Не делай глупостей! [Киберспорт]

Тренировочный матч закончился совсем недавно, когда Чжан Чжиян, не отрываясь от телефонного разговора, толкнул дверь в тренировочный зал. Махнув рукой Сун Цинсюйю, он бросил:
— Сяо Сун, зайди ко мне на пару слов.

Сун Цинсюй рефлекторно переглянулся с Тан Хуайем и только после этого поднялся с места:
— Иду.

В кабинете менеджера.

Чжан Чжиян сбросил вызов и указал на диван, приглашая Сун Цинсюйя сесть. Сам он залпом осушил полбутылки воды и украдкой взглянул на игрока. Видя, что Сун Цинсюй спокоен и расслаблен, менеджер попытался что-то сказать, но слова застряли в горле.

Сун Цинсюй фыркнул:
— Чего затягиваешь? Говори уже, что хотел, мне еще на разбор полетов возвращаться.

— Альянс хочет видеть тебя в официальной студии аналитики, — выдавил Чжан Чжиян.

— Сейчас? — Сун Цинсюй опешил. — Погоди, с каких это пор действующий игрок в разгар сезона уходит в комментаторскую будку? Чей матч я должен анализировать?

Едва вопрос сорвался с губ, как Сун Цинсюй сам нашел ответ. Лицо его мгновенно потемнело. Он откинулся на спинку дивана и ледяным тоном спросил:
— Речь о матче CAG, верно?

Чжан Чжиян кивнул:
— В этом году из-за нового регламента после вашего матча с FTG рейтинги регулярного сезона поползли вниз. Рекламодатели, мягко говоря, не в восторге.

Сун Цинсюй холодно усмехнулся:
— Если они не в восторге, пусть высказывают это официальным лицам Альянса. Я-то тут при чем? К тому же, им ведь не мой «анализ» нужен. Они просто хотят увидеть, как я буду втаптывать Чжоу Цзина в грязь в прямом эфире?

Чжан Чжиян не ожидал, что Сун Цинсюй так прямо выложит всю подноготную, и его лицо пошло некрасивыми пятнами.

— Ну и что, если так? — взорвался менеджер. — Если бы зрителям это было неинтересно, Альянс бы к тебе не обратился. Официальное руководство требует, и ты думаешь, что можешь просто взять и не подчиниться?

— Я не пойду в студию аналитики, — отрезал Сун Цинсюй. — У меня нет на это времени.

Чжан Чжиян с силой грохнул кулаком по столу:
— Сяо Сун! Тебе не кажется, что я тебя слишком разбаловал?!

После этого выкрика не только Сун Цинсюй окончательно «заледенел», но и сам Чжан Чжиян почувствовал себя неловко.

Менеджер тяжело вздохнул и сменил гнев на милость, заговорив тише:
— Ты думаешь, я не пытался отказаться? Но новое руководство Альянса, которое пришло в этом году, ткнуло пальцем именно в тебя. Им нужен этот «хайп на хейте», неужели ты не понимаешь?

Сун Цинсюй молча посмотрел на Чжан Чжияна. Случись это в прошлом году, он бы просто встал и ушел, плевав на все их планы — он бы просто не пошел, и точка.

Но сейчас в его душе, кроме разочарования, почти не осталось былого отвращения. Было лишь горько от того, что прекрасный соревновательный проект теряет ту самую чистоту, которая должна быть в спорте. В глазах капитала у мечты нет рыночной стоимости.

Сун Цинсюй прекрасно понимал: если он сейчас не пойдет навстречу, у WS в будущем могут возникнуть серьезные проблемы с Лигой.

— Мои счеты с Чжоу Цзином должны решаться на арене, — твердо произнес Сун Цинсюй. — Если я обыграю его, этого будет достаточно. А идти сейчас в аналитику... Чем это будет отличаться от методов самого Чжоу Цзина, который покупает ботов, чтобы поливать меня грязью? Неужели я похож на такого человека?

— Сяо Сун... — Чжан Чжиян тяжело вздохнул. — Мне тоже нелегко. Но сам посуди: Альянсу нужны охваты, а до плей-офф осталась всего одна игра. Рекламодатели грозятся не продлевать контракты. Будь ты на моем месте, что бы ты сделал?

— Я инвестирую.

Дверь распахнулась, и Тан Хуай вошел в кабинет, обрушив эту фразу подобно грому среди ясного неба.

— Речь ведь только о спонсорах? Так я сам инвестирую, и дело с концом.

Чжан Чжиян лишился дара речи.

— Погоди, Тан Хуай... Ты инвестируешь? Да твоего гонорара за подписание контракта в несколько миллионов и близко не хватит! На что ты собраться инвестировать?

Тан Хуай подошел ближе. Сун Цинсюй задрал голову, глядя на него снизу вверх:
— Не неси чепухи.

Тан Хуай успокаивающе улыбнулся и перевел взгляд на менеджера:
— «Жуншэн Капитал». Этого хватит?

Чжан Чжиян часто заморгал. «Жуншэн Капитал»... Где он слышал это название? Оно казалось до боли знакомым.

Сун Цинсюй среагировал мгновенно:
— Стой... «Жуншэн Капитал» — это ваша компания?

— Угу. Компания моей мамы. У них как раз есть бренд энергетических напитков, инвестиции в LPL будут очень кстати.

Сун Цинсюй резко схватил Тан Хуайя за запястье:
— Не смей. Проблема у меня, при чем тут ты?

— А разве мое — это не твое? К чему сейчас эта делёжка? — Тан Хуай мягко накрыл его руку своей. — Послушай меня: мы просто будем играть в свое удовольствие. А эту проблему я решу за тебя.

Пока они препирались, Чжан Чжиян наконец вспомнил, что это за фирма. «Жуншэн» внезапно появилась в Шанхае несколько лет назад и за короткий срок разрослась в десятки раз. Многие гадали, чьи это активы, а оказалось — семья Тан Хуайя?

Тан Хуай хоть и водил дорогущий Гелендваген, в жизни вел себя очень скромно. При подписании контракта он даже не взглянул на сумму в несколько миллионов. Чжан Чжиян думал, что парень просто из обеспеченной семьи, но кто мог знать, что этот тип — наследник целой бизнес-империи?!

«Неужели богачам так весело притворяться бедняками?» — промелькнуло в голове у менеджера.

Хотя, с другой стороны, на Гелике он особо и не притворялся...

Но не успел Чжан Чжиян переварить эту новость, как Сун Цинсюй сбросил вторую «бомбу».

— Если бы всё решалось одними деньгами, зачем бы ты мне сдался? — хмыкнул Сун Цинсюй, потирая подбородок. — Моя семья тоже может вложиться через «Ланжунь». К тому же, у нас бренд игровых наушников, это куда логичнее, чем твои энергетики.

Наушники «Ланжунь»? Те самые, где одна пара стоит как пятизначное число?!

Чжан Чжияна осенило: вот почему Сун Цинсюй никогда не соглашался на рекламные контракты с другими брендами наушников. Зачем, если его семья их производит?

— Ха... Ха-ха... Я просто в ауте, — нервно рассмеялся менеджер. — Ребята, вы-то оба что забыли в киберспорте?

Сун Цинсюй ответил честно и прямо:
— Я хочу кубок чемпиона.

Тан Хуай добавил как нечто само собой разумеющееся:
— А я пришел за ним. И заодно помочь ему забрать этот кубок.

Чжан Чжиян замер. До него вдруг дошло: эти двое только что совершили перед ним каминг-аут.

Проблемы сыпались одна за другой, и менеджер чувствовал, что мир вокруг него буквально трещит по швам. Он всего лишь скромный менеджер клуба, за что ему всё это?!

Теперь, когда их личности были раскрыты, стало ясно: Сун Цинсюй ни за что не пойдет в студию аналитики. Но Альянс ждет звонка. Как им отказать?

Сун Цинсюй, видя, в каком тупике оказался Чжан Чжиян, решил пойти на компромисс:
— Ладно. В студию я не поеду, но могу провести стрим.

Чжан Чжиян просиял, глядя на игрока с искренней благодарностью:
— Сяо Сун! Ты просто спас мою шкуру!

Тан Хуай не возражал. Он поддерживал любое решение Сун Цинсюйя, даже если оно ему не совсем нравилось.

— Я постримлю вместе с тобой.

Глаза Сун Цинсюйя весело сощурились:
— Договорились.

— Всё-всё, валите отсюда в тренировочную, воркуйте там. У меня дела, — проворчал менеджер, выпроваживая влюбленных.

Как только дверь за ними закрылась, Чжан Чжиян набрал номер представителя Альянса.

— Ну что там? Игрок Ривер согласился?

На этот раз голос Чжан Чжияна звучал твердо — страх улетучился, уступив место уверенности.

— Наш Ривер сказал, что ни за что не пойдет в официальную студию аналитики торговать лицом ради вашего «черного хайпа». И не надейтесь.

— Что? Менеджер Чжан, боюсь, вы не совсем верно истолковали мои слова. Мы имели в виду...

— Неважно, что вы имели в виду. Ривер не согласится. Он — настоящий профессионал, преданный игре. Если в Лиге все станут такими, как вы — готовыми продать совесть ради охватов, то рано или поздно «плохие деньги вытеснят хорошие». LPL просто развалится, и мы все останемся без работы.

— Да как вы!..

— Впрочем, Ривер сжалился над вами. Он согласился запустить личный стрим во время начала матча и немного понаблюдать за игрой. Но предупреждаю: если появится хоть один вброс о том, что Ривер злорадствует или насмехается над кем-то, хоть одно слово — пеняйте на себя. Мало не покажется.

Договорив, Чжан Чжиян с грохотом бросил трубку и тяжело выдохнул, откинувшись в кресле.

Минутная слабость прошла, и он тут же набрал номер юридического отдела:
— В ближайшие пару дней следите во все глаза. Если вылезет хоть одна статья о том, что Сун Цинсюй издевается над Чжоу Цзином, или любой другой хейт в его адрес — блокируйте всё под корень. Будем судиться с каждым!

Раньше Чжан Чжияну приходилось несладко. Хоть WS и основали «золотые мальчики», их главный инвестор редко вникал в дела клуба. У Чжан Чжияна не было серьезной крыши, и он боялся ссориться с руководством Лиги.

Но теперь всё изменилось. С двумя такими «наследными принцами» в команде ему нечего было бояться. То, что эти двое играют в LPL — это честь для самой Лиги. И если функционеры умудрятся их выбесить, вот тогда LPL точно наступит конец.

Офис Альянса.

Секретарь передал результат разговора президенту. Тот побагровел и уже собирался сорваться на крик, как вдруг зазвонил телефон. Услышав особый рингтон, он замер. Ярость в его глазах мгновенно сменилась трепетом и тревогой.

— Раньше об этом не сообщали... Что? Понял... Да, я всё понял.

Повесив трубку, президент повернулся к секретарю:
— С этого момента удели особое внимание клубу WS. У их АДК отчим — близкий друг одного из биг-боссов в штаб-квартире. Да и у мидлейнера бэкграунд, мягко говоря, непростой.

Секретарь кивнул и осторожно спросил:
— А как же охваты?..

— Какое сейчас дело до охватов?! Главное — не злить этих двоих!

Секретарь посмотрел на новоиспеченного президента с тайной усмешкой:
«Уже разозлили. Боюсь, исправлять ситуацию поздно».

База WS.

Тан Хуай закрыл WeChat, где переписывался с отчимом, и улыбнулся Сун Цинсюйю:
— Что хочешь на ужин?

Сун Цинсюй в это время обсуждал дела компании со своей бабушкой. Не поднимая головы, он бросил:
— Всё равно же не ты готовишь. Что тетушка приготовит, то и съем.

Тан Хуай потянулся и легонько сжал его мочку уха:
— Если очень захочешь, я сам тебе приготовлю.

— ...Лучше не надо. Пойдем лучше на разбор игры.

Они бок о бок ушли в конференц-зал и вышли оттуда только через 5 часов. Сун Цинсюй плохо спал прошлой ночью и теперь буквально валился с ног от усталости. Едва войдя в комнату, он предупредил Тан Хуайя:
— Сегодня спим спокойно. Если начнешь ворочаться или приставать — уйду в свою комнату.

— Ладно-ладно, как скажешь, — Тан Хуай примирительно поднял руки.

Перед плей-офф он и сам не хотел отвлекаться от дел. Один за другим они сходили в душ и легли в постель. Сун Цинсюй, не в силах сопротивляться изнеможению, мгновенно провалился в сон.

Сон.

Сун Цинсюй открыл глаза и обнаружил себя в огромной, пугающе роскошной птичьей клетке. Его конечности были скованы тяжелыми цепями. Он лежал на кровати, но чувствовал: стоит цепям натянуться, и его поднимет в воздух.

Сун Цинсюй в ужасе озирался. Он пытался проснуться — задерживал дыхание, щипал себя, но сон был слишком плотным, осязаемым. Он не отпускал.

Вскоре в клетку вошла высокая фигура, окутанная тенью.

Незнакомец коснулся щеки Сун Цинсюйя и, почти скрежеща зубами, прошептал:
— А-Сюй... Если еще хоть раз посмотришь на кого-то другого этими глазами, я запру тебя здесь. Навсегда. Ты ведь не против?

Последовал властный, жадный поцелуй. Губы Сун Цинсюйя сдавили до боли, до привкуса крови. Невыразимое чувство унижения душило его, слезы крупными каплями катились из глаз. Он попытался отпрянуть, но цепи мгновенно натянулись, вздергивая его вверх.

Сун Цинсюй был вынужден задрать голову и в холодном отражении набалдашника кровати увидел пару глубоких, темных глаз.

Он резко дернулся, делая судорожный вдох. Картина сна растаяла, как дым, и перед глазами постепенно проступили очертания спальни Тан Хуайя.

Тан Хуай положил телефон на тумбочку и с тревогой посмотрел на него:
— А-Сюй, что с тобой?

Дыхание Сун Цинсюйя было прерывистым и частым. Он лежал на руке Тан Хуайя и вдруг осознал: эти глаза напротив... Он только что видел их.

Там, во сне. В огромной золотой клетке. В холодном, остром отражении.