Между этажей

«Первый шаг делают губы, но настоящий выбор делают сердца.»

———

Ваня проснулся ближе к трём, лениво потянулся, посмотрел на разбросанные вещи в квартире и понял, что сегодня придётся приводить всё в порядок. Он начал собирать чашки, складывать одежду, мыть посуду, подметать пол, хаос после нескольких дней отсутствия порядка давал о себе знать. Вдобавок, он знал, что Маша сегодня приходит на ночевку, и хотел, чтобы всё выглядело аккуратно. Ближе к четырём часам Ваня написал Маше:

— Привет, как дела? Всё в порядке на работе?

— Привет, — ответила она почти сразу. — Да, всё нормально. Сегодня заканчиваю в полседьмого.

— Понял, — написал Ваня, — я тогда буду готов встречать.

Время шло, Ваня закончил уборку, проверил холодильник и расставил всё, чтобы Маша могла сразу почувствовать себя уютно. Когда часы приблизились к полседьмому, он выехал из дома, чтобы её забрать. На улице они встретились, тепло поздоровались. Ваня положил руки Маше на талию, а она, словно не выдержав момента, притянула его за воротник куртки и поцеловала. Целый день казался таким обычным, но этот короткий момент придал ему особую теплоту.

По пути до квартиры они смеялись, обсуждали мелочи, шутки с работы, стримы. Добравшись домой, сразу принялись готовить ужин. Ваня нарезал овощи, Маша доставала специи и проверяла, хватает ли продуктов. Иногда они случайно сталкивались локтями, и это всегда вызывало смех. Когда Ваня аккуратно мазнул сметаной нос Маши, она вскрикнула, они оба расхохотались. Чуть позже, наконец, ужин оказался на столе. Маша пошутила: «Ты хороший повар», а Ваня ответил с притворной гордостью, и они снова засмеялись.

Они вдвоём плюхнулись на кровать почти одновременно, Маша первой, Ваня следом, и матрас мягко прогнулся под их весом. Маша откинулась на спину, вытянувшись так, будто наконец отпустила все силы после дня. Ваня лёг рядом, руки закинул за голову, кинул на неё взгляд сбоку — тот самый, слегка наглый, слегка хитрый.

И Маша этот взгляд поймала.
И сразу же, не поднимая головы, закатила глаза так выразительно, что он коротко усмехнулся.

Она тоже усмехнулась, уже понимая, что сейчас начнётся. Он повернулся к ней боком и слегка толкнул локтем в бок, едва-едва, как будто случайно. Она тут же толкнула его в ответ, уже сильнее. Он чуть подвинулся и «случайно» зацепил её плечо. Она снова фыркнула и демонстративно отвернулась, поджав губы.

Всё это было настолько очевидно в шутку, что оба чуть ли не синхронно начали смеяться.

Ваня продолжал что-то невинно комментировать, цепляя её мелкими подколами, замечая, как она надувает губы, как изображает «обиду», как тяжело вздыхает специально, чтобы он услышал. И чем больше он подкалывал, тем сильнее Маша старалась сохранять «серьёзность» но с каждой секундой её губы дрожали всё сильнее, будто вот-вот сорвутся в смех.

И в один момент она резко повернулась на бок к нему, потом перекинула ногу через него и оказалась на нём, аккуратно усевшись на его бёдра.

Он даже не успел моргнуть как она уже схватила его за запястья и уверенно прижала его руки по обе стороны его головы. Волосы упали вперёд, лёгкой волной скользнув по его плечу.

Маша наклонилась, глядя сверху вниз с видом строгим настолько, что он снова чуть не рассмеялся.

— Ну-ка... — протянула она тихо, почти шёпотом, — давай, повтори. Повтори то, что ты там говорил.

Она держала его руки крепко, но нежно, так, что он легко мог бы вырваться, но не делал этого. А он лежал под ней, чувствуя её легкий вес, упор её рук, её горячее дыхание, которое касалось его подбородка, когда она склонялась ближе.

Он слегка двинул плечом, будто собирался освободиться.

— Ага, — произнесла Маша, прижимая его руки ещё плотнее. — Вот так вот. Даже не пытайся.

Он снова напряг мышцы рук — аккуратно, играючи и она на секунду потеряла равновесие, но удержалась. На её лице промелькнула искорка, смесь серьёзности и смеха. Ваня смотрел на неё снизу вверх, в упор, и эта близость была чем-то новым — приятным, медленно нарастающим.

Через секунду она всё-таки не выдержала: уголки губ дрогнули, и она расхохоталась, отпуская его руки. Затем села ровнее, но осталась сидеть сверху, положив руки на грудь, и опустив грустно голову вниз. Будто изображала что вот-вот расплачется.

— Всё, хватит, — сказал Ваня, и прежде чем она поняла, что он делает, он резко потянулся вперёд и начал щекотать её за бока.

Она завизжала, захохотала, уцепилась за его предплечья, пытаясь оттолкнуть его руки.

— Вааань! Перестань! Я упаду!

Он поймал её за талию обеими руками, чтобы она точно не завалилась и в тот же миг они обоим разом замерли.

Она сидела на нём, его пальцы обхватывали её талию, её ладони лежали у него на груди, слегка сжимая ткань его футболки. Их дыхание почти совпало. Маша подняла взгляд, прямой, спокойный, уже без смеха.

Несколько секунд они просто смотрели друг другу в глаза, будто впервые осознавая, в каком положении они находятся.

Маша медленно наклонилась. Её губы были в нескольких сантиметрах от его. Она уже тянулась, и он это чувствовал, по лёгким движениям её тела, по тому, как напряжённо замерли её пальцы.

И вдруг, в последний момент, она резко отвернула голову в сторону и рассмеялась, откидываясь чуть назад.

Ваня на секунду просто моргнул.

— Да ты издеваешься? — Ваня приподнялся на локтях. — Серьёзно?

— Да, — выдохнула она сквозь смех.

Она только продолжала хихикать.

Он, чуть приподнявшись, обхватил её лицо ладонями, притянул к себе и поцеловал — уверенно, без сомнений, без пауз. Поцелуй вышел тёплым, глубоким, таким интимным, от которого обоих накрыло сразу.

Маша закрыла глаза, пальцы плавно скользнули по его груди, цепляясь за ткань футболки и чувствуя как его дыхание становится чаще. Она наклонялась ближе, сильнее, да так что ее грудь уже лежала на его теле. Она позволила себе полностью расслабиться, моментами ерзая и извиваться как змея. Его руки медленно влились в эти движения, одна легла ей на талию, другая поднялась выше по спине, под ткань её футболки, тепло касаясь кожи.

Поцелуй становился всё медленнее, но глубже. В комнате слышались только их дыхание, лёгкий шорох их движений, когда они всё ближе прижимались друг к другу и почмокивания губ. Несколько раз они отстранялись совсем чуть-чуть, чтобы вдохнуть, и снова возвращались к друг другу.

И в этот момент его руки начали медленно скользить вниз по талии. Он не спешил, будто проверял каждую реакцию. Маша чуть прогнулась, невольно, и её пальцы сами собой отцепились от его футболки и переместились ему на плечи.

Теперь их движения были синхронными, сближенными.

Ваня медленно потянулся губами к её шее. Он коснулся кожи настолько осторожно, что у Маши пошли мурашки по коже. Она втянула воздух и чуть наклонила голову, открывая ему место, неосознанно поддаваясь.

— Ваня... — выдохнула она едва слышно, даже не успев подумать.

Его губы прошли по её шее чуть ниже, теплее, мягче, и её руки сами легли ему на ключицы, потом выше, на шею, пальцы осторожно поглаживали его кожу.

Маша снова наклонилась к нему, но теперь уже не играя, а будто ей действительно хотелось быть ещё ближе. И когда она прижалась к нему сильнее, Ваня сделал резкое, уверенное движение: обхватил её обеими руками, прижал к себе плотнее и перевернул их, ловко и быстро.

Маша оказалась под ним, раскинув ноги по бокам, чтобы парень удобно устроился, затем обхватила его торс ногами чуть со смущённой улыбкой, которую она никак не могла убрать. Её волосы разметались по подушке, грудь вздымалась часто, взгляд скользнул по его лицу и остановился на глазах.

Ваня навис над ней, опираясь на руки по обе стороны её головы, стараясь не навалиться всем весом. Но наклонялся всё ближе — так, что их дыхание снова смешалось.

Он посмотрел на неё секундой дольше, будто ждал малейшего сигнала.

Маша не заставила его ждать. Она медленно подняла руки и, проведя кончиками пальцев по его груди, прошла ими вверх — к вороту его футболки. На секунду она задержалась, заглянула ему в глаза, будто спрашивая без слов.

Убедившись, что ему тоже хочется продолжения, она взялась за край его футболки и медленно потянула её вверх. Ткань слегка зацепилась за его плечи, и Ваня сам поднял руки, помогая ей снять. Маша аккуратно освободила его голову, откинула футболку куда-то в сторону, на пол или на край кровати.

Он остался над ней, слегка смущённо улыбаясь, но при этом с таким взглядом, что у Маши внутри всё перевернулось.

Ваня провёл ладонью по её щеке и немного наклонился ближе. Но уже в следующую секунду его пальцы легли ей на талию, почувствовали край её футболки и он опять замер, давая ей самой решить, хочет ли она продолжения.

Маша только выдохнула, слегка приподнявшись навстречу. Тогда он медленно, почти нежно начал приподнимать её футболку снизу, скользя руками по её талии, рёбрам, бокам. Она слегка подняла руки, позволяя ему снять её одежду. Когда футболка оказалась рядом с его, Ваня на секунду задержал дыхание.

На Маше было аккуратное, симпатичное бельё — не показное, а наоборот, милое и очень ей подходящее. Нежного цвета, с тонкой тканью и аккуратными линиями. И главное красивое на ней, словно она даже не пыталась выглядеть эффектнее, чем обычно.

Ваня непроизвольно улыбнулся. Не из-за вида, а из-за того, как хорошо ей это всё подходило, как по-симпатичному и по-настоящему она выглядела.

Она слегка закрыла лицо руками от неловкости, но он мягко убрал её пальцы в стороны.

— Ты очень красивая, — сказал он чуть тише обычного.

Маша покраснела, но улыбнулась в ответ.

Пальцы Вани вновь легли ей на талию, увереннее, чем раньше, и теплее. Она притянула его ближе, проведя руками по его плечам. Он наклонился, снова коснулся её губ, но теперь поцелуй был медленнее, насыщеннее. Его ладони осторожно изучали линию её талии, контуры её спины, будто он запоминал прикосновения.

Потом он склонился к её шее, продолжая то, что начал раньше. Его губы прошлись по той же точке под ухом, где она дрогнула в первый раз. Маша тихо выдохнула и потянулась к нему ближе, ладонями скользнула ему по спине, от лопаток вниз.

Он снова поднялся над ней, посмотрел ей в глаза — и в следующую секунду уверенно, но мягко перевернул её, так что она оказалась сверху всего на миг, а потом уже он аккуратно уложил её обратно, сам оставаясь над ней, опираясь на руки по бокам.

Движения стали ещё ближе, ещё интимнее. Маша положила ладони ему на грудь, чувствуя, как часто он дышит. Он наклонился и поцеловал её снова. Её пальцы скользнули по его ключицам, затем вверх к шее, играли с его волосами.

И где-то между этими прикосновениями, поцелуями, медленными движениями их тел друг к другу — воздух между ними стал слишком горячим, чтобы остановиться.

И шаг за шагом, прикосновение за прикосновением, этот вечер стал тем, к чему шёл уже давно.