Конец соперничества
Недовольно сморщилась, открывая глаза и чувствуя на лице яркие солнечные лучи. Повернула голову влево и резко села на кушетке, увидев, что нахожусь в пустой палате. Стала по кусочкам собирать картину вчерашнего вечера. Ах да. Мне вкололи успокоительное. Хорошо. Так, я пришла в больницу к Максиму... Точно! Мне срочно нужно к нему.
Я вскочила с кушетки и хотела выйти из палаты. Но неожиданно дверь открылась. Вошла…Нина. Не ожидала её увидеть.
-Привет, - произнесла девушка и опустила взгляд.
Мы застыли посередине палаты.
-Привет, - ответила я. – Зачем пришла? – перешла на холодный тон.
-Я пришла поговорить с тобой…о Максе.
Думала, что сейчас лучшее время. Но чувствовала, что это важно.
Я выдохнула, кивнула и указала на кушетку, предлагая сесть. Девушка послушалась. Воцарилось молчание. Мы не знали, как начать разговор.
-Ты видела его? – неожиданно спросила она.
-Да, - прошептала я и недоумённо посмотрела на собеседницу. – А ты нет?
-Нет, - выдохнула она, и на её глазах появились слёзы. – Я не могу. Я не могу себя перебороть. Совесть не позволяет. Вер, - посмотрела мне в глаза. – Это я во всём виновата…
Что?
-В смысле ты? – в недоумении спросила я. – Неужели…
В голове появилась картина, как Нина толкает Макса на дорогу.
-Нет, нет! Не в этом смысле, - тут же воскликнула Нина, поняв меня и отгоняя неприятные мысли.
-Тогда что случилось?
Девушка выдохнула.
-Я начну сначала. После того, как мы с Максимом приехали домой, у нас состоялся серьёзный разговор. Он рассказал мне о произошедшем в Испании. Также предложил расстаться, чтобы не портить жизнь друг другу. Сначала я не поверила в это. Но серьёзный взгляд Макса убедил меня в правде его слов. Мне было тяжело и больно. Я не знала, что делать. Обида охватила меня, и я, влепив Максу пощёчину, выбежала из дома. Не знала, куда бегу. Поймала такси и назвала первый попавший в голову адрес. Сзади услышала крик Макса. Я обернулась, но его не было. Только машина остановилась на переходе, и водитель в ужасе смотрел вперёд. В шоке я не могла пошевелиться. Попросила водителя остановиться и, выйдя из машины, побежала к месту происшествия, набирая номер скорой…
Нина замолчала. Её лицо выражало такую боль и тоску, что я не удержалась и обняла её. Все обиды прошли. Она нерешительно ответила на мой жест, и мы снова заплакали.
-Ты не виновата, - сказала я, смотря в её глаза. – Это несчастный случай. Так что не беспокойся, а иди к нему и поддержи. Сейчас это действительно нужно.
-Нет. Это неправильно.
Снова молчание. Я не выдержала первой:
-Прости меня.
-За что?
-Я обидела тебя и не могу простить себя.
-Что ты, Вера! Не вини себя! – воскликнула Нина; я посмотрела на неё. - Я простила вас. Правда. И…если честно, даже благодарна тому, что случилось. Я про наш с Максом разговор.
Я недоумённо посмотрела в её глаза. Она смущённо улыбнулась и объяснила:
-Честно говоря, последний месяц я задумывалась о наших с Максом отношениях. Я уже не чувствовала той тяги, которая была между нами недавно. Тем более, мне стал нравиться другой. Вчера утром он признался мне. Я была рада, но испугалась перемен. Мне не хотелось разочаровывать Макса. Я отказала. Но весь день меня мучила совесть. Знаешь, отказать любимому человеку сложно.
-Ещё как знаю. Как будто что-то оборвалось в тебе, - поделилась я своими ощущениями и зачем-то обняла себя руками.
-Да, – согласилась Нина. – Вчера, как только Макса забрала скорая, я поехала к нему. Он успокоил и принял мои чувства, - на её губах появилась нежная улыбка. – Так что я не против ваших отношений. Тем более, я видела счастливый взгляд Макса, когда мы говорили о тебе. Я искренне рада за вас.
-Я за тебя тоже, - сказала я, и мы обнялись, как давние подруги.
-Ну всё. Беги к нему, - сказала Нина и улыбнулась.
Я кивнула и послушалась его совета.
***
С того разговора в больнице прошла неделя. Макс так и не очнулся. Я приходила в больницу каждый день и проводила у кровати мужчины часы. Родители Максима силком тащили меня домой. Я только мучительно улыбалась и еле сдерживалась, чтобы не вернуться обратно.
-Мама, а почему папа всё время спит? – спросила меня Юля, когда я в очередной раз привела её к мужчине.
-Наш папа заболел и теперь постоянно спит, чтобы восстановить силы, – ответила я и села на стул, стоящий рядом с кроватью.
Я посмотрела на его закрытые глаза, потом – на руку. Всё так же, как всегда. Никакого движения. Остаётся только ждать, и врачи со мной согласны.
-А когда папа очнётся? Я по нему скучаю, - грустно произнесла дочка.
-Я тоже скучаю, солнышко, - ответила я.
-Может, его разбудить? – спросила девочка и, подбежав к кровати Максима, стала трогать его за руку в надежде разбудить.
-Дочка, осторожнее, - предупредила я её. – Смотри, чтобы игла не выпала из руки.
Дочка кивнула и продолжила:
-Папа! Это я, Юля. Просыпайся быстрей! Мы с мамой по тебе соскучились.
Дочка коснулась своими маленькими тёплыми губками щеки Максима и отошла. От умиления я пустила слезу. И, правда, Макс. Очнись побыстрее! Мы тебя очень ждём. Я взяла в руки ладонь мужчины и поцеловала её.
Вдруг я почувствовала, что рука Макса вздрогнула. Неужели… Подняв глаза, в которых плескалась надежда, увидела, что Максим зашевелил губами и сморщил нос, пытаясь привыкнуть к свету. Я вскочила со стула и наклонилась ближе к нему. В этот миг его веки поднялись, и на меня посмотрели любимые голубые глаза.
-Максим, - прошептала я, и из глаз полились слёзы. – Наконец-то…
Я осторожно провела пальцами по лицу своего мужчины и осознала, что это не сон. Максим повернул голову в сторону Юли и улыбнулся. Вновь перевёл взгляд на меня и тихо произнёс хриплым голосом:
-Мои любимые девочки…