его взгляда на меня заставило опустить глаза. Под ложечкой заныло. Чёрт, почему этот идиот вообще вызывает эмоции? Почему все твердят мне о безопасности, если сама опасность это присутствие рядом с ними? Что мне может так грозить?

***

Когда мы закончили ужинать, Том встал и попросил идти за ним. Просто повернулся и пошёл наверх и я пошла за ним.

Глупо, что сейчас я слушаю его. Только что закончился ужин, где я сидела напротив него и запихивала в себя еду, как будто это обычный вечер, а не какое-то... чёртово похищение под охраной. Хотя, если быть честной, то я даже не знаю, как это называть. Просто не знаю. Все утверждают о безопасности рядом с Томом. Том меня запер. Том на моих глазах уб*вал...

Чёрт, хватит. Голова гудела.

Мы вошли в какой-то кабинет, он выглядел, как в кино: уютный, дорогой, строгий. Кожа, дерево, винтажные лампы. Много книг. Даже были горшки с цветами. Но это не делало кабинет уютным. Там пахло пустотой и оружием. Внутри - дубовый стол, винтажный глобус, бар, к которому подошёл Том. На полках и на стене было оружие. Настоящее оружие. На столе все принадлежности

Том стоял у бара и, как всегда, молчал. Я наконец-то огляделась и подошла к нему.

И вдруг его мягкий баритон. Даже почти ленивый.

- Когда у тебя заканчивается отпуск?

Я моргнула. Он знал. Конечно он знал.

Но, что странно - я не испугалась ни капельки. Не почувствовала угрозу. Только укол вины за то, что не сказала сразу. И совсем лёгкое, тягучее тепло в животе. Ненавижу это. Моё тело слишком странно реагирует на его присутствие.

- Через неделю кажется... - ответила я, задумываясь сколько дней прошло уже. Я сбилась со счёта, забыла обо всём. То, о чем я всегда думаю - Том.

Он развернулся. Уголки губ слегка приподняты, а глаза внимательные.

- И не сказала.

Не вопрос, а утверждение. И не обвинение. Просто факт, который он раскладывал на стол.

- Прости. Я не задумывалась об этом, да и у нас только два свидания было...

Он не стал спорить. Просто кивнул, будто отмечая себе что-то. Явно что-то задумал.

Минута молчания, и снова его мягкий баритон прерывает тишину:

- Ты хотела знать, что происходит. - его голос стал увереннее. - Луна, те, кто нас пытались убить - банда того ублюдк4, которого я убил. Тот, который пытался тебя изнас**овать, когда ты была в клубе. Они охотятся не только на меня, но теперь и на тебя. Потому что ты жива. Нам не стоило гулять вместе. Теперь они знают о тебе. - спокойно сказал он, подходя ко мне. - Попытайся не паниковать, не агрессировать и не делать поспешных выводов. Повторюсь, ты здесь только для того, чтобы остаться в живых.

Он снова подошёл ближе. Слишком близко. Его дыхание - горячее. Я хотела отпрянуть, но не смогла, ибо я была прижатая к стене.

- Я не маньяк, Луна, - сказал он тихо, мне на ухо.- Но я умею убивать. И буду это делать, если понадобится.

- А я? - мой голос дрогнул. - Я тоже «понадоблюсь»?

Он смотрел прямо в глаза. Затем покачал головой. Склонился ко мне и, как тогда - в машине - поцеловал. На этот раз медленнее.

Я хочу сопротивляться, не хочу показывать слабину, но тело растворяется в этих дурных блужданиях.

Я отстранилась первой. Оглушающая тишина.

- Когда ты выйдешь отсюда, то за порогом тебя ждёт смерть. И пока я не избавлюсь от них, тебе грозит опасность.

Я до боли сжимаю пальцы, как будто это могло удержать всё внутри меня на месте.

- Спокойной ночи, Луна. - сказал Том и вышел, оставив дверь открытой. Путь к своей комнате я знала, поэтому после минуты непонимания всего происходящего, вышла к лестнице.

В голове - гул. В теле - тяжесть. Устала, морально.

Я не успела дойти до двери.

- Луна, - голос Билла был спокойный. Он стоял в коридоре с ключами в руке. - Идём на улицу. Ты просила кое-что.

Я пошла за ним молча.
На улице уже темно, большой двор будто усыпан маленькими фонарями из дерева в виде красивых изделий.
Открытый багажник. Там аккуратно сложенные сумки, в них моя одежда, ботинки. Куртка, которую я оставила в прихожей. Ноутбук. И на одной из сумок лежал мирно спящий Бегемотик.

Я подняла его на руки. Потяжелел, видимо Том и вправду не забыл о нём.

- Том велел забрать всё, что может вернуть тебе ощущение дома.- усмехнулся Билл. -Сказал, что без этого ты не проснёшься по-настоящему.

Котенок потянулся, замурлыкал и начал тереться об мою шею.

(котятки, поставьте звёздочки Луне и Тому! я буду рада! И ещё буду рада подписке, читайте беседу!)