Паршивец

Эстелия – это та девушка, которой плевать на общество: её волосы переливаются из синего в сереневый; ей идёт к лицу чёрная помада на губах; она может делать идеальные стрелки в любом состоянии; она наносит на ресницы тушь любого цвета; она носит всё, что только пожелает, и надевает то, что даже не сочетается по цвету, потому что ей плевать на других, потому что она живёт для себя, потому что она сильная(или похуистка).

В день знакомства Лиама и Эстелии, вчера, её волосы были сиреневого цвета, но сейчас, пока Пейн лежит на кровати в одной из комнат, он замечает мечущуюся из стороны в сторону девушку уже с синими волосами, которые также переливаются на солнечном свете. Лиам понимает, что Эстелия куда-то собирается, но ему плевать, куда именно.

Он до сих пор не может уснуть, хотя сейчас уже идёт седьмой час. Может, Лиам не может уснуть из-за того, что лежит не в своей кровати, и ему непривычно здесь спать. Может, Лиам не может уснуть из-за того, что часто думает о Зейне и его безопасности. А может, Лиам не может уснуть, потому что не хочет. Кто его знает?

— Эй, Ли, - Дверь комнаты шире открывается, но Лиам никак не реагирует на это: он продолжает лежать на животе, положив руки вдоль тела, с капюшоном на голове, уставясь в стену, — Ты спал сегодня? - Пейн подбирает потёкшую из приоткрытого рта слюну и переворачивается на спину, — Понятно.

Гарри шмыгает носом, обходит кровать и ложится рядом, облакачиваясь спиной на изголовье кровати, позволяя брату положить свою голову на его грудь, что Лиам и делает через пару секунд. Он обнимает кудрявого одной рукой, а Стайлс поглаживает правой его спину до тех пор, пока братец не закрывает глаза.

*

Тёплое тело, что совсем недавно согревало его и лежало под боком, покидает кровать, а после комнату, и Лиам постепенно замерзает без него и просыпается. Он вновь натягивает капюшон на голову, поднимается с кровати и выходит из комнаты. Пейн спускается вниз, умывается, чистит зубы и проходит в гостиную, смежную с кухей, замечая на кухне, за высоким столом, Эстелию, а Луи, как обычно, на диване.

— Зейн здесь? - Лиам не узнаёт свой голос: такое ощущение, будто он сел, потому что Пейн всю ночь кричал команды и на утро сорвал его. Эстелия прерывает свой завтрак и сожалеюще переводит глаза на Лиама, а ему было достаточно одного её взгляда, чтобы начать медленно сходить с ума без Зейна.

— Не парься, Лиам, - Луи машет на него рукой, — Зейн обещал вернуться сегодня целым и невредимым, и я бы предложил тебе всегда верить его словам, потому что он сдерживает свои обещания, - Томлинсон пожимает плечами и выключает телевизор, — Тем более, кто сказал, что Зейн придёт именно утром? День ещё не окончен.

— Заткнись, Луи, - Эстелия фыркает, а парни поворачивают к ней головы, — Из тебя получается успокоительное, как из меня – хлеб, - Девушка вновь фыркает на него и спрыгивает с высокого стула, — Я бы предложила тебе свалить из дома на охоту и насладиться свежей человеческой кровью.

— Окей, - Луи поднимает руки, будто сдаётся, и встаёт с дивана, — Без базара, мадам, - Он усмехается, а Эстелия закатывает глаза, — Зачем кричать, если я самый понятливый чел... Существо на планете? - Девушка указывает пальцем на коридор, — Понял, - Луи кивает и убегает прочь.

— Кто он на самом деле, Эстелия?

— Луи? - Она поднимает брови, кивая в сторону коридора, а Лиам просто кивает, — Он мудак, - Эстелия усмехается. Пейн дёргает левой бровью вверх, требуя пояснений, — Нет, Луи в самом деле мудак, но по сущности он вампир, - Девушка легко пожимает плечами и заглядывает в свой холодидьник, где Лиам замечает живые окровавленные сердца, лежащие в контейнерах.

— А ты кто? - Лиам хмурится и отходит за диван.

— Я? - Эстелия замечает прикованный взгляд Лиама к сердцам, закрывает холодильник и вздыхает, — Я вервольф, - Девушка кусает нижнюю губу, а Пейн наклоняет голову вбок, — Это те существа, которые, обычно, питаются сердцами людей или животных, а в полнолуние оборачиваются в волка.

— И как на вкус сердце человека? - Лиам скрещивает руки на груди.

— Я тот вервольф, который не принадлежит природе и контролирует себя всю жизнь, - Эстелия садится на высокий стул и складывает руки на столе, — Я питаюсь сердцами только тех, кто причиняет боль другим людям или животным, - Она легко пожимает плечами.

— Значит, ты наказываешь тех, кто жесток по отношению к другим?

— Думай, как хочешь, Лиам, - Эстелия усмехается, — Мне плевать, - Она улыбается, — Так, - Девушка обращает внимание на часы, висящие над дверным проходом, и спрыгивает со стула, — Я должна встретиться со своей подругой. Ты пойдешь со мной?

— Нет, я хочу дождаться Зейна, - Лиам мотает головой.

— Как знаешь, - Эстелия пожимает плечами и уходит в коридор, после чего Пейн слышит хлопок двери. Лиам выдыхает, поднимается на второй этаж, заходит в комнату, где он провёл ночь, и ложится на кровать, поправляя капюшон на голове и закрывая глаза.

*

Постоянные шорохи мечутся вокруг ушей Лиама, мешая ему сосредоточиться на сне, но грохот, похожий на звук после упавшего шкафа, окончательно будит Лиама, заставляя открыть глаза и мысленно обматерить того, кто разбудил его. Пейн вздыхает, надевает копюшон и поднимается с кровати. Он покидает комнату и спускается вниз, замечая сидящего на полу Гарри в гостиной.

— Какого... - Лиам подходит ближе, и в поле его зрения попадают Найл, сидящий в такой же позе, и полулежащий на полу Зейн с раной под сердцем(ввиде полукруга), вертикальной царапиной на левой щеке и ссадинами на руках, — Зейн, - Малик поднимает на него голову и виновато улыбается.

— Привет, как спалось? - Зейн шипит, как только Гарри капает перекисью на его ссадины.

— Как спалось? Ты издеваешься? Гарри, Найл, почему никто из вас не разбудил меня, когда вернулся Зейн? - Лиам идёт к ним и садится напротив Малика, на корточки, наклоняя голову вбок и мотая ею.

— Мы не хотели тебя будить, - Найл пожимает плечами и замазывает йодом обработанные Гарри ссадины, — Ты не спал всю ночь, и мы решили, что ты должен выспаться и быть бодрым к приходу Зейна, - Хоран льёт оставшуюся перекись на рану под сердцем.

— Ты не спал всю ночь? Почему? - Малик сжимает кулаки.

— Он сходил с ума без тебя, - Гарри даёт Зейну лёгкую пощёчину по здоровой щеке, а тот довольно улыбается, — Да, Лиам? - Стайлс оборачивается, наклоняет голову вбок и хитро улыбается братцу, пока тот намеревается придушить его во сне.

— Нет, - Пейн поднимается на ноги, — Я не сходил с ума, - Он скрещивает руки на груди.

— Ага, - Найл хмыкает.

— Заткнись, - Лиам шикает на блондина, а тот закатывает глаза, — Мы можем вернуться в наш дом, Зейн? - Пейн указывает большим пальцем за свою спину, пока Малик следит, как Найл заматывает рану под сердцем белым бинтом.

— К сожалению, нет, - Зейн мотает головой, — Есть вероятность, что за домом следят двое парней, которых я не успел убить, - «А что ты, блять, делал с ними сутки, если "не успел убить"?» - возмущается мысленно Лиам. Зейн пожимает плечами, — Так что, если Эстелия, и вы в том числе, не против, я могу предоставить тебе и Гарри мои аппартаменты, - Лиам переводит глаза на Хорана, — Я отвезу Найла домой, к его матери, там он, клянусь, будет в безопасности.

— Операция окончена, боец, - Гарри бьёт его по плечу и поднимается с Найлом на ноги, — Найл, отнеси это обратно в ванную, - Стайлс собирает всё в аптечку и протягивает блондину, тот кивает и удаляется, — Итак, какая следующая остановка?

— Его дом, - Лиам кивает в сторону довольного Зейна.