Бегущие к Свободе

От первого лица:
Томас прислонился спиной к стене. Я же, не верила до конца в то, что совершила. При мысли о последствиях безрассудного поступка мне сделалось дурно.
Пронзительный вопль Алби и кряхтение Минхо вывели меня и Томаса из оцепенения. Мы переглянувшись, бросились к Глейдерам.
Минхо с трудом поднялся на ноги; даже в слабом сумеречном свете бегун выглядел ужасно — вспотевший, грязный и весь исцарапанный. На лежащего на земле Алби и вовсе нельзя было смотреть без трепета — одежда изорвал в клочья, руки покрыты порезами и синяками. По мне пробежали мурашки — неужели на Алби напал гривер?
— Эмми, Томас, — сказал Минхо, — если вы думаете, что совершили геройский поступок, то послушайте меня: вы самые тупые и всех тупых шанков-полудурков на свете. Считайте, что вы уже покойники. Как и я с Алби. Ладно ты, Томас. Но, Эмми? Ты здесь уже целый месяц! А  поступила так по-идиотски, что похоронила сама себя.
Мне стало очень обидно из-за его слов, что хотелось заплакать. Но я не решилась, потому что лабиринт явно не любит слабых. Как бы там ни было, за жизнь надо сражаться, а не стоять на месте и ждать своей погибельной участи.
Я заметила, что Томас похоже не слабо разозлился.
— Не могли же мы просто стоять там и наблюдать, как вы остаётесь за "бортом" ! — выкрикнул Томас.
— Ну и какая нам от вас здесь польза? — закатил глаза Минхо. — Короче, не важно. Нарушив Правило Номер Один, вы в любом случае подписали себе смертный договор.
— Спасибо за тёплые слова Минхо. Мы лишь пытаемся помочь, а ты нас сейчас оскорбляешь, только потому что напуган гораздо больше нашего. Ведь ты видел, как выглядит гривер, верно? Соответственно ты представляешь опасность, и боишься так, что скорее всего готов сам себя убить быстрее, чем эта металлические тварь, не так ли? Так что пожалуйста, заткни свой рот и просто давайте бороться за жизнь, а ссориться из-за того, что по факту уже произошло и что уже не изменить. — голосом, полным злости, я вмешалась в разговор. Оба обернулись на меня и Томас посмотрел на меня расширенными глазами — удивился моему тону, наверное не ожидал такого, от на вид хрупкой девушки.
Минхо лишь вымученно усмехнулся и опустился на колени рядом с Алби. Всмотревшись в пострадавшего юношу внимательнее, я поняла, насколько плохо обстоит с тем дело : Алби, похоже, был на гране смерти. Его тёмная кожа быстро теряла естественный оттенок, дыхание стало учащённым и поверхностным.
— Что произошло? — спросил Томас, тоже внимательно разглядывая вожака.
— Не хочу это обсуждать, — бросил Минхо, щупая пульс Алби и наклоняясь, чтобы приложить ухо к его груди. — Скажу только : гриверы здорово умеют прикидываться дохлыми.
Моему удивлению не было придела.
— Так его... Покусали... Или ужалили? Начинается Метаморфоза? — спросила я.
— Ты слишком много не понимаешь. — только и ответил Минхо.
Мне захотелось завыть от досады. Я и без Минхо прекрасно знала, что ничего не понимаю, именно поэтому и задаю вопросы.
— Алби умрёт? — спросил Томас, довольно безразличным тоном.
— Раз мы не успели до заката, то скорее всего, да. Может умереть в ближайший час. Точно не знаю, как долго человек может протянуть без сыворотки. Но будь спокоен, нам тоже не долго осталось, так что за него сильно не переживай. Скоро мы все отправимся на тот свет. — сказал бегун.
После очередного безразличного ответа Минхо, я начала постепенно понимать серьёзность ситуации. И внутри меня всё быстро похолодело.
— То есть, ты предлагаешь сидеть тут и просто ждать смерти? — спросила я, совершенно не понимая Минхо.
— Нет, мы конечно же должны хоть как-то попытаться бороться за жизнь, но исход мне и так ясен. Я только что процитировал вам факт нашего с вами будущего. — начал Минхо и вздохнул. — Что ж, что тут стоять. Побежали вглубь лабиринта. — закончил бегун. И встав с колен, побежал лёгким бегом.
Я пришла в недоумение и была шокирована. Так же, как и Томас. Мы с ним переглянулись но не побежали за Минхо.
Заметив это Минхо остановился. :
— Эй, Эмми, Томас! Чего вы ждёте? Скоро совсем стемнеет! — прокричал нам Минхо.
— Мы не можем оставить Алби здесь одного! Он ведь умрёт! — прокричали мы ему в ответ, совершенно в унисон.
— Окей, ваше дело! Оставайтесь тут, шанки-полудурочные. — прокричал на конец Минхо и скрылся за поворотом.

Мы с Томасом переглянулись, а если быть точнее поделились удивлёнными лицами. Я присела рядом с Алби и начала ещё раз его внимательно рассматривать. Он тем временем, уже конечно лежал без сознания. Его грудь еле-еле поднималась. Бедняге осталось совсем недолго.
— Надо его повесить с помощью плюща. — внезапно заговорил Томас.
— Что? — я сначало не поняла, о чём он говорит.
— Плющ. Он очень крепкий, я проверил. Мы сможем его подвесить на стене и сами повиснуть там же. И если повезёт, то гриверы нас не найдут.
— Э-э-э, ну ладно. Только тогда нужно делать это очень быстро. Уже почти стемнело ведь. Жаль, что у нас нет часов бегунов. — сказала я и встала.

Мы с Томасом нашли достаточно для нас и Алби крепких плющей. Привязали ноги, руки, туловище Алби к плющу. На это у нас ушло, по ощущениям, минут пятнадцать. Из-за твёрдого и "грубого" плюща, на руках у меня появилось множество царапин. Но возникла проблема : держался он совсем не прочно.
— Чёрт! — выругался Томас. — Эмми, ты умеешь завязывать супер прочные узелки? Вдруг помнишь что-то? — спросил Томас.
— Э-э-э, ну, не знаю. Щас постараюсь вспомнить. — ответила я и начала "копаться" у себя в голове, как бы это глупо не звучало. А Томас тем временем пытался что-то соорудить для стопроцентной прочности подъёма. Ведь мы должны были быть умеренны, что Алби не свалится прямиком вниз. Тогда то ему точно кранты.
Внезапно, в голову ударили воспоминания. О том, как сестра меня учила завязывать прочные узлы — очередной урок по выживанию. От совершенно внезапных воспоминаний, голова невольно заболела.
— Аааа... — сказала я, протяжным голосом полным боли. И схватилась за голову.
— Хэй, Эмми! Ты чего? — Томас подошёл ко мне.
— Да так... Голова очень сильно заболела что-то. Но я вспомнила узлы! — сказала я и принялась их быстро и как можно туго завязывать — вдруг забуду.

Спустя по ощущениям, минут двадцать, узлы были готовы. Из-за постоянных новых и новых царапин, некоторые уже начали слабо кровоточить. Что не очень, по факту, обнадёживает будущее. Нам ведь ещё себя привязывать.

Когда мы с трудом повесили Алби, то принялись привязывать себя к плющу, чтобы потом по нему забираться наверх. Звучит, конечно, не понятно. Но мы то знали, что делаем. Руки уже кипели, полностью были стёрты в кровь. Вот почему у меня не было перчаток, почему?
И вот, спустя минут тридцать, мы полностью туго привязали себя. Я помогала Томасу завязать узлы.
— Готова? Понимаю, руки в крови, но надо бороться, Эмми. — сказал Томас, видя на моём лице гримасу боли.
Я уже открыла рот, чтобы ответить. Но вдруг в глубине лабиринта раздался пронзительный до мурашек вопль. Он звучал ну очень близко. Это было устрашающее, металлическое создание — гривер.
Моё сердце на секунду остановилось. Я забыла как дышать. Я ведь буквально находилась на одной територии вместе с десятками гриверов! Я даже не заметила, что смотрю в одну точку. На моём лице застыл ужас. Из оцепления меня вывел Томас, который уже начал карабкаться по плющу.
—— ЭММИ! Что ты встала?! Ходу, ходу! — прокричал Томас, голосом, полным ужаса и страха.
Я очнулась и начала карабкаться по плющу как можно быстрее. Я перебирала ногами и руками, словно занималась скалолазанием всю свою прошлую жизнь. Руки были в крови, когда-то светлые, и казалось бы плотные штаны тоже были в крови — скорее всего, из-за того, что я содрала колени. Боль была абсолютно во всём теле. Голова, руки, ноги, живот, рёбра, спина — всё болело так, будто в меня вонзили сотни копьев и вдобавок бросили в чугунную  бочку на огне.
Из-за того, что плющ давил на грудь — становилось дышать всё труднее и труднее. И наконец — долгожданная остановка. Все мои мышцы тела мысленно проорали: "Ура! "

Я пыталась как можно быстрее перевести дух и дыхание. Ведь оно было настолько громким, что не то, что гривер его услышит. А даже глухой человек наверняка бы услышал жалкие попытки нормально задышать. Я абсолютно вся вспотела.
Я взглянула на Томаса и увидела в нём себя: такой же напуганный подросток, который просто хочет к родителям. Нам всего-лишь шестнадцать лет, а мы уже боремся за жизнь. Ведь это может быть наш последний день, кто знает, кто знает...
Только-только мне удалось перевести дыхание и я увидела то, отчего перестала что-либо чувствовать из-за страха.

Гривер. Громадное металлическое создание, похожее на скорпиона . Из его тела, то и дело выступали и обратно засасывались острые, так называемые шипы. На "лапах" было что-то наподобие игл — жало. Им гривер ужалил Алби и других бедняг глейдеров.

Мы с Томасом переглянулись. У обоих в глазах читался страх. Огромный страх. Как мне кажется — это моя самая страшная ночь, которую я когда-либо проживала. У нас обоих было две надежды: первая — что гривер нас не заметит, вторая — что гриверы не умеют ползать по стенам.
Но ни первая, ни вторая не были правдой. Гривер нас заметил, и рванул с места приближаясь со стремительной скоростью к стене. Он начал забираться на стену смотря только на нас двоих.
— ЭММИ! СЕЙЧАС ПРОСТО БЕРИ И ДЕЛАЙ ТО ЖЕ, ЧТО И Я. И НЕ СМЕЙ ОСТАНАВЛИВАТЬСЯ. ВПЕРЁД, ЗА МНОЙ! — прокричал Томас пронзительным криком.
Я, не думая не секунды помчалась за Томасом прямиком вниз. Он скатился по плющу, чтобы быстрее спуститься. Я повторила за ним и пожалела. Ноги, руки — всё было в крови! Когда мы с Томасом спустились на землю. Новичок удостоверился в том, что я не осталась наедине с гривером и рванул с места со скоростью автомобиля. Я рванула за ним.

Так мы бежали несколько десятков поворотов. Я естественно, не считала. Всё было размыто — я буквально рыдала. Из-за ужаснейшей боли во всём теле, из-за страха, из-за чувства безысходности.

Завернув за ещё один поворот — мы увидели впереди двоих гриверов. Хотели метнуться назад, но и тот, первый гривер уже наступал нам на пятки. Мы были в западне. Я из-за страха начала уже тихо всхлипывать.
Когда гриверы приблизились к нам на опасное расстояние, Томас сказал мне.
— Нужно пробежать очень быстро с самого края, у стены. Я чуть-чуть отвлекусь их, а ты беги. Потом я кувырнусь. Ну, то есть обману их. Идёт? — сказал очень быстро Томас. Мне поражало его спокойствие. Хотя нет. Я восхищалась им. В ответ я смогла лишь судорожно закивать головой.

Томас отвлёк двух гриверов на себя, а я стремительным бегом пробежала у стены до следующего поворота. Вдруг, кто-то схватил меня сзади за плечи и затащил в какой-то узкий проход. Я стала вырываться и у меня получалось. Я обернулась — это был Минхо.
Я лишь смогла широко открыть глаза от удивления. И больше ничего. Минхо затащил в этот узкий проход и Томаса. Тот тоже вырвался, но заметив Минхо — остановился.
— Ну вы и психи, конечно! — сказал Минхо и усмехнулся. Ему даже в такие моменты было смешно, просто афигеть! — Я нашёл это место совершенно случайно. Это что-то по типу послания Бога — сказал бегун и засмеялся. А нам с Томасом было явно не до смеха.
— Значит тут мы переждём до утра? — спросила я, спустя примерно двадцати минут непрерывного, стремительно быстрого бега.
— Ага, а потом вернёмся за Алби и выйдем. Если его, конечно, не съели — закончил Минхо и сел на землю.
— Подожди, от куда ты знаешь про Алби? Мы ведь тебе не говорили, что будем с ним делать. — спросил Томас, который явно до сих пор был в шоке абсолютно со всего. Как и я.
— По вашему виду понятно, так-то. Вы явно целых два часа не просто метались по лабиринту. Вы его привязали к плющу, да? — спросил Минхо.
— Ага
— Э-э-э, спасибо, что-ли. И да, извините, что повёл себя, как трус и наговорил вам там всякого. Я не хотел, правда. Просто был на нервах и испуган. — сказал Минхо усталым голосом. В ответ, мы с Томасом просто кивнули и уселись на землю рядом с другом.

На утро, часов в четыре утро мы встали и направились к Алби, а затем  к выходу. Уснуть мне так и не получилось. Как только я закрывала глаза, передо мной появлялся гривер и то, как я выгляжу — кровь. Очень много крови.

И вот. Долгожданный момент, который казалось бы, ещё вчера ночью был лишь мечтой. Ворота. Открытые ворота. Перед нами стояли Глейдеры, на из лицах читалась радость. Чак и Лиззи уже хотели бросится к нам на помощь, но из остановили. Увидев их, на моём лице автоматически появилась лёгкая, еле заметная улыбка.
Мы уже приближались к воротам. Все смотрели на нас с радостью. Ликовали. Но вот только... Один человек стоял с угрюмым лицом, полным ненависти. Стоял, скрестив руки на груди. Как я думала, он должен был больше всех радоваться тому, что я выжила. Но мои надежды были напрасны. Заметив его, с моего лица моментально исчезла улыбка и всё вокруг словно потускнело.
Этим человеком был Ньют.

Автор. :
Я эту главу писала около 2 с половиной часов. Она была ну ооочень сложной. Очень надеюсь на ваши комментарии и голоса. А так же просмотры. Я очень старалась и поэтому жду вашу поддержку. Спасибо, что читаете❤️‍🩹