•6•
-Хотел как в дорамах? Научись целовать как в дорамах -сказал Мин сквозь сбитое дыхание. Его руки медленно спустились к ногам проводя по красивым изгибам.
-Юнги....хен...поспи сегодня здесь...пожалуйста...
Мин выдыхает , но все же освобождает ножки Чимина из плена. Младший слазит с таких удобных коленей , но вскоре, когда Юнги уже поднимается с пола оказывается у него на руках. Правда, не так долго, как хотелось бы. Сон сидя сменился на мягкую постель , в которой , если честно было слегка теснова-то. Но все минусы пропадают когда рядом ложится старший и прижимает хрубкое тело к себе. Прижимает , как собственник. А Чимин совершенно не против. Наоборот, сам трется , и делает так , чтоб мятноволосый уткнулся в его шею и обжигал ее своим дыханием. Это словно жизнено необходимо.
***
Еще месяц спустя Чимин уже открыто сох по парню. Он не скрывал влюбленные взгляды, и вовсе не отрицал , что объект его обожания- маньяк. "Любви не прекажишь. " -оправдывал себя мальчик. Он считал, что Юнги, просто жертва обстоятельств. Толи в детстве к нему применяли насилие, то ли он застал сцену убийства.... Обычно же это ставало причиной психичных расстройств в фильмах? Юнги просто нужно показать врачу , и тогда....тогда он сможет любить его открыто.
Чимин сидит на кухне с Юнги. Тот готовит не вкусную, но такую привычную для Пака кашу.
-Юнги?.. Я могу у тебя кое-что спросить?
-Давай -сухо отрезает старший кроша в/кашу куски грибов.
-А ... Тебя в детстве не обижали?
-Как и каждого подростка. Я прошел это, и все нормально.
-Тебя не били? С твоей семьей все хорошо? -ненавящиво спрашивал Пак проводя пальцем по столу.
-С моей семьей все хорошо. И нет, меня никто не бил -тихо говорит мятноволосый ставя талеку перед Паком.
-Может кто-то из твоих близких умер? Может ты застал сцену убийства?
-Малыш, я и сам убиваю. Конечно заставал.
-Нет...может...кто-то другой при тебе убил?
-Хватит строить из себя психолога. Ты фильмов пересмотрел?
-Тогда почему ты убиваешь на право и на лево?! -не выдерживает Пак ударяя по столу, за что вмиг жалеет, получая звонкую пощечину. Он вмиг затихает и маленькими ладонями касается опухшей щечки.
-Потому что мне нравится. -ответил Мин грозно смотря в намокшие от слез глаза.
Чимин старается не плакать, но тихо всхлипывает опустив голову. Мало того, что в душе было плохо, так и щека пекла страшно. Похоже Юнги ничего не жалеет для своего малыша, даже силы.
-Харе реветь и жри !-грозно рычит Юнги утыкая его головой в телеку. Благо она была глубокая, и невкусной жижи коснулись только нос и пару прядей. Когда старший перестает надавливать , он медленно, но начинает кушать чуть ли не блюя. Мальчик плачет , но пытается проглотить свой обычный ужин.
После приема пищи Чимин остается на кухне один...пристегнут к батарее. Видать сегодня Пак должен спать здесь. Юнги явно не оценил ТАКОЙ помощи со стороны младшего. Чим хлюпает носиком. Хотел помочь, а вышло как всегда. Все слезы были выплаканы пол часа назад , а потому мальчик сидит в тишене и втыкает в стол.
-Я-я какой-то не нормальный...почему именно в него? -говорил мысли в слух Пак. Щека все еще пекла, но сейчас же, больше пекла ранка на сердечке. И все таки всем было понятно, что вместе вряд ли они будут. Это понял даже сам Юнги еще давно. Потому в последнее и не проявлял интереса к маленьким пальчикам и пухлым щекам, которые так забавили его. Он бы убил бы, как и 24 жертв до этого, но чтото останавливало. А потому , именно потому и не хочет этих отношений. Вдруг сегодня любит, а завтра убьет?
Хотя и отпустить Чимина не вариант. Вдруг проболтается и Юнги найдут. Найдут, повяжут, запихнуть в дурку или посадят. Свобода , все же , по перспективнее четырех стену.
***
-Тогда , от наручников у меня остался шрам на левой руке, которую он приковал к батарее. Пощечина солна через неделю, и на ее место пришел...синяк...вот такой -Чимин показывает примерный размер синяка, который был как четверть всей щеки парня.
-Яя...я просто хотел выяснить почему он...а он...он...-Пак задыхается от своих же файлы и давится слезами. Он потерает ладонь, словно след ыл недавним. Розоволосый не раз плакал рассказывая, что Джина - его психолого достаточно бесило. Но каменное лицо Ким сохранял отлично. Он выдыет переворачивая блокнот и ждет пока пациент хоть немного успокоится. А Чим словно не знал конца...