Глава 9. Обрыв
Та осень
– Гражданка Ветлигина, Екатерина Алексеевна, 1977 года рождения, правильно?
– Да.
– Ну, приступим. В ночь на 30 августа сего года вы где находились?
– В Москве.
– Адрес?
– Ленинский проспект, дом... Я не помню. Я дома была... Просто номер не могу вспомнить. Простите, я не спала несколько дней, похороны...
– Да понимаю я. Адрес, значит, по месту прописки?
– Да.
– Ладненько. Значит, вы уехали, а гражданка Ветлигина Алена Дмитриевна осталась в ПГТ Пряслень, Береговая, 17. Она одна осталась?
– Да, одна. Она приедет, то есть она должна была приехать скоро. Как урожай весь соберет, закрутит. У нее машинка закаточная сломалась, без машинки трудно...
– В каких отношениях вы состояли с Венедиктовым Константином Ивановичем?
– Я... не знаю.
– Как же? Весь поселок говорит...
– Тогда вы и без меня в курсе.
– Какие отношения связывали Венедиктова с гражданкой Ветлигиной?
– Я не знаю...
– Екатерина Алексеевна, сосредоточьтесь.
– Я правда не знаю! Ну какие отношения. Она мама моя...
– Мог ли быть поступок Венедиктова продиктован мотивом мести?
– Что? Я не понимаю... За что?
– Сойкина Анастасия Сергеевна, ваша подруга, да? Говорит, что ваша мать недолюбливала Венедиктова и даже отправила вас в Москву, чтобы прекратить ваши с ним отношения. Ей это сильно не нравилось. И Венедиктов мог из личной неприязни...
– Я не знаю. Я ничего не знаю! Зачем вы спрашиваете...
– То есть вы не знаете, что именно произошло в ночь с 29 на 30 августа?
– Нет.
– Почему бригада «скорой помощи», вызванная Венедиктовым, обнаружила вашу мать мертвой в доме на Береговой, 17. Откуда, для чего там взялся сам Венедиктов, весь в крови погибшей?
– О Господи...
– Вика! Куда опять валерьянку задевала? А, вот. Екатерина Алексеевна, Катя, на-ка, выпей.
– Не надо. Скажите... Она... Ей было очень больно?
– Она умерла мгновенно. Так врачи сказали. Давай вернемся...
– Я ничего не знаю! Зачем вы меня мучаете? Спросите лучше у него, что он говорит? Спросите!
– Да мы спрашивали. Он молчит! Просто молчит, и все. Не оправдывается, не объясняет ничего. Не знаешь, почему?
– Нет...