Стирая границы дружбы...
POV Пелагея.
— Билан, не урони мне её! — воскликнула Гагарина, глядя на то, как мы с Димкой скачем по залу.
— Вот-вот! Дурацкие у вас шуточки, — поддержала её мама, но нам было всё равно, и я продолжала сидеть на спине Димы, пока тот наматывал круги по сцене, издавая смешные звуки.
От смеха уже болел живот, а у Димы, наверное, и спина.
— Всё, ставь меня на землю, — хохотала я, — Я всё-таки тяжелая.
— Ничего не тяжёлая, — ответил Дима, но на ноги меня всё же поставил.
— Набегались, мои хорошие? — рассмеялась Полина, — Красные, как помидоры...
— Зато счастливые, как дети, — пробурчал Аксюта, листая какие-то бумажки.
— Я уже и забыла, зачем нас сюда звали, — сказала я, поправляя свою причёску, от которой ничего не осталось.
— Ну, уж точно не для того, чтобы вы тут носились...- усмехнулась мама.
— Мы ждём Лёню. Как только придет — начнем, — ответил Юрий Викторович.
Мы собрались здесь, чтобы узнать дату съёмок и какие-то детали.
Полина заехала сюда за мной, потому что мы собирались пообедать.
Мама привезла сюда меня, потому что моя машина в ремонте, решив, кроме того, всё самостоятельно проконтролировать и записать. Мне сейчас было совсем не до концертов и «Голоса».
Нам дали неделю отдыха после нескольких месяцев репетиций с детьми, и мы совсем не планировали приезжать в «Останкино» в свои законные выходные.
Лёня наконец-то добрался до нас, хоть и с опозданием. Но мы его нисколько не ругали, потому что весело провели время с Димой.
Обсудив всё, что касается съёмок и дальнейших наших действий, мы покинули съемочную площадку.
— Кстати, поздравляю вас, ребят! — сказал Агутин, обращаясь к нам с Димкой, пожимая ему руку.
— С чем? — хором спросили мы.
Лёня растеряно посмотрел на нас. И что с того, что Билан держал меня за руку? Что ж нас теперь женить?
— Мы друзья вообще-то...- отпуская руку Димки, сказала я.
Гагарина издала смешок, поперхнувшись кофе. Мама протяжно угукнула, и даже Аксюта издал какой-то непонятный звук, не обращая на нас внимания и продолжая рыться в своих бумагах.
— Да ну вас! — фыркнула я и направилась на выход.
— Всё хорошо... — загадочно улыбнулся Билан и пошёл за мной.
Да, друзья! Что в этом такого? И это они ещё не в курсе, что Дима уже вторую неделю живёт у меня. Нет, он не затеял ремонт и не травит тараканов. Просто в последнее время он стал таким родным. По ночам мы сидим на подоконнике и разговариваем. Много разговариваем. Рассказываем друг другу всё самое сокровенное.
Димон сразу поднял мне настроение. Он вновь закинул меня к себе на плечи поскакал по павильону. Носились мы недолго, так как нас чуть не убили дверью, и мы решили закончить наши скачки.
— Ты куда сейчас? — тихо спросил он, приобняв меня.
— С Полиной в ресторан едем. Хочешь, поехали с нами? — предложила я.
— Нет, зачем? Вам надо всё обсудить. Что мне там делать? — усмехнулся Димка.
— Вечером приедешь? — оглянувшись по сторонам, тихо спросила я
— А ты приглашаешь?
— Даже не знаю...- я запрокинула голову и будто бы задумалась.
Обычно, когда мы смеялись, Дима говорил что-то вроде: «Как же я тебя обожаю» и обнимал. Сейчас это повторилось, но было как-то иначе. Я даже не заметила, как оказалась прижатой к стене.
— Ну эй! — фыркнула я и легонько стукнула его в плечо, — Вот нас сейчас увидят и поймут неправильно.
— А мне плевать, что они увидят и поймут, — ответил Билан и взял меня за руку.
Ходить за ручку стало нашей традицией. По дому мы передвигались только так, иногда отпуская друг друга, и то ненадолго.
За последнюю неделю я не отдалилась от Димы больше чем на несколько метров ни разу. Мы как будто срослись (плавниками?!).
— Вы ещё не наобнимались? — послышался голос мамы, — Все стены вытерли собой?
— Светлана Геннадьевна, вот что Вы нас ругаете? Мы же хорошие, — заявил Димка, и мы заржали.
— Ненормальные...- усмехнулась мама, - Всё, Поля, я поехала.
Мы с Гагариной поехали в ресторан, а Дима по делам.
— Ты хоть на секунду выпустишь свой телефон из рук? У меня такое ощущение, что я со стеной разговариваю, — возмутилась подруга.
— А я с мамой, — цокнула я и отложила телефон.
— Лучше расскажи, что у вас опять с Биланом? Потепление?
— Мы друзья! — в миллионный раз повторила я. Эту фразу я произносила чаще, чем своё имя.
— Из вас друзья, как из меня балерина, — ответила Полина.
Я закатила глаза.
— Полин, я пока сама ничего не знаю, но мне нравится проводить с ним время, — выдохнула я, — Кстати, балерина из тебя получилась бы неплохая...
— Только поздно мне уже, Поль, в пачке расхаживать, — подмигнула она, — И вам уже поздно друзей из себя строить.
Я пропустила эти слова мимо ушей и перевела тему разговора.
Через полтора часа я уже добралась до дома. А там меня ждал сюрприз. Сюрприз звали Дима, и он готовил ужин. Я забыла, что неделю назад дала ему ключи, так как он практически переехал ко мне.
— А чем это так вкусно пахнет? — спросила я, заходя на кухню.
— Запеченная форель, — гордо заявил Димон и взмахнул ножом, которым резал салат.
— Осторожнее, — усмехнулась я.
-Давай мой руки и садись. Буду тебя кормить, а то совсем исхудали Вы, тётушка Пульхерия! Вон, кожа да кости, — возмущался он.
— Где исхудала-то? — смеялась я, — За неделю совместного проживания с тобой я съела всяких сладостей больше, чем за всю жизнь...
— Ничего не знаю. Иди мой руки и будем кушать, — повторил Дима и подтолкнул меня к выходу.
Форель получилась такая вкусная, что я даже удивилась. Димка умеет готовить. Никогда бы не подумала.
Потом мы посмотрели фильм, а ближе к ночи переместились на наш любимый подоконник, где просидели не уже одну ночь, укутавшись в плед.
— Вот у тебя было такое, что тебе хорошо с человеком, тебя необъяснимо тянет к нему, а ты ничего с этим поделать не можешь и понимаешь, что, возможно, этот человек относится-то к тебе хорошо, но чувств твоих не разделяет? — вдруг спросил Дима.
— Было, — ответила я, — Да и есть...
— И что делать?
— Даже не знаю, — хмыкнула я, — Может рискнуть и спросить об этом прямо?
Честное слово, я не вкладывала в эти слова глубокого философского смысла. Я вообще ничего не вкладывала.
— Поль...- совершенно по-иному глядя на меня, позвал Димон, — А поехали со мной в Париж? Прямо сейчас закажем билеты и рванём?
— С тобой? В Париж? Сейчас? — переваривая информацию в голове, я пыталась понять, что происходит.
— Со мной. В Париж. Сейчас.
— Поехали...- закивала я, не до конца веря во всё это.
— Знаешь, что я сейчас сделаю? — спросил он.
— Что?
— Я сейчас сотру границу, а точнее её остатки. Я сейчас сотру нашу дружбу, Поля...- Дима поцеловал меня раньше, чем я вникла в смысл его слов.
А мне ничего не оставалось делать, как обвить его шею руками и ответить на поцелуй. А следующим утром мы уже пили кофе в одном из многочисленных кафе Парижа и наслаждались обществом друг друга.
Границы дружбы были стёрты, а перед нами были открыты новые горизонты. Новые и неизведанные...