Они странные

Я шла по проезжей части главной городской улицы. Трещины на дорогах уже давно сделали невозможным передвижение на машинах, так что самый популярный вид транспорта сейчас – это твои две ноги.

«Твои две ноги – береги их и свою обувку».

Кажется, такой слоган был написан дешёвой краской из баллончика на одном из обувных магазинов, который успели опустошить до нашего прихода...

Мародёры. Мы стараемся очистить город от этой швали, но это непросто. А в связи с кучей группировок, обосновавшихся в заброшенных домах, – почти невозможно. Я сама сделала город открытым для бездомных детей, я сама позволила им войти внутрь. Мне теперь за это и расплачиваться...

Хвала чистому небу, что не поддалась на просьбы бродяг и не впустила взрослых. Бороться с властью тех, кто профакал свою эпоху, было бы верхом идиотизма.

Теперь наше время.

Каким бы оно ни было.

– Пока тихо. – Ана надула огромный жёлтый пузырь и смачно лопнула.

Впереди шёл Макс, и за нашу безопасность сейчас отвечал он. Худощавый светловолосый подросток в толстовке с капюшоном, он мог отразить любую атаку, так что тишина была естественным следствием его присутствия. Кто захочет нападать, зная, что это бесполезно? Верно, те, кто не знает. Потому мы глядели в оба.

Следом за Максом шла я, а по правую руку от меня – Ана. Вот кто получал от прогулки море удовольствия – ей нравилась открытая демонстрация нашей силы; она не любила отсиживаться в тишине. Больная на голову.

За моим левым плечом шёл Алекс, и эта прогулка ему совсем не нравилась. Он предпочёл бы пробраться на территорию мародёров и заразить их своим безумием – а потом вырубить по одному... Но мне нужны были ответы, а для ответов этим ублюдкам необходимо чистое сознание. Значит, будем брать по-моему.

Позади меня шла Лена, и я старалась не смотреть на рыжую. Сегодня годовщина по Яну, и она готова крушить всё вокруг. Именно поэтому я решила взять её с собой – оставить это чудовище в особняке означало лишиться особняка. Или половины отряда. А я не настолько расточительна.

– Как ты собираешься успеть добраться до их убежища, после того как получишь силу? – спросил Алекс, интонации которого говорили: «ЕСЛИ ты получишь его силу».

– У него есть мотоцикл. Патрульные засекли его ночью пересекающим квартал, – ответила я, надеясь, что мой голос звучит отчуждённо.

– Он выбрался за свою территорию? – нахмурился Алекс. – Зачем?

– Этого я тоже не знаю, – процедила я.

– Но даже если у него есть мотоцикл, почему ты решила, что он тебе его даст? – понизил голос Алекс, так что слышала его теперь только я.

– Я расскажу, зачем мне его сила и зачем нужен транспорт. И верну мотоцикл сразу после окончания.

– У тебя будет только пять минут, – напомнил блондин.

– Я помню свои пределы, – холодно ответила я, одарив его таким же холодным взглядом.

– Я мог бы сделать всё это один. И тебе не пришлось бы рисковать своей жизнью, – сжав челюсти, напомнил Алекс.

– Хватит, – отрезала я.

Его забота способна была задушить без верёвки. Если бы он не был способен отвлекать меня по ночам, я бы давно всё это прекратила. Но он забирал всё моё внимание и все мои силы, – и, когда приходила тьма, у меня не было времени думать о том, что...

– Первый пошёл, – пропела Ана, глядя куда-то на крышу впереди стоящего здания.

Я подняла голову и заметила темный силуэт, замерший у самого ограждения крыши.

– Не уникум, – объявила, стараясь говорить только в пределах нашей слышимости – кто знает, кто прячется в разбитых витринах, стоящих вдоль дороги бутиков?

– Ле-е-е-ен, – протянула Ана.

Мы продолжали идти, не сбавляя шага, а в это время парень, прятавшийся на крыше, поднялся во весь рост и вытянул над собой пустые руки.

– Разведчик? – Ана подняла бровь, а я развернулась к Лене и кивнула.

Молодец. Держится. Заставила его показать нам отсутствие оружия, а не сброситься с крыши. Уже прогресс.

– Может быть, – отозвалась я. – Лена, спускай его к нам. Алекс – отрубишь на пару часов и оставишь на дороге. Подберём на обратном пути.

– Думаешь, они не рискнут забрать? – удивлённо фыркнула Ана.

– Не рискнут. Не когда я оставляю его на виду, – качнула головой я.

Разведывать территорию отправляют самых ненужных членов отряда, которые практически ничего не знают и не владеют никакой информацией. Простая гарантия безопасности для тех, кто появился в нашем городе недавно... а это значит, что где-то есть «дыра».

Через пару минут Лена с Алексом вновь присоединились к нашей группе.

– Впереди будет больше, – заметила рыжая, подавшая голос впервые со вчерашнего дня.

– Значит, и мы будем действовать жёстче, – отозвалась я. – Через перекрёсток – наш продуктовый, идём к нему, смотрим по сторонам, внутри – составляем план дальнейшего продвижения.

– Там, кстати, что-нибудь осталось? – вытащив изо рта жвачку и начиная катать её между пальцев (что за дебильная привычка?), спросила Ана.

– Он вычищен несколько месяцев назад, всё перенесено на склад, – чуть нахмурившись, припомнила я. – Но в заначке должно что-то храниться.

Мы всегда так делали – уносили из магазинов все товары, но оставляли заначки: для себя. Чтобы было что бросить в топку во время патрулирования или ещё на какой случай.

– Самое время, мы прошли уже целую милю, – пожаловалась Ана, убирая руки в карманы.

Хоть эта территория и считалась нашей, но была уже на самой границе с Ничьей Землёй. А после неё начинались его владения, и никто из знающих не совался в его район без особой нужды. Это была чёрная зона для таких, как мы.

И теперь я хотела пересечь эту чёрную зону.

«Скажи, какая из заповедей твоя самая любимая?»

«Не убий».

Я зажмурилась, прогоняя одолевшие меня воспоминания. Тут же заныло плечо – дала о себе знать Та Самая рана. За год она стала почти незаметной...

– Яра? – Ана обернулась ко мне, вынуждая вернуться в реальность.

– Всё в порядке. Идём, – кивнула я, и мы вывернули к небольшому супермаркету, стоящему на углу.

В тайнике оказалось несколько пачек чипсов, вода, сухари и вяленое мясо.

– Пересекаем Ничью Землю быстрым шагом; не вступаем в конфликтные ситуации, не провоцируем конфликтные ситуации. Ана, это тебя касается, – я смерила взглядом желтоволосую и дождалась неубедительного кивка после того, как она закатила глаза, – дойдя до его территории, смотрим в оба, идём прямо к Башне.

Понятия не имею, где он живёт, но ходит слушок, что заброшенная высотка, напоминавшая по архитектуре настоящую средневековую башню, стала одним из мест его частых визитов.

– Что будешь делать, когда увидишь его? – негромко спросила Ана, впервые задав вопрос на эту тему.

Я некоторое время молчала, рассматривая её лицо, а потом отвернулась и посмотрела на улицу через большие окна супермаркета.

– Попытаюсь донести до него необходимость избавиться от нежелательных преступных элементов в городе, – сухо сказала я, стараясь не замечать переглядываний остальных членов команды.

– А если он не захочет слушать? – всё же спросила Ана, зная, как я не хочу слышать этот вопрос.

– В таком случае нам бы очень пригодилась способность Майи, не так ли? – криво улыбнувшись, сказала я, а затем кивнула на выход, не желая видеть их напряжённых после упоминания её имени лиц.

Теперь мы шли быстрее и распределены были совсем иначе.

Макс всё так же шёл впереди, позади него – Ана с Леной, за ними – Алекс, и замыкала я – защищая наш тыл тем же силовым контуром, что и Макс. Я решила не рисковать и подключилась к его способности.

– Трое за углом, – объявила Ана, не поворачивая головы.

Я присмотрелась. Не уникумы.

– Оружие? – спросила у желтоволосой – мне отсюда было не разглядеть, а она могла воспользоваться своим зрением и увидеть их энергетический контур.

– Да, в руках что-то тяжелое, непривычное для них, – отозвалась желтоволосая, подтверждая мои подозрения. – Стоят там давно.

– Убирайте, – скомандовала я.

Ана посмотрела на рыжую, подняв одну бровь, и, словно скучая, сказала:

– У того, что ближе всех, – отбитые рёбра, его недавно били, второй страдает от болей в животе – следствие неправильного питания и тому подобное. Третий под чем-то. Проще убирать всю грязь его руками.

Рыжая коротко кивнула, и я порадовалась, что она идёт впереди: видеть выражение злого удовлетворения на её лице было физически трудно... А когда-то она улыбалась не переставая.

Через несколько секунд двое из трёх противников лежали на земле без сознания, а третий, по-видимому, тот самый наркоман, со всей дури бился головой о стену.

– Может... хватит? – поморщилась Ана, отворачиваясь от этого зрелища, пока мы проходили мимо.

– Нет, не хватит, – ответила Лена.

«Хватит» стало, когда жертва её агрессии свалился на асфальт с пробитой головой.

– Окей, – протянула желтоволосая, мельком обернувшись на меня, – что дальше? – А дальше по нам прошлась очередь из автомата, а Ана вновь подняла бровь: – Мы тоже рады вас видеть.

Макс даже не напрягся. Пули просто опадали к нашим ногам, а мы шли вперёд, не сбавляя шага.

– Если это творится на Ничьей Земле, значит, в кварталах на границе всё ещё хуже, – заметил Алекс, глаза которого опасно сузились – это я увидела, когда он осмотрел все здания, что окружали нас.

– Я поняла, – сухо отозвалась, – придётся направить отряд зачистки.

– Ты ничего не поняла, – Алекс всё же обернулся ко мне и обдал холодом: – Если они Так нападают на нас, то «зачистка» их напугает ещё меньше.

Я прикусила губу, соглашаясь с его доводами. То, что происходило сейчас, говорило лишь об одном: в городе орудуют те, кто понятия не имеет, Чей это город.

Мы слишком засиделись на своей территории, наводя порядок и организовывая быт. А в это время в других районах началась активная борьба за власть.

Плюсом ко всему проблем добавляла «дыра», неизвестно где образовавшаяся, и приток огнестрельного оружия – чего я никак не могла допустить! А уж раз допустила...

– Встаньте плотнее, – скомандовала я, а после выполнения всеми моей команды отпустила способность Макса, подстроилась под дар Лены... и подняла наверх очень недобрый взгляд.

Автоматная очередь по «своим же», несколько минут перестрелки, и последняя пуля – в лоб стрелявшего, выпущенная им из своего же пистолета.

– Думаю, они усвоят урок, – отозвался Алекс, глядя, как падает с крыши один из «подстреленных».

Ана молчала, как молчал и Макс, мысли которого всегда были далеки от моего понимания. Лена перевела на меня довольный взгляд и кивнула. А я...

«Скольких ты убил до того, как попал сюда?»

«Многих».

«Ты сожалеешь?..»

«Я был не в силах что-либо исправить».

«А я никогда не смогу забрать чью-то жизнь... и тебе больше не дам этого сделать...»

«Да... убереги меня... от Этого».

– Яра, уникум! – выдернула меня в реальность Ана.

Я резко отбросила лишние мысли и посмотрела вперёд. Действительно уникум – тут даже «просматривать» не требовалось: ток расходился от его рук короткими электрическими вспышками.

Уникумы объединились с мародёрами? Или я чего-то не понимаю? Почему за стрельбой последовала атака наших собратьев?

Я знала, что не все уникумы согласились перейти под наше крыло – многие до Того Дня и не знали о существовании Организации и прибыли в город уже после, когда я объявила его открытым для всех, чей возраст не превышает 21 года.

После того как все его жители бежали туда, где земля осталась ровной и где можно было начать новую жизнь.

После того как я зачистила город от всех нежелательных элементов и занялась обустройством Нашей территории.

После того как передала по сохранившемуся в одном из домов интернету (благодаря устоявшей после всего вышке) приглашение для всех уникумов – присоединиться к нам. Прийти в наш город. И установить свой порядок. Власть уникумов во всех районах. Совет глав районов. И мирная жизнь для всех, кто скрывал свой дар на протяжении многих лет.

Но утопия на то и есть – утопия, чтобы остаться идеальной идеей в голове одной не очень умной девушки. Подростки вернулись в город, кто-то и не уходил, а кто-то пересёк границу впервые; власть начала вытворять с ними странные вещи, и в итоге – я решила забить на идеальный мир во всём городе и занялась обустройством конкретно своего района, который начала вычищать от мусора, развалин домов, мародёров и всего прочего, что мешало мне выходить из дома и наслаждаться видом на улицу. Мы восстановили водопровод, зачистили все магазины, обустроив склады, разделили сферы влияния, пропустили на нашу территорию других подростков и детей, ознакомив их с условиями проживания, их обязанностями и правами, и тихонько жили себе, особо не встревая в то, что происходило в остальной части города, и ограничившись лишь патрулированием улиц.

Но, как выяснилось, мы были слишком слепы. Или самонадеянны.

Раз против меня на свободной территории выходит уникум и понятия не имеет, против кого, собственно, идёт.

Я вышла вперёд, продолжая держать в себе способность Макса.

– Кто ты и почему решил выйти против нас? – спросила у парня, лицо которого совсем не казалось мне знакомым.

– А ты кто, что решила выйти против меня? – хамовато ответил мне противник.

Безголовый противник. Или – неосведомлённый противник.

Я осмотрелась по сторонам и заметила ещё как минимум четверых уникумов, прячущихся в разных местах. Их сила выдавала их. Но они даже не были в курсе.

– Та, что открыла для тебя проход в этот город, – не стала таиться я.

Смысл? Если всё закончится либо по-хорошему, либо по-плохому – и оба варианта никак не зависели от меня.

– Я никогда не видел тебя, – парень свёл брови к переносице – Так что не вижу в своём появлении здесь твоей заслуги.

Да, моя вина, что я не отслеживала приходящих уникумов. Как-то понадеялась, что придёт время – и все мы соберёмся у костра...

Чистые небеса, ну и идиоткой же я была в первый месяц после Того Дня.

– Ты проходил регистрацию, – понятливо кивнула я, припомнив, что на том, что осталось от въезда в город, в те дни всегда стояли наши.

Это теперь входа нет, а патруль обходит по периметру всю территорию...

– Этот смешной осмотр, не пропустивший внутрь моих родителей? – Ток от его рук полоснул по асфальту.

– Я предупреждала в своём послании – это место только для подростков, оставшихся без дома, – спокойно сказала я. – Если у тебя есть родители и возможность идти дальше, ты вправе проигнорировать моё приглашение.

– Вправе? – недобро усмехнулся он.

– Яра, что ты с ним нянчишься? – протянула Ана.

– Ты захотел остаться, – игнорируя её слова, отрезала я. – Это был твой выбор.

– Да кто ты, чёрт возьми, чтобы решать за меня? – злоба, просквозившая в его словах, ничуть меня не напрягла.

В первый месяц я много всего наслушалась о своём «правиле» проживания. Вот только диктатуры чужих мамаш и папаш мне тут не хватало! Эти дети сами не понимали, о чём просили!

– Умолкни, – процедила я и сбила его с ног его же током.

Парень вытаращился на меня округлившимися глазами – я не стала поджаривать его до того состояния, до которого меня хотел поджарить он. Я просто показала ему, что его способность для меня – не новость.

– Значит, это правда, – выдохнул он после того, как его тело перестало дымиться.

Ну, да. Не стоило ожидать, что он не испытывал способность на себе – иначе реакция на атаку была бы совсем иной. Поднять, что ли, напряжение в руках?..

– Что? – склонив голову, сказала я.

– Что ты – хамелеон, – выдохнул парень.

– Я никогда не скрывала этой информации, – бросила ему я, засекая беспокойное движение в стане его «соратников».

– Но они сказали, что всё это – выдумка, – нахмурился парень.

– Они? – переспросила я.

– Яра, мы привлекаем внимание, – произнёс Алекс.

Я кивнула ему и вновь посмотрела на парня, сидевшего на асфальте:

– Я не хочу воевать со своими, я не для этого звала вас сюда. Дай мне время, и я всё тебе объясню, – сказала, глядя ему в глаза.

– Это ничего не меняет. – Лицо парня мгновенно изменилось – он понял, что сейчас у меня на него времени нет.

– Это меняет всё, – жестко сказала я и вырубила током всех его союзников, осторожно вылезших из своих укрытий.

– Ты умеешь использовать его на дистанционных атаках? – казалось, глаза парня сейчас заполнят собой всё лицо. Даже то, что я была хамелеоном, не удивило его настолько, насколько удивил факт использования его силы для ударов на расстоянии.

– Я умею всё, что умеешь ты, и даже больше, – устав тратить на него своё время, холодно сказала я и кивнула своим, чтобы двигались дальше. – Ты не оставил мне возможности объяснить, потому проваляешься в отключке до моего возвращения.

И, не давая ему возможности сделать какой-то вывод из моих слов, дала Лене знак на усыпление.

– Мы тратим на них слишком много времени. А дело идёт к вечеру, – продолжая смотреть по сторонам, сказала Ана.

Я медленно выдохнула.

Меня бесил тот факт, что в городе есть некто, смущающий умы не только простых детей, но и уникумов.

Тех, кого я позвала.

– Больше не останавливаемся, – процедила я в ответ. – Лена, вырубай всех, кого увидишь.

И мы ускорили шаг.