глава 9
— Значит, ты Джузо? — слышу я. — Уж больно худой.
Повернув голову, замечаю, что возле моего коллеги пархает Моруде. Дёргую Шинохару за край пиджака и указываю на столь ужасную неприятность. Командир перепугался и поспешил на помощь к нашему Сузуе, которому, кажется, до лампочки было на начальника. Но все мы прекрасно понимаем, что если Джузо разозлится... Не будет у нас больше начальника, в общем.
— Плохо дело, — говорит Шинохара.
— Ты хорошо питаешься? — не унимался Моруде. — У тебя яйца хоть есть?
После этой фразы Такизава покосился на меня.
— Не проверяла, — возмутилась я, узнав этот взгляд, — мы ж не пара.
— Ну-ну, Мару, — подошёл Шинохара к Моруде и Джузо. — Сузуя только пришёл. Он устал, — после этого схватил начальника за плечи, развернул, — полегче с ним.
Шинохара махнул двумя пальцами мне, мол, пригляди за ребёнком. И снова я вроде няньки.
— Что тут такого? Я же просто говорил.
— Да-да. Лучше завтра. Хорошо?
Джузо посмотрел в след начальнику своим фирменным взглядом. Он что-то задумал. Да и злопамятный он, как русский, ей богу. Добром это не кончится. У Джузо явно там уже целый план мести.
— Ты опять нарвался на неприятности?
— Аки-тян! — радостно вскрикнул Сузуя, отлипнув от стены.
— Ох, Джузо, — покачала я головой.
***
— Даже мне выдали завещание, — с ужасом говорю я, сжимая в руках бумажку. — Неужели всё настолько серёзно?..
— Не переживай, — положил мне руку на плечо Косуке. — Ты не умрёшь.
Он улыбнулся. Я же не могу выдавить из себя никакой улыбки: ни глазами, ни уголками рта. Меня мучает много разных сомнений. Одно из них я озвучиваю, спрашивая, где уверенность того, что и они все, весь мой отряд, все мои мальчики, тоже выживут. Где гарантии? Где гарантия, что Ходжи и Амон не умрут от рук гуля следом за семпаем? Где гарантия того, что я вновь услышу возмущения Такизавы? Где гарантия того, что Джузо после всего этого всё так же будет смешить и радовать меня? Где гарантия того, что мы не лишимся Шинохары, который тут носится с нами, как наш папа?.. Я не переживу, если кого-то из них вновь потеряю.
Улыбка с лица Косуки сошла, он опустил плечи и приобнял меня, поглаживая по плечу. Разница у нас в возрасте побольше будет, чем с тем же Амоном. Наверное, поэтому мне так неловко, когда Амон проявляет элементарную галантность, зато когда Ходжи вот так вот что-то обнимает, ведёт куда-то поесть или ещё что-то, то отношусь к этому спокойно. Косуке больше... как старший брат, которого у меня никогда не было.
— Не думай о плохом, хорошо? — просит следователь.
Я киваю и бросаю взгляд на стол Шинохары-сана. Там лежит приказ о призыве на поле боя самого молодого следователя... Нашего Сузуи... Самого молодого и одного из самым талантливых... За глаза его многие называют молодой версией Аримы-сана. Не безосновательно... к тому же... Джузо одобрил сам глава по просьбе того же Аримы, это уже о чём-то говорит.
Я хлюпаю носом и вытираю слёзы. Вдохнула-выдохнула. Успокоилась. Мадо-семпай бы меня не понял. Это будет первая серьёзная операция с момента начала моей работы координатором.
— Пойду найду Джузо.
***
Где кто, а Джузо был на своём любимом месте на крыше, свисая с перил. Я подхожу к нему, сильнее закутываясь в кардиган. Приметив меня, следователь только с помощью пресса сел нормально. Я упёрлась об перила руками.
— Тебе не страшно?
— Не, я же держусь.
Сузуя сел, на этот раз свесив ноги вниз. Я закурила.
— Я про завтрашнее. Прекрасно же понимаю, что ты упадёшь только если сам того захочешь, — я затянулась.
— И умру тоже, если только захочу, — хитро прищурился Сузуя.
Выдыхаю дым.
— Постарайся завтра без выкрутас. Я не смогу контролировать только тебя, но мне все равно нужно быть с тобой на связи... Вдруг что.
— Мье. Ну уж нет. Мне опять будут капать на мозги.
— Хорошо. Давай настроем приватный канал.
Опять затягиваюсь, держу дым в рту и выдыхаю, сбрасывая пепел вниз саднея.
— Это как? — Джузо заинтересованно подсел поближе.
— Это что-то вроде звонка. Говорить можем только я и ты. И видеть буду только я. Больше никто не сможет подключиться.
Несколько раз кашляю. Сузуя положил голову на плечо. Я хлюпаю носом. Вот и думай, заболеваю или просто наревелась. Горло дерёт.
— Как мне понять, что ты меня не обманываешь?
Парень стал дёргать за свои нити под губой. Я своей рукой убираю его.
— Тебя больше ни один следователь не выдержит.
Улыбаюсь ему. Тот издал смешок и покачал головой. Порой мне кажется, что он просто притворяется сумасшедшим, а его действия в работе... нестандартный подход. Оно же работает, действует, чёрт возьми. Может, он гений, что косит под дурака?
— Ты случайно не младший брат L?
— Кого?
— Ясно. Напомни потом тебе «Тетрадь Смерти» показать.
Дальше воцарилось молчание. Спустя пару минут Джузо решил его прервать.
— Аки-тян.
— М?
— Курить вкусно?
— Нет. Сигареты горькие.
— Сильно?
— Сильно. Горечь остаётся даже в носу и горле. Но это успокаивает нервы. У меня, кажется, к концу этого года их вообще не останеться.
— Поэтому ты вся в чёрном? — я кивнула. — В чём проблема просто не переживать?
— Джузо, — я потушила остатки сигареты и бросила её вниз. — Это нелегко. Нацу жаждет моей крови за «предательство», моей зарплаты не хватает, чтобы оплатить долг за квартиру, даже часть... Если не найду денег – останусь на улице. Брата с сестрой увезли в другую строну. Вы завтра все можете погибнуть. Тот, на кого я всегда могла положиться, уже умер... Я осталась одна с своими проблемами. В этом мире до тебя и твоих проблем всем плевать с высокой горы. Если я решусь завтра спрыгнуть отсюда, никому не будет дела. Если меня выгонят из дома, никто не будет думать о том, что я осталась на улице, и мне некуда идти. Так устроен этот до жути прогнивший и чёрствый мир. К тебе особое отношение: ты сам по себе особенный. И планы на тебя тоже особенные. Если что-то случиться с тобой — это будет сразу видно, это будет невосполняемая потеря, ты такой один... Если умру я... Меня просто заменят. Я не первый и далеко не последний координатор. Единственное, что меня отличает от большинства – знакомство с выдающимся следователем и принадлежность к женскому полу. Лишь эти факторы обеспечили мне место в отряде Шинохары. И то скорее только знакомство с Мадо.
Опять тишина. Кажется, Джузо пытался переварить мой монолог.
— Хочешь сказать, мне не понять?
— Пока нет. Появится кто-то покруче тебя, и на тебя тоже забьют, — я зажмурилась, после выпрямилась и взглянула на него. — Прости. Порчу тебе своим депресняком настроение. Мне надо к психологу, а не...
— Аки-тян, — он приблизился к моему лицу и серьёзно смотрел своими алыми глазами в мои. — Тебя невозможно заменить. Какой долг за квартиру? Я заплачу.
Я улыбнулась, после рассмеялась. Джузо, прошу, не меняйся, оставайся таким же наивным ребёнком. Умоляю. Ты будешь улыбающимся лучиком солнца в всей этой тьме суровой реальности.
***
Почему даже при жизни с бабушкой и дедушкой мы не жили в этой квартире — я начинала понимать. Долг был огромен. Но не максимум, за который могли забрать. Вступив в наследство — мне об этом не сказали. К слову, по закону, обязаны были сказать о всём имуществе, что я принимаю и о сопутствующих долгах, кредитов и иных задолженностях. Да, если вы думали, что если перед смертью вы купите квартиру в ипотеку, и вашим наследникам не нужно будет за неё платить, то вы сильно ошибаетесь. Скорее всего, квартиру продадут по минимальной рыночной цене, и если она не гасит ваш долг, но в остальное наследник уже вступил в иное наследство от вас, то он продолжает платить.
Мои родители до смерти успели заплатить половину ипотеки, так что банк ждал, пока я полностью вступлю в свои права. А поводом заняться этим послужил Нацу. По логике, квартиру должны были уже описать. Возможно, понемногу списывали с счёта, где лежат пособия по потере кормильца. Пособия... Платили каждый месяц 231959 йен. Смешно. Буквально на 150000 тысяч меньше моей зарплаты. Каждый месяц, с моих 12 лет, сейчас мне 20. Восемь на двенадцать... Вроде хватает... Хотя нет. Я брала оттуда на учёбу. Точно, ещё на операцию бабушке... Надо сходить в банк. Боже. Это ещё я не беру в расчёт процент за просрочку оплаты.
Надо лечь спать. Завтра тяжёлый день.