Бегущие к Свободе

От первого лица :
— Что?! — вскрикнула я и тут же внутри всё сжалось. — Но этого не может быть! — крикнула я дрожащим голосом. — Не может!
После этого я быстро поднялась с колен и зашла в вагон. Сейчас там уже никого не было — все вышли. Только... Были цепи, висящие над сиденьями и прикреплённые к потолку вагона.
Я поняла — Ньют ошибиться не мог. И пошутить тем более. К горлу подступил ком, ноги задрожали. Все эти пол года были зря. Всё напрасно. Ничего не получилось!
Я подняла какой-то камень с пола и с громким криком кинула его в стену, что даже вмятина осталась.
Тут же в дверном проёме показалась запыхавшаяся Бренда.
— Что случилось, Эмми? — спросила она и устало прислонилась к стенке вагона.
— Тех, кого мы должны были спасти, здесь нет и не было. — проговорила сквозь слёзы и ком в горле и после сказанного во рту почувствовался горький привкус слёз.
— Мне жаль... — только и сказала она и посмотрела на меня с грустным видом. Я понимала, что она действительно сильно сочувствует. Но ей ведь не понять этого. Она не была длительное время знакома с Лиззи, Чаком и Минхо. Я выбежала из вагона и Бренда крикнула мне в спину; — Эмми! Стой!
Но я её не слышала. Да и вообще никого не хотела слушать. Пока я бежала, я даже не думала об большой усталости и тому подобное. Хотелось просто упасть и ждать. Ждать итога всего происходящего. Сначала Тереза всё испортила, теперь неверно выбранный вагон Порока.
Я прибежала в свой сарай и с грохотом захлопнула дверь. Я упала на колени перед своим гамаком и опустила голову на пол. Потом сжалась у самого дальнего угла сарая и заплакала себе в руки.
Спустя минут десять этой беспомощности, я поняла, что силы меня покидают. Не стала ложится на свой гамак, а просто легла на холодном полу в этом же углу и буквально за минуту заснула.

— Эмми! Эмми! — я услышала приглушённый из-за своей сонности голос Ньюта. Он отчаянно тарабанил в дверь.
А я не хотя вставать от слова совсем. — Принцесса, ну, выходи же наконец!
От услышанного я аж вздрогнула и сон как рукой сняло. Будто и не спала до самого вечера — и действительно. В маленьком тусклом окошке сверху сарая было темно и виднелась яркая Луна.
Ньют давно не называл меня этим прозвищем. Скажу честно, стало приятно. Я с болью в теле поднялась с пола и медленно побрела к двери, которую несколько часов назад чуть ли не выбила. Всё затекло, ведь я легла в неудобной позе для сна.
И вот, я уже отпираю замок, а Ньют всё колотит в дверь. Либо кулаки скоро сломаются, либо дверь.
— Боже... — с этим сказанием я открываю дверь и прямо мимо меня проносится кулак. — Ты вообще уже?
— Извини... — сказал Ньют и слегка улыбнулся. — Я хотел тебя быстрее разбудить.
— Как видишь, — начала я и медленно  в шутку поклонилась. — я стою перед тобой.
— И слава Богу, а то Бренда опять себе места не находит. — сказал Ньют и глубоко вздохнул. — э-э-э... В общем! Мы все там собрались в главном здании, чтобы обсудить дальнейшие действия. Либо в Тихую Гавань со спасёнными имуннами, либо же забирать наших.
— И... Каковы результаты? — спросила я и с интересом взглянула на него.
— Тебе ждём, глупая. — сказал он и усмехнулся.
Я лишь демонстративно закатила глаза и пошла быстрым шагом к главному зданию.
— Да почему ты постоянно убегаешь! ? — воскликнул Ньют и, догнав меня, взял за руку.
— Эй! — я попыталась всеми силами вызволить руку. — Отпусти, сталкер!
— Не-а. — коротко ответил он и наклонил голову на бок, чтобы явно получше посмотреть моё рассерженное и смешное лицо. А затем он засмеялся во весь голос.
Я воспользовалась этим и со всех ног побежала к зданию, до которого мы уже почти дошли.
Мой маленький домик находился прямо на песчаном пляже у моря, конца которого я не видела. Поэтому я каждый день засыпала под шум моря. А просыпалась от того, что мне кто-то, даже совершенно не знакомый мне, тарабанил в дверь и велел идти и помогать чинить корабль.
Особо большого толку при починке старого, но тем же временем огромного корабля, от меня не было. Я лишь хорошо разбиралась в мелких мехонизмах — в детстве у какого-то очередного врача украла научную книгу с его рабочего стола. А так как другим, чем спать или читать эту книгу в свободное время, заняться было нечем, то эту научность я перечитывала раз пять и всё выучила до конца своей жизни.

И вот, я буквально влетаю в здания, а в мою спину врезается Ньют. Я чуть-ли не падаю, но успеваю ухватиться за маленький выступ в стене и сделала широкий шаг вперёд, чтобы уж точно не упасть.
— Вы, ребятки, я вижу, уже повеселится успели? — безразличным голосом спрашивает Винс и оглядывает нас с ног до головы, будто мы только из грязи вынырнули.
Спустя три секунды, Томас и Бренда начинают громко смеяться над двусмысленным высказываем Винса. Ньют тоже начинает смеяться и я удивленно на него смотрю.

Собрание идёт долго, но в то же время — бессмысленно. Ведь Томас, Ньют и я постоянно твердим, что нужно вернуться. А старшие только и отвергают все идеи, которые только у нас были. Всё бессмысленно. Только Бренда почти молчит и смотрит на человека, сказавшего очередное мнение, с недоверием. Иногда может что-то коротко поддержать или наоборот.
И так продолжается целых два мучительных часа.

Во время очередного спора про продуманный Томасом план, у меня внезапно начинают сдавливаться лёгкие. Я начинаю активно и громко откашливаться, но и это больно делать. А дышать тем более... Бренда это замечает и смотрит на меня со страхом в глазах.
Беря что-то из сумки она быстро подходит ко мне и уводит за руку на ночное открытое пространство.
— Опять началось? — спросила Бренда, быстро раздавливая какие-то очередные таблетки от врачей. А затем суёт их со своей ладони во флягу с водой.
— Видимо... — охрипшим голосом произношу я и начинаю пить воду с растворившемияся таблетками.
Спустя минуту молчания мне становится легче.
— А если... Если это Вспышка? — спрашивает Бренда и я вижу, как на её глазах блестят слёзы.
— Бренда, я весь свой подростковый возраст провела рядом с тремя клетками шизов без особого защитного костюма и тому подобное. Да и к тому же, я иммун. — отвечаю я и останавливаюсь около моря. Старые кроссовки тут же начинают промокать и я отхожу чуть подальше, чтобы волны не задели.
— Вдруг иммуны тоже могут заразится? — неунимается сестра. — И вообще... Ты видела когда-то свои анализы крови? Не уж то поверила каким-то врачам из Порока, что у тебя почти  стопроцентный иммунитет?
— Не видела... — тихо ответила я, немного задумавшись. — Но смысл им врать? Это не может быть вспышка, хватит...
— Да что "хватит"? Что "хватит", Эмми? — начинает говорить она и её голос тут же срывается на сдавленный от слёз крик. — А вдруг ты умрёшь завтра? Представь только... Захожу к тебе в сарай, чтобы позвать на завтрак, с по итогу вижу чёрно-венного человека без глаз...
Последнее предложение она сказала шёпотом и прислонившись к какому-то камню, она со скользила вниз и упала на мокрый гладкий песок. Я тут же села рядом с ней и приобрела за плечи.
— Если так хочешь, то могу ещё раз сходить к врачам... — говорю я и глубоко вздыхаю.
— Да толку от них... Если и в правду... Вспышка... — это слово явно ей довелось с трудом, после того, как она это пережила... — То тут может помочь только Мэри. А её пристрелили.
— Это да... — отвечаю я и уже у меня наворачиваются слёзы. — Ты тут будешь сидеть? Просто если да, то я пойду отдыхать.
В ответ получаю лишь слабый кивок и взгляд страха.
Я легонько отпустила сестру из объятий и поднялась с песка. После этого, ещё постояв секунд тридцать — вдруг Бренда передумает, я медленно побрела в сторону своего домика.

Лежа на гамаке, я начала действительно варить своими мозгами — думать, что вообще со мной происходит.
Всё это было действительно похожи на первые признаки ужасной Вспышки. Только... Если внимательно вспомнить подростковые обучения в Пороке, то можно понять, что мои симптомы соответствуют воздушно-капельной передаче Вспышки, а никак не укуса.
Укус порождает тело за считанные часы — как было с Брендой.
А вот в случае с воздушно-капельной передачей Вируса — поражение мозга может продлиться аж несколько месяцев — зависит от стандартных параметров человека и его возраста.

И всё это соответствует моей недавно появившейся и непонятной болезни... Врачи здесь никудышные и им вообще плевать на больных. В наше время всё просто — замечены признаки Вспышки? Пристрелить в лоб сразу же и без жалости.

Теперь, лежа на гамаке и смотря в стену с рекой слёз я действительно поверила в недавние слова Бренды.