Паршивец

18+

— Боже, Зейни, - Малик касается горячими губами шеи Лиама, сильнее прижимая его тело к стене и закрывая дверь на замок, — Обещай, что будешь нежен со мной, - Пейн откидывает голову, чуть ударяясь затылком об стену и прикрывая глаза.

— Обещаю, малыш, - Зейн находит руки ангела, поднимает их вверх и вдавливает в стену, — Всегда и навсегда, - Малик целует каждую частичку лица Лиама, за что получает тихие скрежеты зубами и такие же стоны.

Зейн трётся пахом об внутреннюю сторону бедра Лиама, заставляя того громче стонать и хотеть его сильнее. Пейн опускается на ноги, рывком снимает футболку с демона и, вцепившись короткими ноготками в спину Зейна, царапает её вдоль. Малик шипит, рвёт рубашку на Лиаме и тянет его за руку на себя, к кровати.

Демонёнок снимает обувь с носками и ложится на кровать, замания ангела пальчиком. Лиам облизывает губы, растёгивает пуговку с молнией на бриджах и ползёт к Зейну. Он нависает сверху и соединяет их губы, пока Малик опускает руки на задницу ангела и сжимает её. Пейн трётся пахом о бедро демона, Зейн покусывает его шею, а Лиам снимает спортивные штаны с кареглазого.

— Твою мать, - Лиам тихо ругается, замечая мокрое пятно на боксерах Зейна и очертания плоти сквозь них. Пейн тяжело выдыхает и прикусывает нижнюю губу, в то время как Зейн волнующе следит за ним. Он приподнимает голову Пейна пальцами за подбородок и успокаивающе гладит щеку большим пальцем.

— Я обещал, ты помнишь? - Лиам открывает рот, ведь не в силах при таких условиях дышать носом, и медленно кивает, — Ты веришь мне, Лиам? - Пейн кусает губу до посинения и вновь кивает, — Малыш, я очень люблю тебя. И ты чувствуешь это. Не просто знаешь, а...

Лиам затыкает его горячим поцелуем, Зейн переворачивает их, обвивая ногами Пейна свою талию и толкаясь вперёд, от чего ангел хнычет, желая большего. Малик снимает брижды с Лиама и опускает правую руку на член Пейна. Брюнет цепляется ногтями в левую руку и зажмуривает глаза.

— Зейни...

— Я проспорил тебе минет, помнишь, дорогой? - Зейн спускается к плоти Пейна и переплетает их пальцы. Лиам кивает несколько раз и открывает глаза, пока Малик проводит языком по стволу сквозь боксёры, — Готов? - Он поднимает на него голову, и, как только Лиам опять кивает, возвращается к его губам.

Зейн проделывает дорожку из жарких мокрых поцелуев – от подбородка и до пупка – медленно снимает боксеры с бёдер и кидает их назад. Малик закусывает губу, рассматривая вздутые венки на члене и его размер. Он проводит языком от основания до головки, чувствуя, как по телу Пейна пробегает дрожь, и заглатывает головку. Зейн вырисовывает на ней только ему понятные невидимые узоры языком, сжимая крепче руку Лиама и стараясь взять в рот больше.

Сквозь свои стоны и причмокивания Зейна, Лиам слышит резкие изменения погоды: небо с грохотом заволокли тёмные тучи, грозящие столкнуться друг с другом и пустить гром по всему городу и светящиеся молнии; по листья деревьев шелестят настолько громко от сильного порыва ветра, готового снести жилые дома, что создаётся ощущение, будто это происходит прямо около ушей, – но, несмотря на то, что никакой грозы не обещали, такое ведь тоже возможно в середине жаркого лета?

Малик возвращает сознание Лиама обратно в комнату, к нему, двигая головой быстрее. Он добавляет руку и поднимает глаза на Пейна, после чего Лиам чётко видит расширенные зрачки, как у наркомана, и опрокидывает голову назад, часто дыша. Ангел шепчет «Боже», чувствуя, как Зейн ускоряется, доводя его до «точки кипения». Лиам хватает Малика за волосы, тянет на себя и жарко целует, изливаясь на бельё Зейна.

Пейн суёт руку в трусы демона, щекочет большим пальцем головку, расправляя кожицу. Зейн отстраняется, закидывает ноги ангела на свои плечи и засовывает два пальца в рот. Лиам проглатывает слюну, Зейн смачно облизывает пальцы и приставляет один к заднему проходу Пейна, требуя разрешения. Лиам коротко кивает, Малик сглатывает, целует брюнета в икру и медленно входит одним пальцем в парня, после чего тот весь съёживается и напрягается.

— Я обещал быть нежным, помнишь? - Зейн отстраняется, — Ты веришь мне?

— Да, - Лиам выдыхает и расслабляется.

Малик улыбается и кивает. Он проталкивает палец глубже, слыша скулёжь Пейна, и добавляет второй палец. Лиам сжимает пальцами простынь до побеления костяшек, Зейн целует каждый миллиметр его лица, разводит пальцы в стороны, поглаживая стенки, сжимая пальцы и разжимая, пока не понимает, что его мальчик готов.

Зейн вынимает пальцы, Лиам облегчённо выдыхает и кусает губу. Малик смазывает головку своего члена слюной и проталкивает её внутрь. Пейн опускает руки на шею Зейна, тот входит наполовину, Лиам тянет его на себя, и Малик доходит до конца. Он даёт Пейну время привыкнуть и после его выдоха, означающего «продолжай», медленно двигается в нём.

Он постепенно ускоряется, полностью теряясь в Лиаме: его сознание витает в облаках, где-то между единорогами и радугой; его тело не слушается хозяина, но придерживается его обещанию; ему слишком жарко и холодно одновременно, и только такие же непонятные родные ладошки, коснувшиеся его рук, сбрасывают Зейна обратно на землю.

Лиам, с приоткрытыми губами, мокрой чёлкой на лбу, полностью обнажённый, похожий на чёртову порно-звезду, требует горячих губ Малика на своём теле, и он их получает – Зейн опускается к нему и касается губами шеи ангела, прижигая то местечко, где они были. Лиам царапает спину Малика сильнее, когда тот меняет угол проникновения и задевает простату, но Зейн не против будущего напоминания о сегодняшней ночи.

Когда Малик чувствует свой конец, он опускает свободную руку на изливающийся естественной смазкой член Лиама, проводит пальцем по головке и в темп с собой мастурбирует своему парню, кусая его плечи, ключицы, грудь, шею, руки, – абсолютно всё тело Пейна. Лиам стонет его имя громче, не жалея связок и возбуждая Малика сильнее. Зейн повторяет за ним, капает слюной на ствол ангела и продолжает свою «работу».

Малик изливается глубоко в парня, крича его имя, а за ним следует Лиам, выкрикивая имя демона. Зейн последний раз на сегодня жарко целует Лиама, после чего, обессиленный, плюхается рядом, на кровать, и переваливается на спину. Пейн поворачивает к нему голову, Зейн повторяет за ним, улыбается, целует в лоб и прижимает к себе, облегчённо выдыхая. Пейн счастливо, но устало улыбается и быстро засыпает в объятиях нежного демона.