Утерянная вера

Вера — идеальное оружие и она гораздо сильнее и опаснее магии. У неё нет физического воплощения, однако она может изменять нас разными путями. При этом её невозможно уничтожить. Даже если захотеть, даже если собрать всех детей, в чьих светлых сердцах теплится вера в волшебство и сказки в одном месте и сжечь все книги, то в лучшем случае это даст лишь недолгое затишье перед настоящим штормом. Штормом в лице детей и даже некоторых взрослых, которые все ещё верят… Верят в сказки, фей крестных, принцесс и мечтают стать главным героем одной из этих сказок. Но то ли это о чем мы в действительности мечтаем? Ханна Джеймс в детстве любила читать сказку о Питере Пэне. Она открывала окно и по долгу сидя там рассказывала своим трём младшим братьям разные истории, но Тень Питера так и не прилетела. Она безумно хотела занять место Венди Дарлинг, но в отличии от неё навсегда остаться на острове детских мечт и фантазий. Она считала, что Венди была сказочной идиоткой и глупо поступила.

А что мы имеем теперь? Ханна на долгожданном острове детских мечт и фантазий и носит титул гибрида. Она дочь самой жестокой и коварной ведьмы за всю историю Книги Сказок и альфа-оборотня. Она несостоявшаяся Спасительница Неверлэнда и просто девушка чьё сердце не раз оказалось запятнанно. А в детстве она была чем-то вроде отдушиной для Короля острова. А что сейчас? Сейчас она видит своего «героя» совсем с другой стороны и не может понять он всегда был таким и притворялся пред тогда ещё Гвен или он так изменился после её похищения? В первый день Питер назвал её игрушкой, в первый день он показал ей, что с ним шутки плохи. Он убил потерянного мальчика, своего товарища прямо у неё на глазах. Он заставлял участвовать не в своих жестоких играх и не раз указывал ей здесь свое место и теперь у неё не укладываллсь в голове. Разве это мог быть один и тот же человек? Сотню лет назад он катал её на спине и они устраивали шуточное чаепитие в кругу её плюшевых друзей, а теперь в их играх чаще всего на кону чья либо жизнь. Обычно её.

Джеймс проснулась час назад и весь этот час прижимая к себе плюшевое недоразумение погружена в свои мысли. Её кота звали Перси. Перси хороший. Перси ей некогда не лгал. Перси всегда с ней соглашался. Перси хороший…

Она не может решить как ей теперь относится к Пэну. Ненавидеть или как век назад? Забыть все и любить просто за то что он есть, за то что он заботится о ней и защищает от Фреи?

— «Меня ненавидит собственная мать…»

Эта фраза раз за разом крутилась у неё в голове. А Перси вновь соглашается. Перси хороший.

— Ханна!

Джеймс и не заметила, как дверь со скрипом отварилась и к ней в объятья кинулась… Малия?

— М-Мел? Что ты здесь делаешь?
— Ты думала мы тебя бросим и не будем искать? Глупая! Боже, Ханна как я скучала!

Ханна в ответ обнимает блондинку. Выглядывает через её голову и видет ещё несколько человек. Взгляд каждого направлен на Джеймс. И каждый играл особо значимую роль в её жизни. Питер, Эрл, Нил… Последнего она вообще не ожидала увидеть. Тео, Макс и единственный незнакомый ей человек. Мужчина среднего возраста.

— Я тоже… — Ханна хлопает Мел по спине, — Мел, ещё немного и ты меня задушишь.
— Извини!

Мел отстраняется. На её лице сияет улыбка. Девушка почти не изменилась с последней их встречи, правда теперь Ханна заметила в голубых глазах еле заметный страх. И Джеймс не понимала его причину. Это страх за неё или из-за неё?

— Чего смотришь? — ухмыляться Эрл, — брата обнять даже не хочешь? — спрашивает Эрл замечая, как она буравит его взглядом.
— Придурки вы, — мотает головой Джеймс, — вы не знаете в какое дерьмо влипли.
— За тобой хоть на край света, сестрёнка!  — Эрл подходит к девушке и так же, как и Малия обнимает её только в разы сильнее. Кажется если он приложет ещё больше сил, то она услышит хруст собственных костей.
— Воссоединение семьи! Как это мило! Жаль только, что вы не родные, — не выдержав вставил свои пять копеек Питер.

Ханна кинула на него злобный взгляд, а Питер поймав его на себе лишь довольно ухмыльнулся и облизал нижнюю губу, как он всегда делал в предвкушении новой игры. Ханна прожигала его взором янтарных глаз и Питер в ответ делал тоже самое. Это был не тот Питер Пэн, которого знала Гвен. Это был другой. И сам Пэн наконец понял, что и эта не та Гвен, которую знал он. Не та милая девочка, которая каждый день без причин говорила ему три заветных слова «я тебя люблю». Озарение к ним двоим пришло только сейчас.

— Как бы там ни было, — Эрл отстранился от девушки и сжал её плечи, — ты всегда будешь моей старшей сестрой и вечной проблемой.

Ханна ухмыльнулась. Проблема… Как жаль, что она больше не человек, а именно проблема, а от них принято избавляться.

Каждый обнял Джеймс, включая и рыжих близнецов. Тео даже обнимал чувственней всех и прошептал прямо на ухо, чтобы слышать могла только шатенка.

— Я скучал по твоим выходкам, девчонка.

— А я по «девчонка»

Тео ухмыльнулся и отошёл. Всё обняли Ханну кроме Пэна и Нила. Последний очень долго мялся и только эти двое знали почему. Каждый считал себя виноватым, но в конце концов Ханна не смогла терпеть. Она боялась что что-то вновь случится  и она не успеет сказать, те слова, которые нужно было произнести ещё два года назад. Ведь мы не знаем, какая встреча для нас может оказаться последней, поэтому она вскочила с кровати и направилась к Кэссиди.

— Прости за тот случай.

Сказать что Нил был ошарашен — ничего не сказать. Ханна Джеймс не входила в ту категорию людей, которые просили прощения, но на сей раз девушка была готова при всех наступить на свою гордость, потому что все это время Нил ей был слишком нужен. Ей не хватало тёплых слов заботы, его мягкой улыбки. Ей не хватало их разговоров по ночам и слов поддержки. Нил был ей нужен, как и она была нужна Нилу.

— Ханна, тебе не за что извиняться.

Джеймс стиснула зубы и пожав губы продолжила.

— Заткнись, Кэссиди и только попробуй сделать себя виноватым. Я была виновата. Я виновата во многом начиная от смерти Дениэла заканчивая тобой. Я предала тебя, потому что это была не я. Я изменилась. Будь в этом уверен.

Нил более не стал ничего говорить, ибо он знал, что переубеждать Ханну — гиблое занятие к тому же он видел, что она действительно стала другой и Кэссиди не знал чья это заслуга. Возможно это все из-за острова. Возможно благодарить стоило Питера Пэна, которому явно не нравилось все сейчас происходящее. Все-таки не в его интересах все эти нежные объятья и слова прощения. Он не собирался отступать от своей цели. Пэн закатил глаза и недовольно сложил руки на груди.

— А мне обнять не хочешь? — издевательски произнёс он, — м, Ханна? Я жду благодарности. Я вернул тебе память как ни как, а за магию всегда приходится платить.
— Конечно, — расплылась в улыбке Джеймс и подошла к Пэну впритык, — правда потом не удивляйся, что почувствуешь в своей спине нож. Или… Клыков в шее. Там как пойдёт.

Ее улыбка совсем не соответствовала только что произнесенной ей репликой, что вызвало на лице Питера усмешку. Их игра только только началась. Все что было до этого являлось детским лепетом и настоящий огонь между ними только зажегся. Они его разожгли и только от них зависит кто в этой игре сгорит, а кто будет гореть.

Это игра. Счёт обнуляется и начинает свой отсчёт заново. Все это время соперники лишь изучали друг-друга, а теперь готовы к обороне. Игра началась.

*

Глубокая ночь. Воют волки и Неверлэнд освещает луна. Завтра должно было состояться рождение новой ведьмы и первое обращение волка в свой истинный облик, но Гленн все испортил. Фрея сидит на кресле в новом, более откровенном наряде закинув ногу на ногу и сердито сведя брови к переносице. На соседнем диване сидит молодая девушка с копной ярко-рыжих волос подперев щеку ладонью и скучающим взглядом обводит остальных взрослых. Всё они ей не нравятся. Они ужасно скучные. Как и все взрослые в принципе.

Об косяк двери оперевшись стоит черноволосая ведьма с красной прядью в волосах.

На другом кресле сидит скрюченная старуха и рядом с ней стоят ведьмы-сиамские близнецы. Все они являют собой шабаш одних из самых сильнейших ведьм. Уже несколько минут царит удушающая тишина, а напряжённости момента придаёт жёлтый свет от свеч.

— Теряешь хватку, Фрея, — решает прервать тишину рыжеволосая, — девчонка сбежала от тебя. Где ж твои актёрский способности, когда они так нужны?

— Она была на крючке, — нервно ответила она сжав кулаки, — если бы не Дьябло мы бы уже сегодня готовились к её рождению.
— Сколько тебя помню ты всегда винила кого-то в своих бедах, — девушка встала с дивана и направилась к Фрее, — сначала это был Питер, которого ты сама сделала монстром, потом это был Дерек, которого ты сама соблазнила, потом эта эстафета перешла на малютку Гвен, которая была виновата в том что лишь родилась, а теперь это Гленн, который слишком сильно тебя любил. А не пора ли тебе задуматься, дорогая, что в этом виновата ты, а?
— Кларисса ты играешь с огнём, — Фрея встала с насиженногл места и прожигала своими уже почерневшими от злости глазами Клер, — ты забыла как я вырвала твоему возлюбленному сердце? Может напомнить?

Клер нервно взглотнула. Ведьмы же оживились и многие гадко заулыбались. Кларисса им некогда не нравилась. В отличии от остальных ведьм в ней ещё осталось добро. Глубоко в душе она не понимала почему является участницей шабаша, а если быть честной то она даже не помнила об этом.

— Я просто хочу сказать, Фрея, что пора задуматься о чем-то. Необязательно было лгать дочери. Ты могла ей все объяснить и я уверенна она бы тебя простила. Мне кажется, что когда-то ты зря приняла решение отдать свое сердце и душу взамен на власть над этим островом…
— Ну все, Беннет. Ты доигралась.

В мгновение Фрея вырвала у девушки сердце. Она успела лишь ахнуть, когда Фрея раздавила её сердце и её мёртвое тело упало к её ногам. Остальные ведьмы заопладировали.

— Давно надо было грохнуть эту дуру. Жалко было, — беззаботно произнесла Фрея перешагнув через её труп, — Гленн, избавься от тела! Сегодня у тебя праздник! Ведьма на ужин!

Из тени на четвереньках выползло что-то среднего пола. С бледно-синей кожей, обескровленными губами, белыми волосами без глаз и пальцев на руках, да и без языка к тому же. Это было видно из-за открытого рта. Он оттащил труп в угол, который предназначался его укрытием и впился клыками в тело рыжеволосой.

Многие ведьмы от жуткого зрелища вздрогнули, а у той которая облакотиоась об косяк кажется поступил рвотнвй рефлекс и она закрыта рот ладонью. Кларисса ей не нравилась, но такое девушка не ожидала увидеть.

— И так будет с каждым кто хоть слегка усомнится во мне.
— Зачем ты оживила Дьябло? — борясь с тошнотой промолвила черноволосая.
— Он предал меня. Я хочу чтобы он страдал. Вечность. Будет моей собачкой. Уродливой однако, но верной.

Когда она это говорила её глаза не переставали по-прежнему были чёрными, беднонными, дьявольскимм. И видимо почернели они уже навсегда…

С Фреей Забини было опасно враждовать. Ни за глаза она получила прозвище Кровавая Королева. После того как заключила сделку с самим Люцифером и лишилась своего сердца и души в ней не осталось ничего светлого и сейчас она это наглядно продемонстрировала убив девушку, которая давным давно была её лучшей подругой. Тогда когда в груди у Забини билось сердце. Она жестокая, самая злая ведьма всех времен и народов и даже если ты дружишь с ней нельзя быть полностью уверенным, что она не поменяет  тебя на более важную пешку в своей партии.

— Вкусно?

Гленн, который уже не был собой закивал и что-то прорычал. Фрея рассмеялась и села на кресло.

— Ну, что. Рождение состоится даже не в моём замке. Оно будет. Вторая война грядёт и на этот раз из неё выйдет в живых только один. И это буду я. Игра началась!
— Теперь за этой девкой усилят наблюдения. Ты знаешь Пэна. Он не позволит тебе похитить её дважды, — прохрипела старая ведьма.

Фрея загадочно ухмыльнулась и сложила руки на груди.

— Этого и не нужно мои дорогие сестры. Как вы знаете я в хороших отношениях с демонами и один из них мне задолжал.
— И кто же он? — изогнула бровь брюнетка.
— Ох, — протянула Фрея, — один из самых опасных демонов, — она поиграла бровями, пытаясь повторить природы Питера Пэна, но надо было ей сказать, чтобы она это не делала, ибо получалось это у неё изрядно плохо, но ведьмы предпочли замолчать, — Демон Страха…

Сиамские близнецы прикрыли рот руками. Демон Страха был самым ужасным существом после Забини и Пэна конечно с которым когда-то встречался Зачарованный лес.

— Моя дочь считает себя бесстрашной, что же. Посмотрим хватит ли у неё храбрости посмотреть своему страху прямо в глаза. Мне даже интересно чего она боится! И когда она сойдёт с ума от порождений своего же разума тогда мне не будет больше необходимости оставлять её в живых. Я вырву её сердце и заберу себе. С ним ко мне перейдёт ее магия и я стану непобедимой!

Женщина безумно засмеялась и ведьмы покосились на неё как на сумасшедшую. Хотя почему «как»? Фрея уже давно слетела с катушек…