ГЛАВА 52.
Комната будто выдохнула вместе с ними.
После того как за парнями закрылась дверь и стих их сдавленный смех в коридоре, повисла тишина — плотная, тёплая, совсем не неловкая. Диана всё ещё сидела у Артёма на бёдрах, не двигаясь, будто любое движение могло разрушить момент.
Он смотрел на неё долго. Не так, как раньше — не с настороженностью, не с контролем. В его взгляде было что-то новое: спокойствие и выбор.
— Ты понимаешь, что теперь уже не отвертишься? — тихо сказал он, чуть улыбнувшись.
— От чего? — так же тихо спросила она.
— От нас.
Она не ответила сразу. Только положила ладонь ему на грудь — почувствовала, как под пальцами ровно и сильно бьётся сердце. Это почему-то успокоило.
— Я и не хочу, — наконец сказала она.
Артём будто замер на секунду, словно эти слова дошли до него не сразу. Потом его рука осторожно легла ей на талию, притянула ближе — без резкости, без давления, словно спрашивая разрешения каждым движением.
И он поцеловал её.
На этот раз медленно. Глубоко. Не проверяя, а утверждая.
Диана закрыла глаза. В голове вспыхнули воспоминания — первый поцелуй, короткий, осторожный, почти украденный… второй, наполненный тишиной и страхом признаться себе. И этот — третий — был другим. Настоящим.
Она ответила ему, не сомневаясь. Его губы были тёплыми, знакомыми, будто она всегда знала, какими они будут. Он держал её так, словно боялся, что она исчезнет, если ослабит хватку.
Когда они отстранились, Диана всё ещё не спешила слезать с него.
— Ты о чём думаешь? — спросил он, заметив её задумчивый взгляд.
— О том, как странно всё получилось, — призналась она. — Я пришла сюда как заложница… а сейчас…
Она не договорила.
— А сейчас ты здесь потому, что хочешь быть, — закончил он за неё.
Она посмотрела на него внимательно.
— А ты?
Он не сразу ответил. Только провёл большим пальцем по её щеке, задержался.
— Я давно перестал думать, что это просто обязанность, — сказал он честно. — Просто… не сразу понял, когда это стало чем-то большим.
Эти слова осели внутри неё теплом.
Она наклонилась и уткнулась лбом в его плечо, позволив себе на секунду просто быть — без мыслей, без страхов. Он обнял её крепче, и они так и остались сидеть, переплетённые, будто весь мир мог подождать.
— Если Глеб узнает, что мы тут тихо сидели и не ругались, — усмехнулся Артём, — он решит, что это подозрительно.
— А Олег будет утверждать, что «так и знал», — фыркнула она.
Они тихо рассмеялись.
Смех постепенно стих. Усталость накрыла их незаметно — мягко, как плед. Диана почувствовала, как его рука всё ещё лежит у неё на спине, и это было… правильно.
Она закрыла глаза первой.
Артём ещё какое-то время смотрел на неё, на то, как она медленно засыпает у него на руках, и подумал, что, возможно, впервые за долгое время он не чувствует ни тревоги, ни контроля — только желание защитить.
И это пугало его куда сильнее, чем любая сделка.