Брак по контракту

Я сидела на полу у кровати, обняв колени. Комната была тёмная, будто стены сами понимали, что завтра меня продадут как часть сделки. Где-то внизу звенели столовые приборы,родители ужинали, обсуждая меню, гостей, машины... А я думала только об одном:
Меня завтра выдадут замуж за человека, который меня теперь ненавидит.И я тоже.В детстве мы готовы были друг за друга горой стоять,а сейчас будто стоит на против друг друга с пистолетом.
Я потянулась за телефоном 23:41.
Наз не написала. Дастан тем более. Впрочем, я бы и не открыла.У нас была группа с друзьями,туда пришли уведомления
Пользователь Дастан🤍Покинул группу.
Я смотрела на это уведомления очень долго,было так странно,когда то эта группа была настолько живой а сейчас произошло такое.. Я провела рукой по лицу,сухо. Слёзы уже закончились.
В дверь тихо постучала мама, но без её обычной нежности,металлически, коротко.
—София,завтра важный день,ложись пораньше.Платье уже выбрано.Грубо сказала она
Я не ответила.Она постояла пару секунд... ушла.Даже нк закрыв дверь.
Я легла, но сон не приходил. Перед глазами стояли слова отца, как приговор:
«Если завтра не будешь улыбаться,вылетишь с команды.»
«Обнулим все счета.
Внутри всё кипело.Злость.Бессилие.
Отвращение к будущему, которое мне даже выбрать не дали.Я резко села в кровати, будто ток прошёл по телу.
Мысли били в голове одна за другой:
«Моя жизнь — не их проект.»
«Я не обязана быть красивой картинкой.»
«Но если я завтра не сыграю по их правилам...»
«Я потеряю всё, чего добивалась сама.
Вы подумаете разве отец поступит так с дочкой!?Поступит моему отцу лишь бы бизнес и его деньги.
Мои пальцы дрожали, когда я проводила ими по одеялу.
Я лежала думала обо всем,как вдруг.Снизу снова раздались голоса,громкие, раздражающие:
— Цветы должны быть белые!
— Нет, пусть золотые!
— А ведущий? Самый дорогой нужен!
— Чтобы все офигели, поняла?
Я закрыла уши ладонями.Хотела крикнуть.Но сил уже не было.

02:09Я всё ещё не спала.

В комнату резко вошла бабушка. Та самая, которая всегда была тихой. Но сейчас,нет. Она вошла быстро, со строгим лицом, и включила свет.
— Я знаю, что ты не спишь.
Я сжалась, но посмотрела ей в глаза.Она подошла ближе, опустилась рядом.
— Соф... Ты думаешь, я поддерживаю всё это?её голос был низкий, почти шепот. Думаешь, мне нравится, что тебя продают, как вещь?
Я отвела взгляд.
— Но ты всё равно ничего не скажешь.
— Потому что твой отец как камень,тихо ответила она.И если ты сейчас дерзко пойдёшь против, он тебя уничтожит. И морально, и финансово.
Бабушка наклонилась ближе:
— Поэтому завтра... улыбайся. Но запомни,ты не обязана быть счастлива.
Я смотрела на неё, не понимая, к чему она.
Она встала, подошла к двери, но обернулась:
— Войны выигрывают не те, кто кричит. А те, кто ждёт.
Она ушла.
Слова ударили сильнее, чем крики родителей.
Какая война?С другом детства,с которым я росла под одной крышей почти.

04:57
Солнце даже не взошло, а дом уже шумел.
Музыканты приехали раньше, флористы начали таскать ящики, мама кричала в телефон, отец распоряжался парковкой, будто это военный парад.
А я сидела перед зеркалом.С пустыми глазами.С лицом, которое через пару часов должен «украшать» визажист.
С жизнью, которую украсить никто не сможет.
Стучат в дверь.
— София! Пора!
— Иду,ответила я холодно.
Я поднялась.Сделала вдох.Посмотрела на своё отражение.
— С сегодняшнего дня...прошептала я. Ты играешь.
Лицо оставалось безэмоциональным, как камень.
Я открыла дверь.И шагнула в свой собственный ад.

Утро. 09:12.

Комната была забита людьми,стилисты, визажисты, какая-то девочка с парой булавок в зубах, которую я впервые видела. Все говорили одновременно. Все трогали. Все тянули.А я сидела в кресле, как кукла, которую готовят к выставке.
— Подними голову.
— Закрой глаза.
— Открой.
— Не двигайся.
Голоса были вокруг, а внутри пустота.
На кровати лежало то самое белое платье. Длинное, тяжёлое, ослепляюще чистое... и до ужаса чужое. Я смотрела на него, и внутри поднималась такая холодная волна, что даже дышать стало сложно.
— Ты готова?спросила стилистка, словно говорила о празднике.
Я хмыкнула.
— Готова к чему?голос вышел слишком спокойный, почти замороженный.
Она улыбнулась профессионально:
— К твоему дню.
Я повернула голову к платью.Посмотрела на него долго, медленно.И сказала ровно, без тени эмоций:
— Белое платье, которое обычно приносит радость... для меня сегодня выглядит как саван.
Стилистки переглянулись. Одна неловко поправила заколку, другая сделала вид, что не услышала. Но тишина повисла густая, вязкая.Меня начали одевать
Ткань была холодной.Она обтянула кожу так туго, будто пыталась лишить меня воздуха.Каждый крючок на спине звучал как замок камеры.
— Потерпи, не дыши...
— Чуть повернись...
— Ох, как красиво сидит!
А вот и само платье:

Красиво.Слово, которое крутится в голове и звучит хуже, чем оскорбление. Я смотрела на своё отражение.
Взглянула в глаза той девушке в зеркале,чужой, взрослой, сломанной больше, чем хочет признавать.
— София,назвала меня мама с порога. Ну наконец-то. Какая ты... шикарная.
Шикарная.Слово номер два, которое стоит выбросить.
Она подошла ближе, поправила фату,ненужный символ, который мне хотелось сорвать.
— Ты должна быть счастлива,сказала она негромко, как приказ.Сегодня начинается новая жизнь.
Я улыбнулась.Настолько фальшиво, что щеки свело.

В дверь заглянула Назерке.
Её глаза сразу наполнились тревогой,она увидела всё: моё лицо, мою позу, моё безмолвное «спаси».
Она подошла ко мне, и когда оставшиеся вышли, тихо наклонилась:
— Соф, ты держишься?
Я посмотрела на неё.
— Я не держусь, Наз. Я просто не падаю.
Её горло дёрнулось. Она сжала мою руку.
— Ты не одна. Я рядом. До последнего.
—Рядом?Эти безжалостные нелюди не разрешили тебя дружкой взять,якобы ты мне мозги промоешь.
—Я буду за столом друзей,я буду подходить каждый час,хррошо?Сказала она
—Наз как спать с человеком,который мне как брат?
—Пока не думай об этом,может вы договоритесь о чем то?
Я кивнула.Дверь снова открылась,громко, резко.Отец.
—Поехали,гости ждут.Не позорьтесь!
Я встала.
Платье тянуло вниз, будто что-то тяжёлое привязали к ногам.
Назерке поправила мою фату и прошептала:
—Все будет хорошо.
Я сделала шаг.Потом ещё один.
Каждый шаг звучал, как удар сердца, который уже давно не бил ради счастья.
Машина ждала у входа,огромная, белая, кричащая о роскоши.Такую обычно берут для людей, которые действительно хотят этого дня.Мне же хотелось спрятаться под сиденье и раствориться в воздухе.
Отец открыл дверь первым.
— Быстрее, София,процедил он. Люди уже там.
Люди.Как будто я товар, который надо предъявить вовремя, чтобы не потерять сделку.
Я села в машину.Платье заняло больше пространства, чем я сама.Тяжесть подолa давила на ноги так, будто пыталась удержать меня от бегства.Мама устроилась напротив, сразу проверив телефон,гостей, список, цветы,ведущего.Все важнее, чем я.Машина тронулась.
Дом остался позади, но ад — поехал со мной.
Снаружи город жил обычной жизнью.
Люди шли по своим делам, смеялись, ругались, пили кофе...А я ехала на собственную расправу в белом.

Мама заговорила первой, едва отрываясь от телефона:
— Постарайся не выглядеть усталой, ладно? Камеры будут повсюду.
— Конечно,ответила я ровно.Постараюсь выглядеть идеально.
Она не заметила сарказма. Или сделала вид.
Я смотрела в окно.Деревья, прохожие, витрины всё размыто.Как будто мир шёл мимо, а я застряла между двумя жизнями, ни одна из которых не моя.
— Почему такая тихая? спросил отец, неотрывно глядя на дорогу.
Но тон был не заботливый. Контролирующий.
— Экономлю силы,сказала я.
— Вот и экономь. Сегодня нужно быть... приятной.
Приятной.Слово номер три для мусора.Мама добавила:
— Ты же понимаешь, что Дастан тоже не в восторге. Но вы оба взрослые. Справитесь.
Машина свернула на главную дорогу.
Появился баннер ресторана,огромная золотая вывеска, будто клуб для тех, кто любит показать уровень.
Мама всплеснула руками:
— О! Уже люди собираются! Отлично! Все увидят вашу свадьбу!
А я почувствовала, как сердце на мгновение пропустило удар.Мы подъезжали.У входа толпа.Белые ленты, золотые стойки, камеры, телефоны, вспышки.
И среди этого хаоса — он.
Дастан стоял у входа.В чёрном костюме.
Сложенные руки.Холодный взгляд, которым он будто пробивал стекло машины.
Машина остановилась.Отец выскочил первым. Мама вышла следом.Я осталась на секунду внутри, будто дверь,последняя граница между мной и тем, что дальше.
Потом взяла себя в руки.Положила ладонь на ручку.Вдохнула.Открыла.Воздух ударил в лицо,тяжёлый, шумный, с запахом цветов и слишком дорогих духов.
Все головы повернулись ко мне.Но я смотрела только на него.Дастан сделал шаг ко мне.Без улыбки.Без единого намёка на радость.
—Пошли,грубо сказал он.
—Я взяла его за руку.
Мы стояли у входа, рука в руке,чужие, холодные, напряжённые.Камеры поднялись, телефоны вспыхнули, гости зашевелились.Всем нужен был спектакль.И мы им его дали.
—Улыбнись.Сказал он
—Ты тоже!
Мы улыбнулись. Две идеально выученные маски.
Два актёра, которых поставили на главную сцену.
Музыка заиграла,громкая, торжественная, невыносимо фальшивая.Двери распахнулись в зал, и все разом обернулись на нас.
— Вот они!
— Какая пара!
— Настоящие наследники!
— Какая невеста!
— Какой жених!
—Любовь детства!
Слова летели как пули, а улыбка на моём лице только крепла.Больнее всего было то, что никто,ни один человек ,не замечал, что она нарисована.
Мы сделали первый шаг в зал.
Под нашими ногами,роскошная белая дорожка, усыпанная цветами.Та самая, которую мама выбрала «чтобы выглядело богато».Люстры сияли так ярко, будто пытались затмить солнце.
Дастан слегка наклонился к моему уху, не прекращая улыбаться.
— Не думай, что мне это нравится.
— Даже не надеялась,прошептала я в ответ.
Он ухмыльнулся,красиво, идеально, так, что гости тут же принялись перешёптываться:
«Вот это пара...»
«Смотри, какие они счастливые...»
Мы медленно шли между столов, притворяясь счастливейшими людьми в мире.Он держал меня за талию,не нежно, а так, будто выполнял обязательную позу для фото.Я держала его руку,потому что так требовал сценарий. Но под всей этой игрой чувствовалась ледяная дистанция,тяжёлая, плотная, как стекло.
Когда мы подошли к столу,в центре зала Дастан заговорил:
— Мы должны быть идеальными.
— Мы и так идеальные, ответила я.Для тех, кто хочет кукольный дом.
Дружкой была девочка которую я даже не знала,я ее вообще в первый раз вижу.Просто девочка которой заплатили,еще и красиво одели бесплатно.Она что то там делала сама по себе,а я лишь смотрела на свою Назик,близкую,но отделенную.Я вспоминала наше детство:
—Вот я возьму тебя к себе дружкой!Я буду самой счастливой
—Конечно будешь,а Дастан и Алим будут отжигать в зале.
Меня резко из этого состояния вытащил Дастан,которой заговорил:
—Я после свадьбы сразу уеду,дома ночевать не буду.Грубо сказал он
—Ладно,безразлично ответила я
Никто не видел, что два человека, которые заходят как «идеальная пара» на самом деле два солдата, которых вынудили выйти на поле битвы в свадебных украшениях.
Все ждали первого слова ведущего.И только мы двое знали:Мы улыбаемся не потому, что счастливы.
Мы улыбаемся потому, что это единственное оружие, которое нам оставили.