День Второй [Воспоминания заблокированы]День Третий. Часть последняя
Проснулась я, когда за окном уже было темно. Глянув на часы, поняла, что проспала всего пару часов – но желания бодрствовать так и не появилось. Напротив, я хотела раздеться, забраться в кровать и уснуть мёртвым сном до самого утра. Так и решила. Но для начала необходимо было принять душ – я всё ещё чувствовала на себе грязь от сегодняшней драки за школой...
Воспоминания накатили на меня бурной рекой, но я решительно встряхнула головой и подошла к шкафу за полотенцем; все гигиенические принадлежности лежали у меня в тумбочке, так что париться по поводу отсутствия щётки, слава богу, не приходилось... Я на мгновенье задержала руку у верхнего ящика и всё же открыла его, достав телефон. Пропущенных звонков не было, что утешало. Значит, мама и папа не бегают по городу в поисках меня, пропавшей... Я вновь заколебалась, замерев с зависнувшим над кнопкой пальцем... но таки открыла последнее сообщение от Коли. Несколько простых предложений, прочитав которые я бы никогда не пошла смотреть на новенького... Более того – до самого выпуска обходила бы его стороной. Если бы прочитала их вовремя. Но я не прочла.
«Ярослава, за гаражами не было никакого светловолосого парня. Там лежали три полумёртвых тела. Им вызвали скорую».
Я выключила экран и убрала телефон в ящик. Затем вышла из комнаты, дошла до общей душевой, закрылась и десять минут простояла под горячей водой.
Всё началось с того, что на меня обозлилась Нина. Потом она распространила слух, что я заявила свои права на новенького, утверждая, будто он спас меня. Естественно, мои слова были поданы как наглая ложь. И без того агрессивные в тот день сверстники начали цеплять меня во всех коридорах; вечером «поговорить о жизни» меня позвали все ученицы 11-го «А». На следующий день моё имя кануло в Лету, поскольку кто-то додумался спросить у новенького, знает ли он, кто это, – по-видимому, тыкнув в меня пальцем, когда я проходила мимо. В спину мне полетело равнодушное: «Никто». С тех пор меня начали звать только так, а девчонки уже не стеснялись проявлять открытую неприязнь, толкая меня плечом при встрече, задирая на каждой перемене и тихо (и не очень тихо) злорадствуя по поводу моей полнейшей изоляции. А к вечеру после уроков меня встречала уже вся моя параллель – вместе с моими подругами... Уже бывшими подругами.
Не знаю, почему или откуда, но я чувствовала: всё, что происходит, – всё это спровоцировано Алексом. Это с его приходом обыкновенная средняя школа стала напоминать притон гопников. Но как объяснить это... даже с точки зрения простой логики...
...Я нанесла на волосы шампунь и несколько минут ожесточённо втирала его в кожу головы. Потом минут пять скрабировала всё своё тело, стараясь стереть с кожи весь ужас этих трёх дней... Потом резко выключила горячую воду, окатив себя холодной, закуталась в полотенце, вытерла волосы и решительно вышла из душевой, держа в руке стопку своей одежды.
Но за дверью едва не столкнулась с Киром.
Пауза длилась не более пяти секунд.
– Ты что здесь делаешь? – удивлённо спросила у него.
– Ана заняла душевую, – без эмоций ответил тот, глядя на меня во все глаза.
– Ясно, – протянула я и осторожно обошла парня.
Когда закрыла за собой дверь в комнату – быстро натянула нижнее бельё. В следующий раз надо быть аккуратней. Всё-таки в доме живут парни... Чего-то я расслабилась совсем...
Стук в дверь раздался неожиданно, и я только и успела, что крикнуть «секунду» и быстро обмотаться полотенцем, – как в комнату зашёл Кир.
– Секунда, – беспристрастно сказал он.
Наверное, я не успела отойти от его «пунктуальности», потому что совершенно пропустила тот момент, когда он подошёл ко мне, поднял руку и потянул на себя моё полотенце.
– Ты что творишь?! – взвизгнула я, выхватывая спасительную материю, отскакивая назад и на ходу обматывая своё тело.
– Хотел посмотреть, – спокойно ответили мне, внимательно глядя на меня большими чёрными глазами.
– Ты... чего? – я ошалело уставилась на Кира. – Если хочешь увидеть женское тело – посмотри на Ану! Она едва из своих шорт не выпрыгивает, чтобы завладеть твоим вниманием!
И это было правдой – я ещё в общей комнате заметила, на кого было направлено всё внимание желтоволосой девицы и для кого она так эротично гарцевала, когда шла знакомиться со мной.
– Я хотел посмотреть на тебя, – ничуть не смутившись, честно ответил Кир.
И эта его честность меня добила...
Здесь что, специально взращивают социопатию? Почему он ведёт себя так, словно в последний раз общался с живым человеком лет десять назад?!
– Кир, для того чтобы увидеть девушку в нижнем белье, нужно чуть больше, чем один час знакомства, – стараясь не обидеть его, осторожно сказала я.
Кир нахмурился, а потом потянул свою кофту вверх.
– Кир, остановись! – начиная паниковать ещё больше, выкрикнула я.
Не спорю, посмотреть на его тело было довольно заманчиво, но...
Неужели он собирался раздеться, чтобы уравнять наше положение?!
Однако по виду парня было понятно – собирался.
И именно для этого...
Я глубоко вздохнула и опустила голову.
– Кир, нормальные люди себя так не ведут.
Парень запустил руку в волосы, случайно взъерошив и без того лохматую голову, – вид у него при этом был такой... потерянный... словно он не ожидал услышать подобные слова.
А я сама тем временем уставилась на его уши, проколотые сразу в нескольких местах... это было довольно неожиданно. Кажется, у него даже тоннель был...
Наверное, у меня сегодня день полного отупения, потому что я вновь проморгала момент, когда этот парень принял решение – и развернулся к двери.
– Кир, стой! – выдохнула я, сама ещё не до конца понимая, зачем его зову.
Но одно я знала точно – я не хотела его обижать. А ещё – он был мне симпатичен. И мне крайне не нравилось то, что в этом доме все либо сторонятся его, либо игнорируют.
Я прошла через трёхдневный игнор и не могу сказать, что не заработала себе психологическую травму...
Я подошла к нему...
И обняла.
Не знаю: опасен ли он для меня? опасен ли он для окружающих? Убивал ли кого-то – или имел намерение убить...
Всё это было неважно.
Здесь он единственный вызывал мою искреннюю симпатию.
Не могу сказать, что я дружу со своей интуицией... но что-то мне подсказывало – он не причинит мне вреда.
С этой мыслью я закрыла глаза и тихонько вздохнула, почувствовав, как Кир обнял меня в ответ.
Тепло.
И хорошо.
...Кир слегка отстранился...
Жаль, что так недолго.
...и коснулся губами моих губ...
ЧТО?!
От неожиданности я открыла глаза, – но никаких активных действий за простым прикосновением не последовало, а оттолкнуть его я не захотела.
Почему-то не захотела...
Что творилось в моей голове – информация, неведомая даже мне самой. После всего, что на меня навалилось, стоять и целоваться с едва знакомым парнем – было последним в списке моих запланированных поступков...
Должно быть, поэтому я и стояла, не двигаясь с места... А ещё... Мне это действительно нравилось.
В своей жизни я целовалась, и не раз, – летние лагеря для подобных практик и созданы... Но Кир не спешил углублять поцелуй, ограничившись лишь лёгким, нежным прикосновением... и я с удивлением обнаружила, что это прикосновение... волнует меня. И волнует даже больше, чем целые марафоны «взрослых» поцелуев с другими парнями – имён которых я уже даже не помнила.
Кир волновал меня.
И это было ново...
Впервые за три дня я ощутила, что моё сердце бьётся от удовольствия, а не от страха...
Парень медленно отстранился, заглянув мне в глаза каким-то странным ищущим взглядом.
Не знаю, что там можно было найти... кажется, в данный момент там отражалось то самое отупение...
– Спокойной ночи, – сказал он и вышел из моей комнаты.
– Спокойной... – выдавила я, когда дверь за ним была закрыта.