28.Я не могу/I can't
Erica's POV
Что он делает? Все мои нервы окончательно вскипают. Я не планировала ехать с Иэном, но одна из подруг Кристен не смогла поехать, поэтому Хит предложил пригласить Иэна. Так я и сделала. Сейчас играет моя любимая песня, и Найл не смотрит ни на кого другого. Чувствую, как Иэн напрягается возле. Когда Найл начинает свою часть, я замираю. Он не разрывает наш зрительный контакт. Весь остальной шум на стадионе исчезает, словно есть только мы, только мы вдвоём. Ничто другое не имеет значения.
Он только что подмигнул мне? Судорожно оборачиваюсь, возможно, это предназначалось не для меня; Кристен ничуть не смутилась от увиденного, она наоборот слегка подталкивает меня, чтобы убедиться, что я видела. Песня заканчивается, и тут я замечаю следующее. Найл просто шлёт мне поцелуй. Поцелуй. Какого хрена это должно означать?
Нервозность сменяется гневом. Моё лицо становится каменным. Смотрю на Иэна, замечая, что он видел всё это.
— Я скоро вернусь, — говорю ему, просто уходя. Показываю свой пропуск, чтобы пройти за кулисы, не обращая внимания на всех, кто только пытается заговорить со мной. Когда я вижу всех пятерых, смеющихся и подшучивающих, я набираюсь мужества, подобных порывов у меня никогда не было. Подхожу к Найлу сзади, хватая его за руку, она слегка влажная от пота, но меня это не волнует.
Просто веду его в первую попавшуюся комнату.
— Какого хрена ты творишь? — кричу на него, он выглядит сильно потрясённым и смущённым, я никогда до этого не кричала на него. Я сама немного в шоке от себя.
— Я-я просто думал... — он заикается.
— Ты просто думал? Что ты думал, Найл? — кусаю внутреннюю сторону щеки, чтобы сдержать себя и не нагрубить ему сильнее. Мне хочется ударить его.
— Я не знаю, ясно? — он внезапно выпускает наружу нервозность, выглядя заметно расстроенным; он разворачивается, пиная воздух. Возможно, тот день, когда он может рассказать мне, что происходит, наконец-то настал.
— Что ты пытаешься провернуть? Я здесь с другим, — говорю, словно он не знал этого.
— Зачем ты вообще приехала с ним? Чтобы показать, насколько тебе хорошо с ним и утереть мне нос? — он складывает руки на груди, хмурясь.
— Я приехала с ним, потому что он любит 5 Seconds of Summer. И он мой друг, как Кристен и Хит. Я не понимаю, почему, блять, тебя даже это волнует. Ты просто ушёл. Ты не заботился обо мне всё то время, что меня не было! — не помню, когда материлась в последний раз, что заставляет меня почувствовать себя глупо, но мне нужно это сейчас. Почему он считает, что это нормально — слать мне поцелуи и подмигивать во время собственного концерта? «Little Things» — моя любимая песня, а он всё испортил. Я, возможно, уже могла бы начать отношения с Иэном, но, увидев Найла, все мои прежние чувства вернулись.
— Какая разница, Эрика?
— Есть разница, Найл. Нет, я хочу знать, почему это тебя беспокоит, — смотрю на него в поисках ответов.
— Это не так, — он пытается расслабить тело, отвернувшись от меня к зеркалу за его спиной. Он может считать, что выглядит расслабленным, но я знаю его в течение многих лет; он далеко не расслаблен, внутри его тело кричит, я знаю это.
— Прекрати нести эту чушь, лжец, — единственные слова, которые я произношу. Знаю, что он ненавидит, когда его называют лжецом, знаю, что это может вывести его из себя. Я просто хочу, чтобы он был честным, перестал скрываться. Я устала от его пряток.
— Прости? — он оборачивается. Я буквально чувствую напряжение в комнате. Нас не беспокоит, что нас могут услышать; могу заметить, что кто-то из персонала или их команды постоянно проходит мимо двери, вероятно, останавливаясь, чтобы подслушать наш спор.
— Ты слышал меня, Найл. Я назвала тебя лжецом, — постукиваю ногой по полу. Он невероятно бесит меня прямо сейчас. — Скажи мне правду. Почему это так волнует тебя? — нормальное общение, очевидно, вообще не срабатывает с ним. Я устала быть всегда ласковой с ним, это утомительно.
Он замолкает, садясь на диван, обхватив голову руками.
— Я не могу, — его шёпот еле слышен. Напряжение в комнате медленно исчезает, я не ожидала от него такой реакции.
— Почему нет?
— Потому что ты здесь и с ним! — он огрызается на меня, я вижу, как дрожат его губы. Что с ним происходит? Я не знаю, что сказать, поэтому только молчу. — Ты с ним, понятно? Я другой на сцене, там я не боюсь, — он начинает объяснять, его голос успокаивается.
— Так скажи мне сейчас. Здесь только ты и я. Найл, здесь больше никого нет. Что происходит? — сажусь рядом с ним, но не очень близко, не хочу, чтобы он закрылся снова.
— Я не могу, — он повторяет.
— Хочешь, я не буду даже смотреть на тебя, Найл? Я обещаю. Пожалуйста, просто объясни мне, что происходит, — я умоляю его. Почему он такой?
— Эрика? — стук дверь привлекает наше внимание. — Нам пора уезжать, — это Иэн. Конечно.
— Это твой последний шанс, Найл. Пожалуйста, — я встаю и поправляю свои джинсы, вдруг решая покончить со всем этим. — Я в любом случае не знаю, почему ты так ведёшь себя. Ты даже не спрашивал как я с тех самых пор, как я уехала. Ты постоянно спрашивал меня о своих вещах или подобном, но ты никогда не интересовался, какого мне, — это правда. Я устала носить это в себе, желая уже узнать правду. Жду от него ответа или ещё чего-нибудь.
— Спасибо, что пришла сегодня, — он плотно сжимает губы, когда я двигаюсь к выходу; слёзы стоят в моих глазах. Я не могу поверить в это, ему нечего мне сказать. Я оборачиваюсь в последний раз, замечая, как он прячет пальцы в волосах. Делаю глубоких вдох и набираюсь мужества снова.
— Да пошёл ты, Найл. Я была там для тебя, я поцеловала тебя, а ты просто исчез. Я никогда не была так смущена. Я знаю, что ты соврал про встречу. Я дала тебе два года, чтобы ты сказал мне это. Два года! Тебе придётся найти кого-нибудь другого в качестве домработницы, я не вернусь в твой дом, когда приеду в Лондон. Я устала. Увидимся когда-нибудь, — не жду ответа, просто выходя, аккуратно закрывая за собой дверь. В очередной раз он ничего не доказал мне. Я больше не могу так.
— Всё хорошо? — Иэн спрашивает меня, встречая в коридоре, пытаясь улыбнуться, но я знаю, что он также запутался и ему вполне может быть неловко от всех этих событий, что произошли сегодня. Я не виню его. Прохожу мимо гримёрки мальчиков, ничего не говоря. Знаю, что если увижу их сейчас, то точно разрыдаюсь. Прямо когда мы проходим мимо гримёрной, дверь открывается, и я мельком замечаю всех, а также выходящего Луи.
— Эрика, — он улыбается мне, но тут же перестаёт, когда видит моё лицо. — Всё в порядке? — он спрашивает.
— Да, всё хорошо. Найл там, — указываю на дверь. — Тебе лучше проверить его, — натягиваю улыбку, но знаю, что все здесь понимают, насколько всё ужасно. Луи кивает, а Иэн уводит меня отсюда.
— Ну, я знаю, что это не моё дело, но ты и Найл? — Иэн спрашивает, когда мы проходим через охрану и толпу кричащих девушек, мельком ожидающих увидеть парней.
— Хм, мы просто друзья. После того, как моя квартира сгорела, я жила у него два месяца, — объясняю, надеясь, что он больше ничего не спросит.
— Ну, думаю, ты нравишься ему больше, чем как просто друг, — он неловко посмеивается. Я знаю, что нравлюсь Иэну, и, если честно, меня влечёт к нему, но после встречи с Найлом все мои чувства вернулись.
— Просто друзья, — стараюсь заверить его.
— Ты же знаешь, что это не так, — он произносит, отчего я останавливаюсь и смотрю на него. — Я не хочу быть грубым, но очевидно, что у вас с ним незаконченное дело. Я уже проходил через подобное раньше, — он так спокоен. Вот почему он такой хороший?
— Возможно, что у нас и есть незаконченное дельце. Но он не делает никаких шагов. Я иду ему навстречу, а он — ничего, — пожимаю плечами.
— Может, он просто нервничает. Он ещё не готов сделать следующий шаг. Знаешь, ты была довольно пугающей, — я смеюсь.
— Я далека от этого, — мы продолжаем идти дальше. — Где Хит и Кристен? — спрашиваю, пытаясь сменить тему.
— Они сказали, что мы встретимся уже в машине, — мы находим выход, возвращаясь на улицу, где ночной воздух возвращает в нас жизнь. Свежий, прохладный воздух, тот самый, которого так не хватало на стадионе, где душно даже несмотря на то, что арена открытая. — И ты не была пугающей, скорее, ты была полна страсти.
— Спасибо и на этом. Мы были друзьями в течение долго времени до тех пор, пока я не поцеловала его, ещё до того, как уехала сюда. Когда я проснулась, его уже не было. Он только писал мне, чтобы задать глупые вопросы. Он даже не спросил меня, как я или что происходит между нами, — не знаю, зачем, но говорю всё это Иэну. Почему я стала такой эмоциональной?
— Ну, как я сказал ранее, может быть, он просто нервничает. Не осуждай его выбор, если не понимаешь его мыслей, — разговор с Иэном не проливает новый свет на мою ситуацию с Найлом, кроме как разговоров о его нервозности. Я и без того знаю, что он нервничал. Я не в новинку для меня, я просто устала ждать, когда он наконец-то наберётся мужества. — Эрика, ты правда нравишься мне, но я не думаю, что ты готова к отношениям, когда всё ещё где-то там думаешь о Найле, — Иэн говорит, он тоже нравится мне, что немного ударяет по моему эго. — Всё это имеет смысл. Я знаю, что ты хочешь забыть его, но я не хочу такого. Я не пытаюсь тебя обидеть, но мне просто хочется убедиться, что ты готова к отношениям со мной, — он отпускает мою руку, идя вперёд.
— Прости, — шепчу в темноте.
— Не нужно извиниться. Мы все проходим через это. Но только если Найл оступится, или ты перестанешь думать о нём, то позвони мне, — он посмеивается, стараясь улучшить царившую атмосферу.
— Ты будешь первым, кому я позвоню, если это произойдёт, — улыбаюсь, и мы, наконец, доходим до нашего автомобиля. Я думаю, что так устала от того, что пыталась забыть Найла. Я устала от сердца, что он разбил. Все говорят, что он заботится обо мне, все говорят, что я должна дать ему время, но сколько ещё времени я должна ему дать? Чем только я уже не пожертвовала ради него.
Занимаю заднее сидение рядом с Иэном, взяв его за руку и положив свою голову ему на плечо. Почему Найл «не может»? И почему я просто не могу быть с Иэном, который явно заслуживает лучшего?