ГЛАВА 6. Туда же
Её завели в комнату без слов.
Просто открыли дверь, подтолкнули внутрь — не грубо, но так, чтобы было ясно: выбора нет. Диана сделала шаг, второй, и остановилась, услышав за спиной глухой щелчок замка.
Тишина.
Она стояла посреди комнаты, не двигаясь, будто боялась спугнуть что-то невидимое.
Комната была обычной.
Слишком обычной.
Кровать у стены.
Небольшой стол.
Стул.
Окно — без решётки, чуть приоткрытое, откуда тянуло прохладным воздухом.
Первой мыслью было облегчение.
Не подвал.
Не темно.
Не клетка.
Но это чувство длилось всего пару секунд.
Потом пришло другое.
Странное. Тягучее.
Будто она уже была здесь.
Диана медленно повернулась вокруг своей оси, оглядывая комнату внимательнее. Не глазами — телом. Внутренним ощущением.
Слишком знакомо.
Не предметы — расположение.
Не вид — пространство.
— Нет… — тихо сказала она, почти беззвучно.
Она подошла к кровати. Остановилась. Сердце вдруг заколотилось быстрее, без причины.
Здесь она сидела.
Мысль возникла сама, чужая, навязчивая.
Диана резко отступила назад.
— Это не может быть… — прошептала она. — Это просто совпадение.
Она подошла к окну.
Окно было тем самым. Низким. Достаточно широким. Таким, из которого можно выбраться, если очень захотеть. Если рискнуть.
Холодный воздух коснулся лица, и её накрыло.
Через это окно она убежала.
Диана вцепилась пальцами в подоконник.
— Хватит, — прошептала она, словно кто-то мог её услышать. — Прекрати.
Но мысли не слушались.
Всё сходилось.
Комната.
Окно.
Изоляция.
Это было то же место.
Не потому что она видела доказательства.
А потому что внутри всё кричало: да.
Диана отступила от окна, тяжело дыша.
— Это не моя история… — повторяла она. — Это не моя. Я не должна быть здесь.
Но тело уже дрожало.
Паника поднималась медленно, как вода, затапливающая комнату. Сначала — лёгкая, почти незаметная. Потом — выше, выше, не оставляя воздуха.
— Я не хотела… — её голос сорвался. — Я просто… просто проверила…
Она сделала шаг назад, но ноги подкосились.
Диана сползла по стене вниз, оказавшись на полу рядом с кроватью. Колени подтянулись к груди сами собой. Она обхватила их руками, будто это могло удержать её от распада.
— Я не должна была… — шептала она, задыхаясь. — Я всё испортила…
Слёзы пошли резко, без предупреждения. Не красивые, не тихие — рваные, сдавленные. Она пыталась дышать, но каждый вдох давался с трудом.
Комната будто давила со всех сторон.
— Если бы я не… — всхлип. — Если бы я не пришла сюда…
Мысли путались, обрывались. Реальность расплывалась. Тело было слишком уставшим, чтобы держать эту истерику долго.
Постепенно плач стал тише. Дыхание — медленнее. Сил не осталось даже на страх.
Диана опустила голову на колени.
Последняя мысль была простой и тяжёлой:
Она тоже была здесь.
Потом сознание мягко, почти бережно, выключилось.
Диана уснула на полу, у кровати,
в комнате, из которой уже однажды сбежали —
и в которую она сама зашла добровольно.